— Как он выглядел? — завершил ее вопрос Эйвери. Он едко рассмеялся. — Твоя мать так и не узнала, что именно я отдал приказ повесить этого человека. — Он пожал плечами под застывшим взглядом Эриенн. — В то время я не был знаком с твоей матерью, но если бы мы знали друг друга, это меня не остановило бы. Этот наглец утверждал, что он — какой-то там лорд, а сам был ублюдком. До сих пор помню, как он вышагивал перед охраной, как будто смерть — это шуточки. О, он был красив, брюнет с синими глазами. Высокий, с узкой талией, как твой любовник. Таким, как я, никогда не удалось бы отбить у него девушку. Всю свою жизнь твоя мать горевала о нем. Когда ты родилась, я видел, какая радость горела в ее глазах. Риордан О’Киф, вот как звали того, кто все эти долгие годы был моим проклятием.
Печаль, которая заволокла чело Эриенн, постепенно рассеялась и уступила место грустной улыбке.
— А вы, отец? Нет, больше я вас так называть не буду. С этой минуты я вас буду называть как угодно, но только не отцом, — поправилась она. — Все эти долгие годы моим проклятием были вы.
— Я? — недоуменно покачал головой Эйвери. — Что ты хочешь сказать, девочка?
— Вероятно, вы этого никогда до конца не поймете, но вы сняли с меня огромное бремя. Все эти годы я считала, что во мне течет ваша кровь, и я почти рада узнать, что это не так.
Эриенн убрала маленький кошелек обратно под плащ, подошла к Эйвери посмотрела ему прямо в глаза:
— Предупреждаю вас, мэр. Я не прощаю, как мать. Если вы будете и дальше преследовать Кристофера Ситона, чтобы повесить его, то я постараюсь добиться того, чтобы повесили и вас, и еще многих рядом с вами.
Эйвери был удивлен обнаружившейся в девчонке железной непреклонностью. Что касается его самого, то он испытывал сильные опасения, поскольку был убежден, что Эриенн говорит вполне серьезно.
— Позволю себе дать еще один совет за проявленную вами заботу, сэр, — насмешливо подчеркнула она последнее слово. — Если вы хотите избежать виселицы, то держитесь подальше от шерифа Паркера и его дружков.
— Отчего же? Умоляю вас, скажите, отчего же? — иронично спросил Эйвери, оскорбленный ее словами. — Может быть, у вашего великодушного Сэкстона найдется приличное местечко для старика? После того как он узнает все, станет ли он вообще слушать свою женушку? Стоит ли мне бросаться друзьями по совету женщины, нарушающей супружескую верность?
Глаза Эриенн холодно сверкнули, отчего мороз пробрал Эйвери до костей.
— Я вас предупредила. Поступайте как знаете. У Аллана Паркера нет друзей, и он, возможно, узнает кое-что новенькое о веревках еще до того, как все это кончится.
— А что именно, леди Сэкстон? — раздался за ее спиной голос нового гостя. — Кто же расскажет мне новое о веревках?
Эриенн быстро развернулась на каблуках, и у нее перехватило дыхание при виде неторопливо входящего в комнату Аллана Паркера. По пятам за ним следовали двое его подручных. Дверь в кухню за ними захлопнулась, и от этого звука Эриенн вздрогнула. Перед ней вновь встали страшные картины жестокого ограбления, свидетелем которого она была, и почти добрая улыбка на лице Паркера показалась ей звериным оскалом дьявола. Эриенн повернулась было бежать, однако Эйвери схватил ее и крепко прижал к себе. Попытка закричать была пресечена шерифом, грубо стиснувшим ей рот рукою.
Один из мужчин оторвал шнур от занавесок и стал связывать Эриенн спереди запястья рук, пока Паркер засовывал ей в рот кляп, чтобы избежать криков. Шериф толкнул ее в кресло и показал пальцем на дверь.
— Флеминг, избавьтесь от экипажа и кучера, — коротко распорядился он. — Пошлите их домой. Скажите, что она побудет сегодня у вас.
Эйвери снедала тревога. У него из головы не выходил кошелек, который спрятала Эриенн, и ему не хотелось перекрывать источник, суливший поступления в дальнейшем.
— Вы ведь не сделаете ничего плохого моей маленькой девочке?
— Конечно, нет, Эйвери.
Паркер взял старика за плечо и потащил его к двери, объясняя:
— Просто с такой приманкой нам удастся поймать некоего мистера Ситона. Таким образом мы заслужим расположение Тэлбота, а?
Когда Эйвери открылся этот мудрый ход, он живо закивал головою и, как только шериф спрятался, открыл дверь. Мэр откашлялся и прокричал:
— Эй, послушайте, мистер Тэннер!
Кучер обернулся:
— Да, сэр?
— Э… моя дочь хочет провести этот день со мною. Она сказала, что вы можете отправляться домой.
Тэннер и лакей обменялись тревожными взглядами, и, нахмурившись, кучер медленно приблизился к дому:
— Лорд Сэкстон просил меня приглядеть за леди. Я должен дождаться ее возвращения.
Эйвери, громко расхохотавшись, замахал на него руками:
— Не бойтесь, дружище. Ей ничего опасаться у своего собственного отца. — Эйвери махнул рукою в сторону гостиницы: — Поезжайте, согрейтесь кружечкой эля или рома. Скажите там, чтобы записали на счет мэра, а я отправлю ее светлость домой еще до наступления темноты наемным экипажем.
Уезжать Тэннеру не хотелось, однако продолжать спор было бесполезно. Забравшись на кучерское место, он прикрикнул на лошадей и обогнул гостиницу, не останавливаясь ни на минуту, а когда они проехали неясные очертания окрестностей Мобри, то пустил четверку быстрым галопом.
Эйвери, вернулся в гостиную, изо всех сил стараясь избегать осуждающего взгляда Эриенн. Лицо ее над тряпичным кляпом пылало, а сузившиеся глаза сулили расплату.
Паркер задумчиво потер подбородок, глядя на свою пленницу:
— В конце концов, леди Сэкстон — любовница известного преступника и изменяет мужу. Этого достаточно, чтобы содержать ее в заключении, мы же пока сделаем так, что сведения об ее аресте дойдут до мистера Ситона. Это вынудит его появиться у нас.
Он подозвал жестом одного из подчиненных:
— Вы! Отправляйтесь в контору по найму и возьмите там экипаж. Кучера убедите, что в его услугах мы не нуждаемся и что экипаж вернем до наступления вечера. — Он отсчитал на ладонь мужчины несколько монет. — Этого хватит, чтобы успокоить его.
Когда мужчина повернулся, чтобы уйти, он предупредил:
— И постарайтесь взять для экипажа приличную лошадь.
Паркер снова посмотрел на Эриенн:
— Не волнуйтесь, миледи. Здесь вы в такой же безопасности, как и в своем собственном доме.
Увидев в ее глазах сомнение, он коротко рассмеялся и добавил:
— Во всяком случае, до тех пор, пока лорд Тэлбот не вернется из деловой поездки. Вот тогда, боюсь, мне придется предоставить вас себе самой.
Прежде чем отвернуться, Эриенн одарила Паркера колючим взглядом, дав понять, что разговор окончен. Ее можно поймать и связать, однако Эриенн дала себе слово, что, пока она жива, использует любую возможность, чтобы доставлять им неприятности.
