Читаем без скачивания Записки практикующего адвоката - Luide

Перед выходом из дому я наудачу вытянула руну из мешочка, гадая на сегодняшний день. Выпало «Тейвас» — сражение, борьба, победа. Что ж, все было ясно и без рун — драка предстоит нешуточная, вот только я в ней заведомо слабейшая.

Я сильно сожалела, что в судебной практике не позволительно применять "сыворотку правды" и детектор лжи — насколько проще было бы установить истину по делу! Мечты, мечты…

В суде я первым делом зашла в канцелярию и сдала вчерашнюю апелляцию, а потом направилась к кабинету судьи Ярешина. Хмуро оглядев толпу в коридоре, я поприветствовала клиентку и отвела ее в сторонку для напутствия.

Едва я успела завершить разговор с дриадой, как нас позвали в зал.

В деле кроме меня, участвовал также адвокат подсудимого, господин Гришин.

Конечно, первым допрашивали подсудимого. Им оказался импозантный человеческий мужчина лет пятидесяти. Благородная седина, яркие синие глаза, небольшое брюшко, упакованное в дорогой костюм — стареющий ловелас до сих пор был хорош собой. При этом, вероятно, самолюбив до крайности — как же, раньше девушки просто под ноги бросались (что понятно — красив, богат, да еще и холост), а вот теперь нашлась одна, которая посмела отказать. Да еще и дриада! Общественное мнение полагает, что они весьма распущенные и легкомысленные особы, так что отказ дриады был особенно обидным. Конечно, это все мои домыслы — господин Бужин при допросе ничего подобного не говорил — но, полагаю, мои догадки соответствовали истине.

Не могу отрицать профессионализма коллеги — защиту он построил мастерски.

Подсудимый не отрицал факт связи с подчиненной — это было бы глупо. Он лишь утверждал, что никакого давления, а тем паче принуждения, при этом не оказывал. Дескать, потерпевшая сама и добровольно легла с ним в постель (точнее, на диван, или что там имеется из мебели в его кабинете). Кроме того, по словам господина Бужина, дриада всячески его соблазняла, и просила прибавить ей жалованье, так сказать, за переработку.

При этих словах, произнесенных с сальной улыбочкой, в зале произошла небольшая свалка — жених потерпевшей попытался кинуться на подсудимого, но его удержали родственники. Судья неодобрительно посмотрел на меня, и я покаянно опустила голову. Я пыталась объяснить клиентке, что приводить жениха на заседание, по меньшей мере, неразумно, но она не стала меня слушать. А может, сам господин Омелий настоял на своем присутствии при разбирательстве. Так или иначе, а отдуваться приходилось мне.

Когда присутствующие несколько успокоились, со своего места поднялся коллега Гришин и попросил суд приобщить к материалам дела справку о заработке потерпевшей за последний год. Из справки отчетливо было видно, что зарплата госпожи Розалии существенно (раза в три, не меньше) возросла после начала ее романа с господином Бужиным, что полностью подтверждало его слова.

Я собрала все свои знания по бухгалтерии (мизерные, по правде сказать) и предприняла отчаянную попытку что-то сделать.

— Ваша честь, данная справка подписана лично подсудимым, — заметила я. — Где гарантии, что сведения, содержащиеся в ней, соответствуют истине?

Коллега в ответ на это преспокойно предложил суду обозреть бухгалтерские карточки учета по зарплате, которые содержали ту же информацию.

Я почувствовала, что под моими ногами зыбко закачалась почва — этому было сложно что-то противопоставить. Значит, клиентка солгала мне?

Судья внимательно взглянул на меня. Боюсь, мне не удалось скрыть растерянность. Вероятно, он понял, что клиентка утаила эти подробности, и решил дать мне передышку и возможность высказать ей все, что я думаю по этому поводу.

— Суд приобщает к материалам дела справку о доходах потерпевшей. Объявляется перерыв на пятнадцать минут, — провозгласил судья Ярешин.

Я была искренне благодарна за спасительную паузу. Мне очень хотелось схватить госпожу Розалию за руку и потащить к выходу. Сдержавшись, я только ледяным голосом велела ей следовать за мной и вышла из зала.

Признаюсь, я пребывала в ярости. Так бездарно лишить меня всех возможностей защитить ее интересы, наивно рассчитывая, что ложь просто сойдет с рук… Похоже, моя клиентка — редкостная идиотка.

— Что вы себе думали? — взорвалась я, отойдя на безопасное расстояние. — Почему вы ничего не сказали?

— Но это ложь! — со слезами на глазах на глазах заявила Розалия. — Он не повышал мне зарплату!

— Ну хоть сейчас не лгите! — устало попросила я.

— Я говорю правду, клянусь вам, госпожа Анна! Прошу вас, поверьте мне! — взмолилась клиентка. — Он же и так получил все, что хотел! Зачем ему еще приплачивать?

Я пристально посмотрела на нее. Хм… Или она гениальная актриса, или все же не лжет. В самом деле, если подсудимый добился желаемого другими методами, то какой ему резон повышать зарплату своей подневольной любовнице? Но тогда откуда такие бухгалтерские данные?

Я задумалась, и тут до меня дошло. Ведь бухгалтер на предприятии также подчинена начальнику и может подделать любые бумаги по его требованию, но заявлять это суду было бы неосмотрительно — попахивает клеветой. К сожалению, я представления не имела, как можно проверить эти данные.

Обычно приглашаются специалисты для решения вопросов, требующих специальных знаний, но сейчас у меня такой возможности не было.

— Стойте тут! — строго велела я клиентке и отошла в сторону на несколько шагов.

Я достала мобильный и набрала номер.

— Мам, привет! — поздоровалась я. — Слушай, мне нужна твоя помощь…

Я вкратце изложила суть проблемы, и мама быстро меня проконсультировала.

Положив трубку, я удовлетворенно улыбнулась: кажется, что-то начинает проясняться.

Вернувшись в заседание, я первым делом сообщила. — Ваша честь, у меня есть ходатайство.

Судья Ярешин чуть заметно улыбнулся — кажется, для него не было тайной истинное положение дел, и он даже сочувствовал потерпевшей. Но это не означало, что он вынесет заведомо необоснованный приговор.

— Слушаем вас, госпожа Анна, — кивнул он.

— Прошу истребовать из налоговой инспекции сведения о доходах потерпевшей за прошлый год! — улыбнувшись, проговорила я.

Мама объяснила мне, что ежегодно бухгалтерия подает отчет о доходах всех работников, и по идентификационному коду можно легко поднять эту информацию. Конечно, для этого требуется запрос суда, но сейчас с этим проблем не было. Отношения потерпевшей и подсудимого начались в сентябре прошлого года, и в налоговой должны быть сведения о ее зарплате, якобы увеличенной в это время. Это уже будет подтверждение, что подсудимый безбожно врет — пусть и не прямое доказательство, но оно может решить дело.