непонятно, что здесь произошло, потому как ошмётки тел растащили по всему салону, даже потолок был весь перепачкан кровью. Засохшие кишки намотаны на сиденья, растянуты по полу, и всё это на жаре, с закрытыми дверями и окнами.
— Я не поеду… — выдохнул Колян и выскочил на улицу.
— Да ёбаный насос! — проревел я. — Что ж так не везёт-то⁈
— Да похуй, попробую завести. — Маркин оттолкнул меня и плюхнулся на перепачканное кровью сиденье.
К моему удивлению, двигатель запустился с пол-оборота, на что Рустам хищно оскалился.
— Двигайте вперёд, я за вами, — добавил он и переключил коробку в положение «драйв».
Я выскочил на улицу и, схватив Коляна за воротник, поволок его в сторону УАЗа. Его желудок всё ещё извергал содержимое. Впрочем, ничего удивительного, я и сам едва сдерживался. Вонь внутри была просто невыносимой, даже не представляю, как Маркин её терпит.
* * *
— Вы совсем из ума выжили⁈ — заорал Лёха, когда мы загнали провонявший тленом автобус на территорию кремля. — Сегодня и так дышать нечем, а вы ещё это сюда припёрли!
— Да успокойся ты, — осадил его я. — Отмоем, освежителем побрызгаем — и считай как новый.
— Ты, блядь, прикалываешься, что ли⁈ Кто его мыть будет?
— Я, — спокойно ответил Маркин.
— Мы, — поддержал друга я.
— Ой, да делайте что хотите, — раздражённо махнул рукой витязь. — Только отгоните его к задней стене, чтоб не вонял на всю округу.
Лёха ушёл, а мы с Рустамом обменялись ехидными ухмылками, но просьбу всё же решили исполнить. Воняло от автобуса действительно жутко, и это для нас, уже успевших принюхаться. Даже не представляю, каково сейчас другим, хотя вокруг ни одной живой души не видно. Мы едва дверь распахнули, как всех словно ветром сдуло.
— Пойду у девок хлорки попрошу, — предупредил Маркина я. — И щётки какие-нибудь. Короче, ты понял.
— А я за водой, — кивнул он, и мы разошлись в разные стороны.
Первым делом я отправился на кухню. Ну а где ещё можно отыскать моющие средства? Однако я ошибался. Нет, кое-что после долгих объяснений мне всё-таки вручили. Поначалу, конечно, выгнали взашей, потому как я, оказывается, тоже насквозь провонял мертвечиной. И ведь в кремль я добирался на «буханке», от Маркина, наверное, вообще люди шарахаются.
В общем, работница кухни, зажав нос пальцами, гнусавым голосом объяснила мне, что нужно идти в стирную. Так у девок порошки всякие есть, плюс инвентарь для уборки тоже рядом хранится.
— А ещё лучше в лазарет сходи, там у Любки таблетки специальные есть, «пюржавель» называются, они тебе и черта с рогами отмоют. Только перчатки не забудь, а то руки разъест.
— Спасибо, — поблагодарил женщину я и направился в стирную.
Здесь меня встретили не многим лучше. Вначале выгнали на улицу и только потом выслушали. Однако в помощи не отказали, и спустя пару минут я уже спешил обратно к автобусу, вооружившись коробкой с всевозможной химией и несколькими видами щёток. Рустам уже ждал рядом, а в ногах стояли два ведра с холодной водой.
— Думаешь, этого хватит? — усмехнулся я.
— Надо будет, ещё принесём, — спокойно ответил он и, вытянув из коробки упаковку с перчатками, поднялся в салон.
Работа оказалась совсем не из лёгких. Одних только частей тел выгребли целую кучу. На вонь мы перестали обращать внимание уже через полчаса, но всё равно периодически выходили на воздух. Солнце палило нещадно, раскаляя металл кузова до такой степени, что к нему невозможно было прикоснуться, отчего внутри царил настоящий ад. Пот заливал глаза, но мы усердно ползали на четвереньках, подбирая даже самые мелкие крошки.
Попутно разбирали салон, снимая и вытаскивая все сиденья на улицу. Там их проще будет мыть, да и высохнут на солнце быстрее. К тому моменту к нам присоединились Мишка с Коляном. Внутрь зайти они так и не решились, но совсем оставаться в стороне совесть не позволила. Они как раз и взяли на себя сиденья. В общем, работа кипела до самого вечера, но об окончательном результате даже речи ещё не шло.
— Может, по пиву? — предложил Мишка, когда мы наконец решили, что на сегодня с нас достаточно.
— Может, вначале помыться сходим? — парировал Маркин.
— Думаешь, нас таких в баню пустят? — усмехнулся Колян.
— Зачем в баню? — усмехнулся я, — Мужики сегодня уличные душевые смонтировали. Прям как знали.
* * *
Вымывшись как следует, мы снова вернулись к автобусу и расположились на ещё влажных сиденьях. Мишка сгонял до склада и припёр целую коробку с баночным пивом. Некоторое время я раздумывал: а стоит ли начинать? Но затем махнул рукой и вытянул себе одну банку, здраво рассудив, что с такой маленькой дозы ничего страшного не случится. Да и обстановка располагала, хотелось расслабиться. Шутка ли, весь день вычищать человеческие ошмётки?
— Фух, — оторвавшись от банки, выдохнул Колян. — Кто бы мог подумать, что такие простые вещи доставляют столько удовольствия.
— Помню, на войне мы тоже очень любили моменты затишья, — поддержал тему я. — Вот так сядем с пацанами в кружок, чай горячий гоняем и треплемся о том, кто что на гражданке делать будет.
Я тяжело вздохнул, вспоминая о том, что никому из них так и не удастся осуществить свои мечты.
— А я вот всё о карьере мечтал, за каждую грамоту боролся так, словно от этого моя жизнь зависит, — разоткровенничался Маркин. — Кто же знал, что всё сложится именно так.
— Посвящённые знали, — вставил своё слово я. — Отец Владимир меня предупреждал, но я тоже не думал, что всё будет настолько серьёзно.
— О, здорова, Лёха, — поприветствовал подошедшего витязя Колян. — Угощайся.
— Благодарю, — кивнул тот и, вытянув банку из упаковки, уселся рядом.
— Как рейд прошёл? — поинтересовался я, но скорее так, для проформы, ведь мы уже виделись днём.
— Да нормально, почти без инцидентов. Я по другому вопросу.
— Жги, — разрешил я и сделал большой глоток пива.
— Мои парни тоннели проверили и попытались их на карту наложить. Пока примерно, но получилась довольно занимательная картина. Они выстроены в форме двенадцатиконечного креста и расходятся по всему старому центру. Кремль находится как раз в месте пересечения.
— И что нам это даёт? — уточнил я.
— Пока не знаем, — пожал плечами Лёха. — Думал, ты какую версию подкинешь. Мы планируем их использовать, как ты и хотел. Первые партии продуктов и оружия завтра на рассвете по некоторым точкам раскидаем.
— Это хорошо, должно сильно облегчить нам жизнь, — согласился я.
— Вы когда уезжаете?
— А что?
— Да так, чтобы понимать, каким образом смены распределить и кого на какие рейды поставить.
— Думаю, завтра сиденья на место поставим и следующим днём стартуем. Ты соляркой поделишься?
— Нет, блядь,
