Читаем без скачивания Кабул – Нью-Йорк - Виталий Леонидович Волков

А в России? Володя Логинов думал, да и сейчас остался при мысли, что Ута Гайст хотела этой самой свободы для самого Володи и для всей России. Но только получилось как всегда. А отчего? Теперь Володя Логинов понимает отчего. Оттого, что желание и представление Уты Гайст не исходит из высокой степени ясности. Ведь есть свобода атлета, а есть свобода мудреца. Последняя — это, видимо, свобода по ясности. Гамлет не лучше других, но он — свободнее, потому что видит яснее других. Вот секрет его привлекательности для еврейской культуры.

Но есть и иная свобода. Это свобода от времени. Может быть, та главная свобода, за которую воюет афганец. Не воюет даже, а живет жерновом, перемалывающим в гигантской кофемолке Гиндукуша время, стоит лишь последнему завязаться в зерна некоей материи, которая, по велению иных, словно кофе, подлежит, оказывается, продаже, да еще по великой цене!

Володя Логинов не забыл рассуждение писателя Балашова, которое, может быть, стоит мессы. Главный образ Века. Смертник в погоне за Всадником Времени. Свобода как ценность — это высшая осмысленность себя. Но ничто так не лишает осмысленности себя, как нарушение сакральной связи себя с единым общим временем. То интимное, что определяет закон подобия, способ укладывания «себя» в «мы», «себя» в «свою судьбу», «себя» в «судьбу народа», «себя» в Историю, «себя» в янтарь застывшего времени, «себя» в «Себя», наконец! Но если обретена ясность себя как «Себя», то можно устранить тирана. Если и из этой ясности исходя тиран — тот вор, тот Всадник Времени, который спешит с горстью кофейных зерен в свои чертоги! В пригоршне зажимает ту самую твою свободу!

Если он покушается не на хлеб, не на право свободного слова, а на иное право. Право на обустройство во времени. Всякое зло — это средство приоткрывания добра. Проблема не в том, как бороться с «тираном» ли, с «терроризмом» ли, со Смертником ли, а в том, какие трансформации претерпевает в этом процессе борьбы Володя Логинов и любой иной освободитель!

Поэтому освободителю мало быть добровольцем. Ему надо быть и мудрецом, и четырехмерным хирургом, который ясно отделит на хирургическом столе «несвободное» от «свободного», с точки зрения старика, увидевшего муху в остановившемся времени. А тот, кто приходит с обещанием свободы и с хлебом в руке, но забирает за это самое ценное в валюте черных зерен — тот будет сам перемолот вечным афганцем в кофемолке Гиндукуша. Странно, что кабинетный интеллигент Балашов пришел к этому выводу раньше, чем полевой аристократ Володя Логинов. Только кабинетному интеллигенту Балашову смертника живьем не увидеть. Муху меж пальцами ему не зажать. А жаль…

Но что отсюда следует для Володи Логинова? Каков, так сказать, практический итог движений руки и ручки?

Итог в хирургической ясности, что касается туркмен. Итог в том, что Володя Логинов вечером 25 ноября 2002 года подготовлен к ужасающей негуманностью мысли старика-еврея, что иногда из (и для) состояния ясности Бог убирает не тирана, а целый народ, родивший его, порченный им. Ужасающей? Разве мысль сама по себе может быть ужасающей? Или же то, что родилось в образе, уже закреплено в бытии? Итог в том, что Володю Логинова что-то ждет еще в жизни, рассмотренной в перспективе поступательного времени.

Как бы то ни было, с очевидностью на сем закончил свое существование свободолюбец западного рационально-гуманистического образца Владимир Логинов!

Передачу Логинова слушают «специалисты» Ноябрь — декабрь 2002-го. Кельн

Ирония судьбы Логинова проявилась в том, что на этот раз он не рассчитывал ни на какую бомбу, а она взорвалась, причем под ним. Тут сложились, а не вычлись обстоятельства. Мировая аудитория, вероятно, не обратила бы внимания на его рассказ о так называемом покушении на Великого Сердара. С теракта в США и начала афганской кампании тон европейской прессы изменился, так что факты, изложенные Логиновым, выглядели — как это стали называть — «маргинальными». Ну и что, что американцы и турки сдали диктатору план вольнодумцев-заговорщиков, которые на них рассчитывали? Ну и что, что Баши после этого устроил спектакль с покушением и пересажал не только всю оппозицию, которая на самом деле собралась его не убить, а перехватить по дороге, привезти в парламент и заставить отречься от трона… Он пересажал все, что движется и говорит по-русски? Ну и что! Может быть, это так, а, может быть, это конспирология и все наоборот? Что, если это русские все подстроили?

Как будто вдруг время опустило занавес, и факты оказались низведены до версий, а гипотезы — до домыслов. Даже если б ученый обнаружил неопровержимые улики того, что Вавилонская башня рухнула в результате чудовищного заговора ассирийцев, сегодняшний вавилонянин почесал бы в затылке и произнес: «Вредный народец эти масоны. Чего от них еще ждать… Хотя… Хотя, может быть, это будущие исламские террористы на Вавилонской башне отработали политтехнологи». Всем все ясно еще до того, как что-то произошло, хотя никто ничего наверное не знает…

Да, публика не заметила бы эфира о событии в Ашхабаде. Зато сотрудники известных служб, ответственные за Азию, за постсоветские страны, принялись составлять докладные. Не прошло и пары дней, как Шефа вместе с другими видными журналистами пригласили на прекрасный прием в британское посольство, и там знакомый корреспондент большой американской газеты по-дружески посоветовал ему не обострять отношений с туркменской властью. Ничего особенного, просто не надо обострять. Не вообще, а именно сейчас. Потому что, на ухо шепнул американец, сейчас решается очень важный вопрос об использовании «нашими» аэродромов в Мары и в Кушке, и тут ставки высоки. Ястребы в Белом доме могут сильно обидеться на немцев. И Шеф согласился быть осторожнее с туркменами, тем более что в республиках бывшего СССР и кроме Туркменбаши есть на кого обращать внимание — это просто галерея автократов. Посмеялись. Американец дружески похлопал Шефа по плечу и подытожил их беседу еще одним советом — свобода прессы в том, чтобы глядеть на вещи в соответствии с целесообразностью. А значит, в той галерее, о которой упомянул коллега, все восковые автократы — разные. Незачем сейчас шевелить Азербайджан. И ради бога не стоит сильно пинать Украину. Шеф про себя отметил и словечко «сейчас», и особенно это «ради бога». Видно, пришло время вместо Логинова нанять какую-нибудь симпатичную молоденькую украинскую журналистку. Или сразу двух. Как раз на днях, в Берлине, знакомый из Фонда Эберта спрашивал, не хочет ли «РЕГ» набрать тех