думают. Никогда не знаешь, кто тебе подлянку подкинет. Помяни мое слово — однажды к тебе придет атлан и заберет твой дом, твою жену и твоих детей. Вот тебе и светлейшие, вот тебе и добро!
— Угомонись. Не дай Свет тебя кто-нибудь услышит. Донесут же.
— Об этом я и говорю. Создание Света доносит на создание Света. Поймают, осудят, накажут! Добро? Куда уж… добрее… Э-э-э… Что это там?
— Где?
— Да вон!
Стражники подошли к краю стены, внимательно всматриваясь в пригород.
— Комесаны, что ли, бегут? Телеги… горят?.. Что происходит?
— А там… не пойму.
Он прищурился, силясь распознать в дыму смутные тени и силуэты.
— Люди?
— Беженцы из Бирна? А телеги-то почему горят? Точно люди?
— Не вижу… Ну, у них есть ноги, руки… рога.
— Рога?
— Рога!
— Демоны! — завопил стражник, едва не выронив копье. — Тревога!
— Решетка! Решетку на воротах опускайте!
Раздался звон сигнальных колоколов. Стража забегала по стене, толкаясь в дверях башни над воротами. Отовсюду звучали одни и те же вопросы. Кто-то споткнулся и покатился по лестнице, лишь чудом не упав на улицы города. Лучники кряхтели и ругались, таща бочки со стрелами. А некоторые стражники и вовсе прижимались к мерлонам и растерянно озирались, ожидая хоть какого-нибудь приказа от бригадира.
Как же так получилось, что они в один момент почувствовали себя столь беспомощными? Ведь на их стороне очевидное преимущество. Не ради этого ли проводились многочисленные учения? К которым, правда, все относились крайне пренебрежительно…
На городских стенах воцарилась суматоха, но попытки командования привести стражу в порядок оборачивались лишь еще большим хаосом. Откровенно говоря, никто даже поверить не мог, что спустя полтора века после окончания Вечной войны на Камиен напали порождения Тьмы. И естественно, никому даже в голову не приходило готовиться к невозможному, несмотря на слухи об одержимом. А невозможное все же свершилось.
Но вот решетка на воротах наконец-то со скрежетом опустилась, усыпав улицу хлопьями ржавчины и осколками мостовой. Стражники облегченно выдохнули, их действия стали чуть более слаженными, хотя легкий аромат нереальности происходящего все еще витал в утреннем воздухе. Люди то и дело поглядывали на приближающихся комесанов и облако дыма, задаваясь вопросом — а не показалось ли? Но, увы, не показалось.
— Ворота! Закрыть ворота! — завопил бригадир.
Стража навалилась на рычаг, но механизм, кажется, вышел из строя пару десятков лет назад, ведь им не пользовались более века. Массивные ворота не сдвигались с места. Подошли еще люди. Рычаг поддался, но тут же послышался звук лопающегося троса, и стражники завалились на пол.
— Никак. Сломано!
— Спускайтесь! Так закроем! Все вниз! Лучники, стрелять по готовности! Остальные идут к воротам! Закрыть их, чтоб вас!..
Стражники, ругаясь, толкаясь и подгоняя друг друга, спустились со стен на улицу. Упершись руками в огромные кованые ворота и покраснев от натуги, они все же смогли сдвинуть створки с места. В это время на сигнал тревоги прибежали солдаты из ближайших патрулей и, засыпая сослуживцев вопросами, бросились помогать. Дело пошло быстрее. Еще немного, и город будет в безопасности.
К несчастью, дойдя примерно до середины, металлическая створка ворот застряла. Стражники собрались с силами и толкнули ее вперед. Проржавевшие петли вверху не выдержали и лопнули. Люди упали на колени, удивленно глядя на удаляющуюся дверь, и даже успели обрадоваться тому, что теперь она и сама легко закроется. Однако, подняв головы, они поняли, что провернувшаяся на нижних петлях половина кованых ворот падает на них.
Вскакивая на ноги и вопя от ужаса, стражники бросились врассыпную. По улице разнесся оглушительный грохот. Из-под рухнувшей массивной двери выплеснулся фонтан крови, обдав алыми брызгами успевших выбежать людей.
Не полностью осознавая свои действия, двое солдат подбежали к раненому сослуживцу, которого створка ворот придавила поперек тела. Они попытались вытащить его, не обращая внимания на крики боли. У них почти получилось — хрустнул позвоночник, и верхняя половина человека оторвалась, вывалив на скользкую от крови мостовую ком частично раздавленных внутренностей. Те, кто пытался спасти его, неподвижно стояли, держа за руки полстражника, и смотрели на багровые ручейки, бегущие по щелям меж камней брусчатки. Они не слышали ни стонов раненых, ни окриков товарищей, ни приказов бригадира — в их головах бесконечным эхом звучал грохот упавшей кованой двери и вопль разрываемого живьем человека.
Городские ворота удалось закрыть лишь наполовину. Но, в принципе, и одной металлической решетки было бы достаточно, чтобы сдержать толпу обезумевших порождений Тьмы, несущихся навстречу смерти. Вот только впереди этой толпы бежало стадо комесанов, впавших в кровавое исступление.
Демонические твари налетели на решетку живой лавиной. Толстые прутья погнулись, выпустив в воздух облачко ржавой пыли. Комесаны рычали и завывали, брызжа слюной, с отвратительным скрежетом кусали металл и терзали когтями сородичей, взбирались друг по другу и вновь бросались вперед, врезаясь головами в покореженную решетку. Бешенство вскипятило им кровь, избавив от боли и инстинкта самосохранения, поэтому изголодавшееся темное зверье снова и снова билось о преграду, всецело отдавшись одному-единственному желанию — насытиться плотью созданий Света.
Лучники стреляли со стен, но не попадали. Дым мешал им прицелиться — он надежно укрывал порождений Тьмы и поднимался вверх, разъедая глаза и забивая дыхательные пути людям. Демоны и нежить подошли к городским воротам почти без потерь. Кто бы мог подумать, что враг может так легко подобраться вплотную к столице мира? Впрочем, если бы ров не засыпали из-за жалоб жителей пригорода на запах застойной воды, то порождения Тьмы были бы обречены на гибель под стенами Камиена. Но сейчас — никто в это еще не верил, даже видя все собственными глазами, — они почти прорвались в город.
Стражники подбежали к воротам и принялись колоть комесанов копьями через решетку, однако демонические твари лишь еще сильнее злились и набрасывались на нее с удвоенной силой. Металлические прутья со скрежетом погнулись в нижнем углу, вырыв несколько камней мостовой, и тут же один из комесанов просунул голову в образовавшуюся щель. Копья стражи пронзили его тело, края решетки вгрызлись в шею, на стены брызнула темная кровь, и зверь истошно завыл, дергаясь в конвульсиях. Остальные комесаны накинулись на умирающего сородича и разорвали его в клочья, частично сожрав. Но насыщения они не почувствовали — теперь только плоть созданий Света утолит их мучительный голод.
Казалось, эта кошмарная возня, пришедшая в реальность откуда-то из рассказов о Вечной войне, могла продолжаться бесконечно. К юго-западным воротам Камиена уже стягивались патрули стражи. Бригадиры наконец-то смогли навести в строю порядок и скоординировать действия. Дымовая завеса постепенно таяла, и вскоре лучникам ничто не
