— Это волнение внутри улья, — пробормотал астропат, его голос редко звучал громче шепота, — Я не могу уловить его присутствия.
— Этого герольда? — спросил Винтер.
Взгляд астропата поник,
— Дьявол извне.
Бодил не мог скрыть своего пренебрежения.
— Самое худшее это то, что он проявляет некоторые низкоуровневые пси-способности. — его губы скривились в огромную улыбку, — Возможно, это скважина породила грядущие неприятности.
Грядущие неприятности. Вот как Бодил охарактеризовал их. Всего два слова, чтобы описать флот орочьих военных судов, что с неистовством неслись к Гуль Йенсену.
— Так ты думаешь вот что дало жизнь этому Большому Брувве. — спросил губернатор Муркела и игнорируя Бадила. — Разжигание беспорядков на нижних уровнях?
— Мы в этом уверены, сэр.
Винтер внезапно стукнул кулаком по столу.
— В таком случае это делает ещё более опасным присутствие орков неподалеку.
Сейчас губернатор хорошо осознавал, что он должен был прислушаться. Должен был начать действовать сразу же, как только эти накачанные болваны вылезли из Ямы. Если бы он очистил эту выгребную яму годы назад, когда воронка открылась впервые глубоко внутри улья, то ничего из этого бы не произошло. Его советники убедили его, что нет худа без добра, ведь воронка поглотила в себя трущобы и преступные логова. Сотни умерли в тот день. Тысячи пролили кровь впоследствии. Рана внутри Улья Винтер вскоре превратилась в амфитеатр различных слоев общества. Всякое отребье, которое только со смехом можно было назвать обществом, собралось на границе провала. Они спускались в Яму в качестве бойцов. Кто-то использовал свои кулаки. Другие крушили черепа своих врагов всяческими обломками, которые до сих пор валялись на полу — оставшиеся следы жизни до образования воронки. Итог оказался предсказуемым. Кровь. Скандирование. На фоне всего этого банды заключали пари.
Согласно отчетам, редкое меньшинство шло в яму добровольно. Большинство были просто вышвырнуты туда с криками. Если они выживали после падения, они начинали борьбу за свои жизни. Победитель получал всё.
До следующего раза.
Большой Брувва выжил в большем количестве схваток, чем другие чемпионы. Он использовал новоприобретенную дурную славу, чтобы распространить своё нечестивое учение. Слово Горка.
И теперь его последователи вырвались за пределы Ямы, чтобы "спасти" любого, кто прислушается к ним и вырезать любого, кто не сделает этого. И все это наряду с нашествием кораблей настоящих орков, что прорубали себе путь сквозь систему, уничтожая все на своем пути.
Бодил потянулся вперед и выключил гололит, возвращая мысли Винтера к действительности.
— Я уверен, что это не предоставит нам проблем, губернатор — сказал Бодил, но Винтер не придал значения его словам.
— Незачем волноваться? — повторил губернатор. Он никак не мог поверить тому. что услышал. — Бодил, Обстирия уже пала. Ты понимаешь это, так ведь?
— Ну конечно, сэр.
— Улей должен быть готов к вторжению.
— Более того мы…
Губернатор ненавидел запинаться.
— Мы не встречали угроз изнутри, — продолжил он, — Насколько опасен этот культ в последнее время?
— Так называемое Брувватство? — Бодил издал ещё один пронзительный смех, — Безмозглая толпа, губернатор, ничего более. Яростная, да, но легко контролируемая.
Винтер удивился, если бы Бодил до сих пор считал, что их можно легко контролировать. Особенно когда голова его была скручена с его костлявых плеч
Он всегда считал Бодила слабохарактерным
Губернатор усмехнулся словам, которые пронеслись в его голове. Звуки безумца.
Большой Брувва впечатал свой кулак в пустой желудок Винтера, принуждая того заткнуться.
— Ты увидишь, — сказал лидер культа, хватая Винтера за когда-то безупречную прическу и отдергивая его голову от своего лица, — Вы все увидите пришествие Горка.
Тревога заревела из когитаторов, встроенных в рабочий стол губернатора. Нет, теперь это был стол Большого Бруввы, прекрасно подходящий для хранение его мерзких ботинок. Лидер культа тяжелой поступью прошел ко столу и надавил на глиф своим мозолистым пальцем.
— Ну и, — прорычал он, — Что случилось? Мы прорвались наружу?
— Нет Босс, — пришел ответ таким же гортанным голосом, — Есть некоторые проблемы.
— Какие ещё проблемы? — спросил Большой Брувва, голосовые связки на его шее натянулись словно канаты.
— Ты должен увидеть это сам.
Зернистое изображение вспыхнула на мониторе позади Бруввы. Поклонник Горка повернулся чтобы посмотреть на трёх его людей, вооруженных своими заостренными зубами. Они стремительно неслись вниз по коридору.
Винтер вспомнил, что уже видел похожее изображение. Его личная охрана. Годы ушли на то, чтобы натренировать эту армию. И вся она была вырезана руками бунтовщиков. Смерть забирала их, одного за другим. Все их попытки сохранить его построенную на тайнах империю, балансируя на грани правил и регламентов, любой ценой скрывая его деятельность от надоедливых глаз Администратума, были напрасны.
Звуки зашипели через вокс. Рассерженные крики. Звуки выстрелов.
Вопли.
Культисты разлетались в стороны. когда фигура шагала вперед. Фигура, облаченная в черное. Фигура, что несла лик самой смерти.
Большой Брувва с силой опустил руку на пульт управления, останавливая картинку. Он подошел поближе, едва не прислонив свой плоский нос к экрану, рассматривая незнакомца, который с легкостью свалил трёх его лучших людей.
А затем он начал смеяться. Громко и жутко.
— Вот оно! — прогудел он, в восторге раскинув руки по сторонам, перед тем, как повернуться к Винтеру. — День Возмездия грядет. Это последнее испытание, как и было предсказано!
Когда Винтер не ответил, Большой Брувва шлепнул его по щеке тыльной стороной ладони.
— Ты меня слышишь?
Культист фыркнул, когда винтер издал жалостливый стон.
— Слабый человечишка, — ухмыльнулся он, надавив на вокс ещё один раз.
— Прикончите его, парни, — приказал Брувва, его глаза блеснули с устрашающим пылом. — Прикончите его немедленно!
Гринни никогда не чувствовал себя таким живым. Жизнь в подулье никогда не было простой. Даже когда он был ещё ребенком, он проводил дни в поисках техники, вламываясь в соседские лачуги, чтобы своровать что-нибудь из того, что они сами своровали за день до этого. Затем он бежал домой, пока его скудную добычу не могли отобрать обратно, и старался продать награбленное подороже.
Проснувшись утром, вы никогда не могли знать, заявятся ли сегодня банды в ваш квартал. Ровно до тех пор, пока бы вы не осмелились выглянуть наружу и обнаружить лежащие в сточной канаве тела. Но и победители не оставались в седле надолго. События в подулье быстро развивались.
Но не теперь. Все банды канули в лету и Гринни в одно мгновение оказался на стороне победителей.
На стороне Горка.
Теперь он принадлежал ему. С оружием в его руках. И с "бруввсами" на его стороне. Гринни провел проколотым языком по своим свеже-заточенным зубам.
Превращение их в клыки сопровождалось адской болью, но того требовал Горк.
— Это послание твоим врагам, — объяснил ему Большой Брувва, когда Гринни закончил работать напильником, — Если ты желаешь сделать это самостоятельно…
— Представляю, что мы сделаем с ним! — со счастливым видом ответил Гринни.
Боль стоила того. Большой Брувва дал ему новое имя. Его родители окрестили его Халкумом, жалкое человеческое имя. Больше он не будет жалким. Теперь его зовут Гринни, в честь того, что он окрасил свои волосы в изумрудный цвет, перед тем, как торжественно заточил свои зубы. О да, сейчас это казалось глупым. Химикаты выжгли его скальп, зато его преданность была доказана.
День Возмездия грядет. Горк сделает их полноценными. Сделает их орками.
Гринни уже было невтерпеж.
— Он в электростанции, — выкрикнул Риппа откуда-то спереди. Риппа был героем для Гринни. Не считая Большого Бруввы, Риппа был самым большим культистом которого только он видел. И поэтому самым крутым. У него так же было больше татуировок, чем у всех остальных. Толстые зеленые руны обвивали его широкую спину. Конечно же, большинство из них были влажными, покрытые по краям коркой из засохшей крови. Риппа самостоятельно приготовил чернила, используя плесень, которая начала распростроняться по стенам улья, когда Брувва получил контроль.
Старый Рэйн, по словам Риппы, был мерзостью — плесень проникла в его кровь.
Риппа оторвал язык старика и оставил его умирать на улице. Он хорошо служил ему. Гринни ненавидел заносчивого старого мерзавца. Всегда думал, что знает все лучше других. Он предполагал, что вернется назад и сварит тело Риппы, заберет голову и лично преподнесет её Большому Брувве в качестве подношения. Но крысы добрались до него раньше. И от него мало что осталось.
