все просто побережье Французской Гвинаны, низменное и болотистое, и тянется оно полосой шириной примерно двадцать километров вдоль всего берега Атлантического океана, занимая десяти процентов общей территории станы. Остальную часть занимает лесистое плоскогорье с небольшими, до девятисот метров горами. При этом, здесь растут довольно-таки ценные породы деревьев. Исходя из этого было принято решение, осушить болотистое побережье, засыпав его привозным грунтом, доставкой которого я, и еще несколько перевозчиков из метрополии в общем-то и занимались.
В общем-то работа была не сложной, правда немного ухудшалась в сезон дождей, когда грейдер, по которому доставляли грузы буквально на глазах расползался, превращаясь в болото. Но учитывая то, что на каждом грузовике имелась радиостанция, довольно быстро к тому месту где застрял, доставлялся бульдозер и вытаскивал грузовик из трясины. Впрочем, уже на следующий год, перед сезоном дождей грейдер поправляли, где надо подсыпали щебень, и в общем то дорога выдерживала следующее сырое время года.
Платили точно и в срок. Единственное, что меня немного напрягало. Никаких сверхурочных, авральных и субботних и прочих работ не происходило. Вроде и есть свободное время, и готов сделать лишний рейс, чтобы положить в карман чуть больше денег, но нет. Положено тебе по закону, трудиться восемь часов, будешь трудиться именно это время и не минутой больше. Причем местным позволялось и оставаться после работы, доделывая то, что не успели за смену, и как я слышал, за это неплохо платили, а контрактникам нет и все. Однажды я все-таки спросил, почему такой разный подход к делу. Оказалось, что мы, работающие по контракту, находимся под защитой профсоюза. Об этом я в общем-то и так знал, отстегивая профсоюзу пять процентов заработка.
— А после, кто-то из вас напишет жалобу, и меня оштрафуют на такую сумму, что не вышепчешь. Поэтому все строго по закону. Вот закончится контракт, если захочешь продолжить работу, то именно тогда и можно будет организовать и сверхурочные, и дополнительные смены в выходные дни, и все остальное. Только учти, это сейчас ты получаешь вдвое больше чем в метрополии, а после завершения контракта, зарплата будет приравнена к местным условиям, и вряд ли достигнет даже тех величин, что ты имел бы во Франции, со всеми дополнительными надбавками.
Впрочем, о чем-то подобном меня предупреждали еще перед поездкой сюда, поэтому я не собирался оставаться здесь дольше чем следовало. Как раз наоборот. Уже к концу первого года работы, общая сумма на счету приближалась к той цифре, на которую я и нацелился. А находясь здесь старался экономить буквально на всем. В моих планах значилась эмиграция в Канаду. А вот там уже я и собирался развернуться. Но до этого пока еще было далеко, поэтому я продолжал выполнять свою работу по контракту именно здесь в Гвиане.
Глава 14
14
Семнадцатого августа, меня вызвал к себе начальник строительства. Я в это время числился находящимся в очередном отпуске, и от нечего делать проводил профилактику своему грузовику. Вначале мастер хотел отстранить меня от этого дело, вроде как отпуск, положено отдыхать. Но честно говоря он и сам понимал, что здесь больше просто нечем заняться. Или бухать с утра до вечера, или валяться на пляже под палящим солнцем, или заняться хоть чем-то полезным. В принципе можно было бы и съездить куда-то отдохнуть. Две недели отпуска, вполне позволяли мне отправиться куда угодно, тем более, что имея на руках фрацузский паспорт, в большинстве случаев виза не требовалась. Но у меня были другие планы на жизнь, и потому я решил что стоит придержать свои желания, чтобы после было с чего начать в Канаде.
В итоге сошлись на том, что я занимаюсь своим грузовиком, а меня никто не трогает. То есть это не считается работой, мне за это не платят, и соответственно никаких претензий от профсоюза быть не должно.
С другой стороны, капитального ремонта я не затевал, так что-то по мелочи, только для того чтобы убить время, побыть на людях, пообщаться с механиками. Как раз в этот момент и произошел вызов к начальству. Мне показалось, что там придумали какую-то внеплановую работенку, и честно говоря, я очень рассчитывал на это, потому как просто задолбало сидеть на месте. Так оно в общем-то и вышло.
В кабинете меня встретили двое, сам начальник строительства и командир шестого пехотного полка Иностранного Легиона. Этот полк осуществлял охрану уже построенного космодрома, а заодно и строительства. И как я понял из дальнейшей беседы, занимался не только этим, но как бы это поточнее выразить, не слишком официально. Впрочем, мне об этом никто не говорил, поэтому подобное можно считать только моими домыслами.
Дело в том, что официально Французская Гвиана занимается в основном рыболовством, и частично сельским хозяйством, точнее выращиванием сахарного тростника, который в большей своей части идет на производство рома. Кроме того, экспортируются ценные породы древесины, леса занимают более восьмидесяти процентов территории страны, и примерно такую же долю в экспорте древесины. Имеются и полезные ископаемые в виде нефти, бурых углей, тантала, золота, меди и даже алмазов. Хотя наличие всего этого подтверждено, но не слишком развито. Разве что имеется несколько приисков, где добывают золото и алмазы старательскими методами.
Главная причина не развитости добычи полезных ископаемых, относится к труднодоступности этих мест. Чтобы просто проложить дорогу и поставить нефтяную вышку, нужно прорубить джунгли, порой уничтожив множество ценных пород древесиины. Вот и довольствуются тем, до чего можно добраться без особенных затрат. Опять же вкладываться в развитие инфраструктуры, приходится метрополии, при этом хотелось бы иметь какую-то существенную отдачу, а по здешним обычаям, когда одна только сиеста отнимает половину рабочего времени, и любое производство становится малорентабельным.
Вдобавок ко всему, Французская Гвиана граничит на западе с Суринамом, страной, некогда принадлежавшей качестве колонии, Нидерландам. Отношения между странами достаточно напряжённые. Суринам имеет территориальные претензии к восточной части территории Французской Гвианы, а именно к участку земли треугольной формы, расположенному между реками Литани и Марони на юго-западе страны. Нередки случаи того, что пограничная стража захватывает рыбаков, выходящих на ловлю рыбы, в реку служащую естественной границей между двумя государствами и конфискует их суда. Причем делается это как со стороны Суринама, так и Французской Гвианы, своего рода национальный спорт.
Так вот, как оказалось, в Суринаме, началась очередная вспышка немотивированной агрессии, а неподалеку от поселка Липо-Липо, на стыке двух рек, откуда начинаются спорные территории, находится небольшой поселок старателей, в котором, судя по некоторой обеспокоенности командира полка,
