По-моему технический прогресс маглов вносит в магический мир гораздо больше сумятицы, чем сами маглы в него попадающие.
Мы устроились за столиком с шахматами.
— Как я помню, вы любите играть черными.
— В этот раз я, пожалуй, сыграю за белых. Жизнь так непредсказуема. Сегодня ты играешь за черных, а завтра, возможно, придется сменить сторону.
Игра началась. Ход следовал за ходом. Мы не торопились.
— Слышал, в школе случилось несчастье, — небрежно заметил Волдеморт спустя несколько ходов. — Один из учеников погиб. Трагический несчастный случай.
— Да, все так говорят, — равнодушно кивнул я.
— Все так говорят? Вы сомневаетесь в результатах расследования? — удивился он, или сделал вид, что удивился.
— Нелепая и странная смерть, — я пожал плечами и двинул одну из своих пешек в наступление.
— Внезапная смерть по большей части такова и есть. — Волдеморт не думая сделал ответный ход. Обозначив угрозу моему левому флангу. — Нелепа, странна, а порой даже смешна.
— Да, но эта смерть слишком странна и нелепа. Слишком много случайностей и совпадений. Если смотреть на них по отдельности, то все выглядит как несчастный случай. Но стоит собрать их вместе…
— Не поделитесь своими наблюдениями?
— Охотно. Петтигрю почему-то был один и пошел в Хогсмит длинной дорогой — это раз. А он был не из тех, кто любит длинные пешие прогулки.
— Случайность, — пожал плечами Темный лорд.
— Может и случайность, — покладисто согласился я. — А может он хотел воспользоваться общественным камином, но не хотел, чтобы кто-нибудь заметил, как он заходит в здание почты. Оно дальше по улице, за излюбленными местами учеников. Если идти по главной дороге ему пришлось бы миновать «Три метлы» и прочие популярные места. Слишком много знакомых лиц и слишком много возможных вопросов.
— Почему вы так думаете?
— Потому что я, желая незаметно покинуть Хогсмит, поступил бы точно также.
— Пусть так, но странный выбор пути не доказывает не случайность смерти Петтигрю.
— Но это была только первая странность, — парировал я.
— И что же второе? — все также деланно равнодушно спросил Темный лорд.
— Незадолго перед смертью. За день или два. Петтигрю был чем-то сильно обрадован. Он пытался это скрывать. Но периодически у него был такой вид, словно он выиграл главный приз в лотерею.
— Другие ничего не заметили.
Другие? Значит, я был прав — Волди не сидел на месте и пытался разузнать все о гибели своего шпиона.
— Эти «другие», — я позволил себе короткую кривую усмешку, — просто никогда не обращали на Петтигрю никакого внимания. На фоне своих друзей тот смотрелся лишь бледной тенью.
— И как же в таком случае вы заметили то, что не увидели другие?
— Обычная наблюдательность плюс мои «особые» отношения с Джеймсом Поттером и его прихлебателями. Уверен, что причина радости Петтигрю была в том, что он что-то узнал. Что-то очень важное.
— Вот как? Да, за иные тайны могут убить — это верно. Но это тоже лишь догадка. И если вы правы, возникает другой вопрос. Кто его убил? Да еще обставил все это как несчастный случай. Это были его друзья?
— Поттер и компания, — презрительно фыркнул я. Тут даже играть не пришлось. — У них-то на такую комбинацию мозгов точно не хватит. Да и в Хогсмите они были. Я сам имел несчастие их там наблюдать. Глядя на Поттера и Блэка понимаешь, что слухи о вырождении древних родов, вовсе не слухи. Джеймс Поттер и Сириус Блэк могли бы стать неплохими волшебниками, но в них нет ни грамма ответственности.
— Да, прискорбно наблюдать, как угасают некогда славные фамилии. Это влияние Малов с их пресловутой свободой и всеобщим равенством. Какая чушь! Наши древние обычаи сложились не просто так. Многие из них написаны кровью нескольких поколений волшебников. Взять вот так просто и выбросить их на свалку истории? — разразился целой речью Волдеморт, но вскоре опомнился и добавил: — Но мы сейчас говорим не об этом. Если смерть Питера Петтигрю не была несчастным случаем, то кто же его убил и за что?
— Кто? Кто-то очень умный. Кто-то кто умеет заметать следы и просчитывает свои шаги на несколько ходов вперед. Убить так, чтобы никто не подумал, что это убийство. А если бы и подумал, то никогда не смог бы доказать.
— Например, кто-то хорошо разбирающийся в зельях и всем, что так или иначе с ними связано, — легкая улыбка сошла с лица Волдеморта, взгляд стал колючим. Глупо было надеяться, что он вот так сразу поверит моим словам.
— А еще этот кто-то очень хотел, чтобы все произошло именно за пределами Хогвартса, — взгляд Волдеморта я проигнорировал. Оправдываться? Я слишком хорошо знаю Темного лорда. Оправдания для него — это доказательство вины. — Весомая деталь, не так ли лорд? Даже не представляю, что было бы случись подобное в школе. Директор Дамблдор вполне мог бы лишиться своего поста. Убийца очень не хотел доставлять лишних хлопот директору Хогвартса и вместе с тем любит показные эффекты.
— Интересное замечание, — губы Волдеморта вновь исказила легкая полуулыбка. — Но зачем убивать? Если он и вправду узнал что-то важное, то можно было просто стереть ему память.
— С обычным учеником подобное бы прошло.
— С обычным? И чем же Петтигрю был необычен?
— Может быть тем, что он был вашим шпионом в Хогвартсе, — поиграем слегка приоткрытыми картами. — Поттеры древний, знатный род. Их влияние в Визенгамоте и Министерстве глупо отрицать. Иметь своего человека в окружении их единственного наследника никому было бы не лишним. А раз Петтигрю был шпионом, то Обливэйт не дает стопроцентной гарантии сохранения узнанной им тайны. Это заклинание неплохо против маглов, но опытный легилимент может восстановить стертые воспоминания. Если не целиком, то большую их часть. Если Петтигрю узнал что-то действительно важное, то для сохранения тайны его необходимо было убрать, пока он не сообщил все вам. А еще эти тридцать серебряных монет. Случайность? Смешно!
— Вы очень наблюдательный и умный молодой человек Лорд Принц. Это ценные, но весьма опасные качества. Интересно, а как вы вообще узнали про серебро?
— Случайно услышал, как несколько авроров это обсуждали, — я нагло улыбнулся, показывая, что случайность была не совсем случайной. — А остальное просто догадки.
— Да, Петтигрю был моим тайным последователем. Поэтому обстоятельства его смерти меня так заинтересовала. А тридцать серебряников… — Волдеморт замолчал.
— Это выглядит так, словно вам указали место, — понял я недосказанное. — Простите если мои слова вас чем-то обидели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
