на девку ту, я видел, засматривался… что, понравилась? Моли Бога, чтоб после негритянок ее в капитанскую каюту пользовать повели, а не тебя, дурня!
— Что?!
Покраснев, юноша сжал кулаки и вскочил на ноги… что вызвало у Головешки лишь презрительную ухмылку… да он сбил бы с ног тщедушного паренька одним ударом, в чем сейчас ни капельки не сомневался.
Оп!
— А ну хватит! — Громов ловко перехватил занесенную для удара руку Сильвио. — Я сказал, хватит. Тоже мне еще, горячие эстонские парни.
— У-у-у, — скривился Головешка. — Пусти-и-и…
— Да отпущу — куда ж я денусь? Но только попробуйте мне, подеритесь! Всем ясно?
Повысив голос, Андрей по очереди посмотрел на каждого… и было в его взгляде что-то такое, что заставило обоих забияк притихнуть и усесться у борта.
— Вот и молодцы, — ухмыльнулся молодой человек.
Несостоявшиеся драчуны недовольно сопели, правда, даже Головешка говорить ничего не решался.
— Спите уже, — потянувшись и смачно зевнув, коротко бросил им Громов.
Смеркалось. В темно-синем небе повисла золотая луна, круглая, как сковородка. Над клотиком одна за другой вспыхивали звезды, вокруг стояла тишина, лишь время от времени гулко перекрикивались вахтенные, да с кормы доносились звуки очередной пьянки, впрочем, нынче на удивление быстро затихшие.
Андрей уже начинал засыпать, как вдруг почувствовал, как кто-то осторожно потряс его за плечо.
Громов распахнул веки, увидев рядом с собой Рамона Каменщика.
— Что тебе?
— Тсс! — Каменщик приложил палец к губам. — Поговорить бы… так, по-серьезному.
Андрей пожал плечами:
— Что ж — поговорим.
— Я вижу, ты умеешь держать людей в узде, точно — бывший вояка.
— Ну да, я этого и не скрывал.
Потянувшись, молодой человек несколько раз шумно выдохнул, прогоняя сон, — все же Рамон разбудил его не так просто. Что-то, как видно, хотел… поговорить… о чем?
Слава господу, Каменщик не стал ходить вокруг да около, а, понизив голос до шепота, сказал прямо:
— Думаю, нам в этом Чарльстоне совсем нечего делать. Как и в любых английских или голландских колониях.
— Согласен, — уловив мысль сотоварища, тут же кивнул бывший лейтенант. — Но… что ты предлагаешь? Захватить корабль? А ты умеешь им управлять?
— Нет… Но я полагаю, шкипера мы можем заставить. Просто пусть приведет судно в какую-нибудь спокойную гавань… испанскую или французскую. В общем, туда, где король Испании — Филипп, а не Карл.
— А-а-а, — Громов задумчиво почесал заросший щетиною подбородок. — Вот ты к чему… Мысль интересная. Только вот вопрос — как ее реализовать?
— Не спеша, — ухмыльнулся ночной собеседник. — Когда до Чарльстона останется не так уж и много… там же рядом — Флорида. А Флорида — испанская земля. Земля короля Филиппа. Там-то мы никакие не преступники, а наоборот — люди, пострадавшие от подлых прихвостней самозваного короля Карла!
Бывший лейтенант хмыкнул:
— Понимаю тебя. На каждого из нас у капитана Пинеды, вероятно, имеются бумаги… их следует сохранить.
— Не все! — поспешно возразил Каменщик. — Твои — да, Деревенщины Санчеса — тоже можно, а вот нас троих… я имею в виду себя да Головешку с Пташкой… Ты бы мог потом за нас поручиться — и все.
— Поня-атно!
В принципе, Громов давно уже догадывался, что среди его спутников «политических» нет. Обычные уголовники, приговоренные судом к ссылке и каторжным работам. Что ж — друзей по несчастью не выбирают, а Рамон говорил дело. О творившихся в колониях ужасах Андрей был наслышан немало, еще от приятеля своего капитана Педро, да и старый капрал Джонс тоже много чего порассказывал. Неведомый пока Чарльстон грозил ссыльным как минимум самым беспросветным рабством, а то и каторгой, непосильным для европейцев трудом на хлопковых плантациях Южной Каролины! Так что Каменщик все говорил верно.
— Но нас только пятеро, — напомнил Андрей. — А команда «Эулалии» — человек тридцать самых отъявленных негодяев, готовых на все.
— Двадцать семь, если точно.
Бывший лейтенант поднял вверх указательный палец:
— Вот видишь — двадцать семь!
— Да ведь и нас не пятеро, — неожиданно хохотнул собеседник. — Ты забыл о переселенцах! По крайней мере, десяток крепких мужчин, да еще женщины, подростки — они ведь тоже чего-то стоят. Тем более большую часть команды можно будет просто запереть в каютах — останутся только вахтенные.
Громов задумался — слишком уж рисковое дело предлагал сейчас Каменщик, однако альтернативы, похоже, не было: одно дело — горбиться на хлопковых полях в статусе осужденных на каторгу преступников, и совсем другое — поселиться в каком-нибудь тихом испанском городке на правах свободных людей, пострадавших от узурпатора Карла! В этом смысле Рамон абсолютно прав, тут и думать нечего, однако… слишком уж неравны силы. А поселенцы вряд ли станут помогать ссыльным, даже точно не станут — зачем им это надо-то?
— Вот и я об этом! — в широко распахнутых глазах Каменщика сверкнула луна. — Надо устроить все так, чтобы поселенцы сами поднялись против команды и капитана!
— Интересно, как их на это поднять?
Рамон азартно потер ладони:
— Если достать кафтаны, мы с тобою сойдем за вахтенных… Схватим каких-нибудь девок, потащим… ну дальше ты понял.
— Авантюра! — поежился молодой человек. — Знаешь, я все ждал, что команда в конце концов набросится на женщин, однако… однако капитан Пинеда не такой дурак, каким кажется, и держит своих людей в узде. Одно дело — негритянки, живой товар, и совсем другое — поселенцы. Да и те все прекрасно понимают… Тут нужен весомый повод. Нет!
— Тогда — можно будет попробовать просто украсть баркас в виду какого-нибудь берега.
— Нагонят, — отмахнулся Громов. — У них пушки и — на носу — фальконет. А вообще, свалить бы в каком-нибудь порту — неплохая мысль, боюсь только, что перед входом в гавань нас закуют в цепи.
Каменщик грустно вздохнул:
— Обязательно закуют. Капитан Пинеда — хитрый.
— Впрочем, если сможем устроить на корабле панику и неразбериху — тогда спокойно возьмем баркас и уйдем, — подумав, молодой человек взглянул на луну. — Красиво как! Какой у нас ближайший порт? Я так полагаю — Ямайка или Порт-о-Пренс. «Эулалия» обязательно туда заглянет — пополнить запасы пресной воды, провизии… а заодно и рома.
— Да уж, — хмыкнул Рамон. — Без рома — никак.
— Вот и я к тому, а с пьяными всякое случиться может. Капитан хоть и неглуп, и матросы его боятся до ужаса, но всего ведь не предусмотришь, верно? — азарт Каменщика, похоже, передался и Громову — бывший лейтенант уже просчитывал все варианты побега.
— Мы должны быть готовы в любую минуту, — зашептал молодой человек. — А для этого нужно знать о корабле и находящихся на нем людях все! Где хранится оружие, порох, припасы, где —
