А что случилось?
– Вы надевали костюм вчера днем на приеме в доме Мелвилла Барта возле Порт-Честера. Ваш костюм вызвал много разговоров. Примерно в четверть девятого вечера вы исчезли. В девять часов, когда гостей пригласили к ужину, вы как сквозь землю провалились, и хозяева решили, что вы просто сбежали. Незадолго до десяти вечера вы неожиданно появились в доме, уже без костюма, сказав, что кто-то ударил вас по голове и раздел. Я ничего не путаю?
Джин, не ответив инспектору, повернулась к Олете:
– Спасибо, Олета. Поставь, пожалуйста, кофейник. Когда освободишься, можешь идти домой. – Она положила в чашку кусок сахара, помешала и посмотрела на Кремера. – Я не обращалась в полицию. Ведь так?
– Да, мэм, не обращались.
– Тогда откуда вы… Ой! – Джин округлила глаза. – Вы нашли его!
– Нет, мэм. Насколько мне известно, не нашли. А узнали мы вот как. Во время ужина за столом сидели двадцать человек, а когда речь идет об инцидентах типа того, что случился с вами, рано или поздно это становится известно полиции, особенно когда семь человек из присутствовавших на ужине так или иначе замешаны в деле об убийстве. Однако мне хотелось бы получить от вас подтверждение. Все было именно так?
– Более или менее, – кивнула Джин. – Только вы не совсем точно выразились. По вашим словам, я сказала, что кто-то ударил меня по голове. Но кто-то действительно ударил меня по голове.
– И снял с вас костюм?
– Предположительно. Я была без сознания. Но предположение, что тот, кто ударил меня по голове, и снял с меня костюм, выглядит вполне логично.
– Угу. А у вас имеются хотя бы какие-нибудь подозрения, кто мог на вас напасть?
– Ни малейших.
– Или зачем с вас сняли костюм?
– Нет. Часы, кольцо и кошелек не тронули.
– Угу. Значит, нужен был только костюм. Мисс Фаррис, вы впервые надели его?
– Да.
– А кто вам его сшил?
Джин сделала глоток кофе. Голова буквально раскалывалась, а прямо сейчас хотелось бы, чтобы она была предельно ясной. Сделав еще пару глотков, Джин повернулась к Кремеру:
– В самом деле, инспектор, я не понимаю, почему должна обсуждать с вами сей неприятный инцидент. Я ведь не обращалась к вам за помощью. И, кроме того, вы ведь инспектор полиции Нью-Йорка, так? А инцидент произошел не в городе, а в округе Уэстчестер.
– О юрисдикции можете не волноваться. – Кремер ухмыльнулся. – Все верно. Нью-Йорк и Уэстчестер – мы все одна большая семья. А что касается обсуждения, не вижу повода для возражений. – Он развел руками. – Я ведь не спрашиваю о чем-то секретном, а просто интересуюсь, кто сшил вам костюм. Ведь это, что ни говори, общедоступный факт. Я всего лишь хочу уточнить кое-какие моменты. А лучше вас мне никто не поможет. Если, конечно, не возражаете.
«Общедоступный факт? Ну да, – подумала Джин. – Конечно».
– Костюм сшил Кроун. Кроун, Западная Сорок восьмая улица.
– Спасибо. А ткань предоставили вы?
– Да.
– Это ваш собственный дизайн?
– Да.
– Вы сами ткали материю?
– Да.
– На ткацком станке в вашей мастерской?
– Да.
– Из пряжи?
– Естественно. Ткут всегда из пряжи.
– Угу. А использовали ли вы среди прочего пряжу под названием «байета»?
Джин открыла и закрыла рот. Ей как никогда нужна была ясная голова, а голова, как назло, дико болела. Обжигая горло, она залпом выпила оставшийся кофе, после чего судорожно схватила стакан с водой, сделала большой глоток и посмотрела на инспектора:
– Я вам признаюсь как на духу. Я решила больше об этом не говорить.
– Мисс Фаррис, мы почти закончили. Осталось совсем чуть-чуть. А теперь насчет байеты. Вы ведь сами вчера во всеуслышание заявили, что это байета. В присутствии множества людей. Разве нет?
– Да.
– Так это была байета?
– Да.
– Хорошо. Тогда еще один вопрос, а потом мы проясним пару деталей и на этом закончим. Где вы взяли байету?
Джин стиснула ручку кофейной чашки. Конечно. Ну вот, началось. Инспектор решил взять быка за рога. Если бы у нее была ясная голова, могла бы она увильнуть от ответа? Но какого черта, все просто! Если тебе задают вопрос о конкретном факте, совершенно необязательно покорно отвечать. Это ведь не так, как в случае с жакетом и юбкой: никто не стукнет тебя по голове, чтобы снять их. Джин повернулась к инспектору:
– Инспектор, а вот это уже секрет. Я не могу вам сказать, где взяла пряжу.
– Почему?
– Потому… – Джин решила, что голова прояснилась, так как ее внезапно осенило. – Потому что я забыла.
Кремер раздраженно буркнул:
– Господи боже мой! Когда вы получили пряжу?
– Не знаю. Не помню.
– Вздор! Мне случайно стало известно, что пряжа оказалась у вас в прошлом месяце. Где вы ее взяли?
– Право слово, инспектор, я действительно не помню.
Инспектор нахмурился и молча уставился на Джин колючими глазами, наконец он вздохнул, встал и остановился напротив девушки:
– Послушайте, мисс Фаррис! Я хочу, чтобы вы уяснили одно. У меня нет времени валять дурака. Похоже, вы не понимаете, во что влипли. Это вам не детские игрушки. Тут совсем другая игра. Даю вам три минуты. Или вы скажете, где взяли байету, или я вас задержу.
Джин была потрясена. Она не верила своим ушам. И едва не расхохоталась, но вовремя сдержалась.
Оторопело глядя на Кремера, она пролепетала:
– Задержите? За что?
– Как важного свидетеля в деле об убийстве Валентайна Кэрью.
Из кухни донесся грозный рык львицы, защищающей своего детеныша. Это была Олета.
Глава 10
Никто не обратил внимания на рык Олеты. Джин, воинственно вздернув подбородок, продолжала смотреть на инспектора. Голова перестала гудеть и внезапно прояснилась. Все оказалось не так просто. Отнюдь не просто.
– Сядьте на место, пожалуйста, – приказала она.
– Нет никакого смысла садиться, если вы не собираетесь признаваться, где взяли пряжу.
– Я бы предпочла, чтобы вы сели.
Кремер смерил Джин сердитым взглядом и сел в кресло:
– Ладно. Валяйте.
– Во-первых, я хочу спросить… я не особо сильна в знании законов… разве вы можете арестовать любого, кого вам захочется… даже если этот человек ничего плохого не сделал?
– Мы можем все.
– И действительно посадить его… в тюрьму?
– Да, закон позволяет арестовать любого, кто располагает важными сведениями о тяжком преступлении и отказывается предоставить их правосудию.
– О!.. – Взгляд Джин выражал лишь вежливое внимание и не более того. – Почему вы думаете, что я располагаю важными сведениями?
– Я не думаю. Я знаю. – Кремер подался вперед. – Послушайте меня, мисс Фаррис. Так что обойдемся без преамбул. Советую вам облегчить душу. Я буду откровенен. Я понятия не имею, что вы еще
