Чарн Товис выдавил проклятье, но понял, что поделать тут ничего нельзя. Здравый смысл говорил, что Барим Рыжебородый прав.
Старина Блей печально посмотрел на море и вдруг негромко произнес:
— Жаль этих бедняг в Патанге. Спокойно спят себе в своих кроватях, полагаясь на то, что бравые ребята с «Ятагана» известят их о начале вторжения. А теперь первым известием о войне станет появление в гавани их города черного флота пиратов… эх…
Тяжело вздохнув, круглолицый ковианец покачал головой. Один за другим пираты вернулись в трактир и легли спать. У дверей «Черепа и костей» их встретил посыльный офицер Каштара, передавший Бариму приказ правителя города корсаров: с первыми лучами солнца «Ятагану» было предписано занять место в последнем ряду строя пиратских кораблей и плыть вместе со всеми, следуя за флагманом, в сторону Патанги.
Какие шансы оставались у города Огня, ничего не подозревавшего о готовящемся нападении? Какие шансы на жизнь и свободу были у его жителей, на которых нацелились предательские пиратские мечи и кинжалы?
Часть 3
ПРОТИВ ШТОРМА
…Ибо это был грех Серых колдунов из Нианги. Они в своей гордыне и стремлении к власти дерзнули бросить вызов самим Девятнадцати Богам… Они вышли за границы, поставленные человеческому сознанию самими Богами; они создали страшное оружие, словно вышедшее из преисподней… и потому были сметены Божественным Гневом, а все их творения стерты в пыль…
Великая Книга Колдуна ШаратаГлава 1
ЯНА ИЗ КАДОРНЫ
Пока же искали его враги.
Он в их цитадель забрел.
Где с помощью Горма по воле Судьбы
Защиту от шторма нашел.
Летописи ТсарголаСтройная фигура в шелковом одеянии дернулась от боли, сжатая железной хваткой Карма Карвуса. С изумлением король Тсаргола ощутил под своими руками не крепкий торс мужчины, а мягкое женское тело. Разжав руки, он отступил на шаг назад.
— Вы всегда так вламываетесь в спальню к дамам, правитель Тсаргола? — холодно спросила девушка. Приведя в порядок свое платье, она повернула прекрасное лицо к пораженному сарку. К своему удивлению, Карм Карвус понял, что перед ним не кабацкая девка, не разбитная подружка пиратского капитана, а молодая женщина благородного происхождения, хорошо воспитанная и полная достоинства.
— Прошу меня извинить, госпожа, но я не знал… Но как же вы узнали, кто я?
Легкая улыбка чуть тронула губы все еще холодно и неприветливо смотревшей на него девушки.
— Когда полгорода стоит на ушах, чтобы разыскать пропавшего пленника по имени Карм Карвус, не стоит большого ума догадаться, что ты — тот самый беглец. Кому еще, кроме как узнику, бежавшему из темницы Каштара, придет в голову лазать по крышам и вламываться в окна, да еще в такую погоду. Но здесь тебе нечего бояться. Ведь я — тоже пленница Красного Волка, Яна из Кадорны. Ты замерз, промок, не стоишь на ногах от усталости. Можешь выпить вина, поесть, погреться у очага. Я думаю, что смогу найти для тебя какую-нибудь сухую одежду.
Пробормотав какие-то невнятные слова благодарности, Карвус растянулся в кресле и, сняв сапоги, вытянул ноги к огню, чувствуя, как тепло, проникая в тело, выдавливает из мускулов и костей усталость и холод. При этом он не переставал заинтересованно следить за девушкой.
Ей было лет двадцать, не больше. Характерная золотистая кожа, черные миндалевидные глаза, сверкавшие, словно два темных самоцвета, выдавали в ней уроженку Кадорны. Копна черных как смоль волос рассыпалась по ее плечам. Ее полные, чувственные губы, казалось, были созданы для поцелуев, а под свободными складками шелкового одеяния угадывалась прекрасная фигура.
Кадорна была самым западным городом империи. Она лежала за Ковией, по другую сторону от устья залива Патанги, непосредственно на побережье Южного моря. Города залива вели мало торговли с Кадорной, но лишь из-за ее удаленности и труднодоступности, а не по политическим причинам. Повелитель Кадорны, король Касан был союзником Тонгора. Теперь Карм Карвус припомнил, что слышал о юной дочери Касана… Но что она делает здесь, в цитадели пиратского короля?
Прочтя вопрос на его лице, а может быть, просто повинуясь интуиции, девушка, выслушав благодарность за вино и еду, поведала гостю о том, как она оказалась в Таракусе.
— Я тоже была взята в плен корсарами, и теперь они держат меня как заложницу.
И в нескольких словах Яна описала, как во время морской прогулки ее судно окружили пираты. Все придворные, охрана и матросы погибли в неравной схватке, а саму ее привезли в Таракус. Карм Карвус угрюмо слушал ее рассказ. Похоже, что в планы Каштара входило захватить по заложнику из всех девяти городов Западной империи, чтобы обеспечить себе ключ к их воротам. Он спросил девушку, не знает ли она чего-нибудь о других заложниках, но она с улыбкой покачала головой, рассыпав копну волос, закрывших прядями ее прекрасное лицо.
— Кроме тебя и меня, у Каштара нет других пленников, — грустно сказала она, а затем снова улыбнулась. — У короля пиратов со мной было немало проблем. Сначала я тоже насладилась его гостеприимством в подземной тюрьме; но, видя, что страдания только укрепляют мой дух, Каштар решил запереть меня здесь, в более сносных условиях, чтобы я смягчилась и покорно выполнила уготованную мне в его планах роль. Здесь меня неплохо кормят, даже приставили нескольких служанок. Быть может, если я и теперь не соглашусь пособничать ему, Красный Волк снова отправит меня в темницу. Но пока что он меня не трогает.
— Но ведь тебя не оставляют одну, без стражи?
Яна покачала головой.
— Конечно, нет. Я предоставлена самой себе в этих покоях, на верхнем этаже. А прислуга и стража заняли первые два. Выбраться отсюда мне не удается. По крайней мере, стража достаточно разумно предполагает, что принцесса не станет спускаться вниз, карабкаясь по стене, как ты. Но я вовсе не выбросила из головы мысль о бегстве и даже кое-что приготовила. Я как раз выглянула в окно, еще раз обдумывая план побега, и вдруг увидела тебя, карабкающегося по стене. Я зажгла лампу, чтобы привлечь твое внимание. Несомненно, я собиралась пригласить тебя к себе, но кто же мог предположить, что ты ввалишься, выломав окно, без всякого приглашения.
Тсарголец покраснел.
— Госпожа, я…
Девушка рассмеялась.
— Не нужно извинений. Отчаявшийся человек ищет любую гавань во время бури. Здесь, по крайней мере на время, ты в безопасности. Солдаты уже обыскали мои покои и больше не станут возвращаться. А теперь скажи, какие у тебя планы?
Карм Карвус нахмурился. Все его мысли были направлены лишь на то, чтобы избежать повторного пленения, и, честно говоря, он совсем не думал, как и в каком направлении выбираться из города. Похоже, что в этом вопросе девушка была подготовлена куда лучше и во время заточения не теряла времени даром. Порывшись в одной из корзин с бельем, она извлекла на свет листы пергамента и расстелила их перед королем.
— Из этого окна открывается отличный вид на город; я тут набросала какое-то подобие карты — план улиц, площадей, перекрестков, — она ткнула пальцем в чертеж. — Я, как и ты, рассчитывала убежать по крышам: этот путь кажется наименее рискованным. Я только ждала подходящей темной, безлунной ночи. Смотри, вот здесь мы, вот наша улица, вот городская стена, а здесь — ворота. Они не только надежно охраняются, но и хорошо освещены. Но в то же время я выяснила, что стена охраняется лишь верховыми патрулями, разъезжающими с внутренней стороны, а на ее гребне в обычные дни часовых нет. Если повезет и мы сможем добраться вот до этого участка стены затемно…
— Мы? Госпожа, несомненно, я не могу себе позволить рисковать вашей жизнью, как своей, — запротестовал Карм Карвус.
Яна пристально посмотрела на него и твердо заявила:
— Если ты отказываешься идти со мной, я пойду одна, ясно? А теперь слушай внимательно и смотри на план. Пробираясь вот этим путем, мы выйдем на крышу этого здания. Оно повыше других, и, если повезет, мы сможем перепрыгнуть с карниза на верхнюю площадку стены. Я, кстати, уже приготовила некое подобие веревочной лестницы, — принцесса показала спрятанные среди одежды и покрывал скрученные из полос разрезанной ткани веревки, с толстыми узлами для опоры вместо перекладин. — Так вот, привязав веревку к одному из зубцов на стене, мы сможем спуститься вниз, не рискуя сломать себе шею.
Карвус вяло поспорил, описывая опасности такого предприятия: вероятность быть обнаруженными, ненадежность черепицы. Он долго расписывал, как трудно спускаться по веревке и прыгать в темноте, — в общем, описывал все опасности, подстерегавшие их в городе и, более того, за его стенами, в джунглях, через которые предстояло пробираться до ближайшего дружественного поселения. Но на Яну из Кадорны его слова не произвели никакого впечатления.
