ремесла с торгом. Особенно важны здесь лавочные книги[1534], в которых содержится много указаний на торговлю ремесленников и на ряды, носящие название той или иной ремесленной специальности:
Кафтанный
Кожевный
Котельный
Льняной
Овчинный
Пирожный
Ремесленный
Сапожный
Серебряный
Сермяжный
Скорнячный
Сумочный
Сыромятный
Терличный
Хлебный
Холщевный
Чупрунный
Шпанный
Расположение торговых рядов имеется на плане, приложенном к работе А.И. Семенова[1535].
Связь ремесла с городским торгом в XVI в. несомненна. Данные XVI в. мы можем без колебания перенести в XV и даже в XIV в.
Расслоение ремесленников приводит к концу XV в. к тому, что наиболее богатая часть городских мастеров, не довольствуясь торговлей в своем ряду на торговой площади города, переходит к далекой заморской торговле. Сведения об этом мы получаем из дипломатической переписки Ивана III с Казимиром литовским.
В 1489 г. у Таванского перевоза на нижнем Днепре были ограблены 120 русских купцов (московские, тверские, новгородские), возвращавшихся из далекой поездки на юг[1536]. В составе каравана мы видим ряд купцов-ремесленников, сохранивших еще свои ремесленные прозвища: Ондрюшка бронник, Зиновка сагайдачник, Софоник Левонтиев сын иголник, Борис укладник, Обакум Еремеев сын Красильников, Митя однорядочник.
Товар, который был пограблен на Тавани, не характеризует производственных связей купцов каравана, так как свой товар они уже продали и возвращались домой с разнообразными восточными тканями, красками и специями[1537]. Но весьма характерен состав купцов по специальностям. Преобладают металлисты: оружейник, изготавливающий панцыри (бронник), ножевник, игольник, стальных дел мастер (укладник). Невольно вспоминаются постоянные просьбы Менгли-Гирея и его вельмож о присылке добрых панцырей, доспехов, сабель, 20 000 стрел. В числе московских товаров, которые шли на юг, в Крымское ханство и далее, были оружие, саадаки, седла, серебряная посуда, т. е. именно те товары, которые производились бронниками, сагайдачниками, ножевниками, укладниками, серебряных дел мастерами[1538].
Все эти специальности представлены списками купцов-ремесленников, потерпевших убытки на юге[1539].
Связь торговцев с определенным ремеслом намечается довольно ясно. Несомненно, что выход зажиточного ремесленника на внешний рынок существенно менял его положение в родном городе, в его ряду, где ранее он торговал только своими изделиями. Теперь в его лавке появляются новые товары, привезенные из Кафы, Синопа, Токата, Бруссы, Константинополя. С ростом количества заморских товаров мастер-купец должен приобретать лавку в другом ряду и постепенно из ремесленника, сбывающего на торгу изделия своих рук, он превращается в «корыстного купчину». До тех же пор, пока он не порывал окончательно с ремеслом и своим ремесленным рядом, он являлся крупной фигурой среди менее удачливых собратьев по профессии. Мы легко можем допустить, что выход ремесленника за пределы города (сначала на соседние ярмарки, а затем и в далекие земли юга) из-под надзора товарищей по ремеслу, соседей по ряду, развязывал такому мастеру руки в отношении цены и качества изделий, обогащал его и, по удачном возвращении, ставил его головой выше соседей-рядовичей. Отсюда уже только один шаг к тому, чтобы этот мастер превратился в скупщика, в представителя своего ряда на внешнем (по отношению к городу) рынке.
Вполне возможно, что дипломатическая переписка по поводу убытков, причиненных купцам-бронникам, сагайдачникам и серебряных дел мастерам, отражает именно эту стадию в развитии городского ремесла. К сожалению, многие положения в нашей схеме легче могут быть допущены в качестве гипотезы, чем обоснованы фактами.
Для выяснения средневековых ремесленных организаций большой интерес представляют торговые ряды. Здесь нам вновь, как и в других случаях, придется опираться почти исключительно на новгородские документы, в которых ряды на торгу упоминаются еще со времени «Устава о мостех»[1540].
«Ряд» и «сто» встречаются в Новгородской Судной Грамоте[1541]. «Сто», «соцкие», «ряд», «рядовичи» имеются в договорной грамоте Новгорода с Иваном III (11 августа 1471 г., месяц спустя после Шелонской битвы).
В обоих документах «ряд» выступает в качестве самоуправляющейся единицы, своеобразной корпорации, ведающей судебные дела своих членов. Приведем интересующие нас тексты:
«…а от конца или от улицы
и от ста
и от ряду.
Ятцом двема человеком, а иным на пособье не итти к суду ни к росказу а будет наводка от конца
или от улици
или ото ста
или от ряду
ино великим князем и Великому Ноугороду на тых дву человекех по ноугородской грам…»
(конец грамоты отсутствует)[1542].
В Судной Грамоте «ряд», «сотня» или «улица» выделяют двух «ятцев», сопровождающих вызванного в суд, выступая, таким образом, в качестве какой-то организации. Предусматривается возможность того, что эта организация пошлет в суд «на пособие» (очевидно, обвиняемому сочлену?) слишком много людей; это запрещено законом и количество сопровождающих ограничено двумя ятцами[1543]. Впрочем, под ятцами можно понимать как доверенных лиц улицы, сотни или ряда, так и свидетелей обвинения, заботящихся о доставке обвиняемого в суд. Как явствует из последней (к сожалению, не оконченной) фразы грамоты, улица, сотня и ряд могли иногда противостоять ятцам («а будет наводка»). Договорная грамота 1471 г. сообщает еще более ценные сведения о составных элементах города.
«А кто иметь посулъ давати, или кто и почнетъ имати по концемъ,
и по рядомъ,
и по станомъ,
и по улицамъ
у грабежщиковъ, и у наводщика и у наездщика; ино взяти на томъ той же закладъ Великимъ Княземъ половина, по Новгородской грамотѣ, а Великому Новугороду половина.
А Сотцкимъ и рядовичемъ безо Князей Великихъ Намѣстника и безъ Посадника не судити нигдѣ»
(курсив наш. — Б.Р.)[1544].
Первая часть приведенного отрывка содержит уже знакомое нам перечисление отдельных элементов, из которых складывался (или на которые распадался) Новгород. Особое значение имеет последняя фраза, содержащая сведения о суде сотских и рядовичей. По смыслу грамоты ясно, что до введения новых порядков в Новгороде существовал какой-то суд сотских и рядовичей, которые судили без посадника. С введением новых установлений в 1471 г., выразившихся в совместном участии в судебных доходах и посадника и великокняжеского наместника, эти бесконтрольные ранее суды сотских и рядовичей поставлены под надзор сразу двух соучастников судебной прибыли.
Можно допустить, что контроль был установлен впервые, что ранее посадники не вмешивались в суд сотских и рядовичей, а они появились в качестве контролеров лишь как представители фискальных интересов Новгорода рядом с наместником великого князя, интересовавшимся всеми возможными доходными статьями. Доказательством того, что суд сотских и рядовичей в прежнее время происходил без посадника, может служить конструкция разбираемой фразы. Если бы посадник принимал ранее участие в этом суде, то при установлении нового, московского порядка было бы оговорено участие в нем московского представителя,
