момент Санни взглянул на трех человек, спящих в лазарете, и нахмурился. Его глаза, казалось, стали немного темнее.
Выключив коммуникатор, он посмотрел на профессора Обеля и сказал спокойным тоном:
— Думаю, вам пора идти, профессор. У меня есть… кое-какие дела. Спасибо за еду.
Старик на мгновение замялся, но затем кивнул и встал. Как только за ним закрылась дверь, Санни вызвал Осколок Луны и подошел к спящим.
Казалось, что двое из них вот-вот проснутся. Правда, в качестве людей или Кошмарных Существ…
Этого Санни не знал.
Глава 912: Душа Человека
Первым зараженным был молодой солдат из подразделения сержанта Гира. Двое других были беженцами — мужчина лет тридцати и женщина, которая вполне годилась Санни в бабушки.
Все трое выходили за рамки обычного возраста для Спящего, но солдат, по крайней мере, был молод и силен. У него было больше шансов выжить, насколько Санни мог судить… не то чтобы кто-то много знал о том, как и почему люди выжили после Первого Кошмара. Оставалось загадкой, почему Заклинание, без разбору уничтожив Первое Поколение, в конце концов остановилось на подростках шестнадцати-восемнадцати лет.
Но даже в те времена вероятность выжить была выше у молодых людей. Люди, возможно, и не знали причины, но они были очень хороши в сборе статистических данных.
Возможно, это связано с душой. Некоторые верили, что душе трудно сформировать стабильное ядро после того, как она утвердилась в своих путях… таким образом, была возможна ситуация, когда пожилой человек мог пережить свой Кошмар, но всё равно умирал после того, как его душа разрушалась при попытке создать ядро.
«Вряд ли это справедливо…»
Но справедливость, в конце концов, была человеческим понятием. У Заклинания были свои принципы, которые не всегда совпадали с тем, что люди считали справедливым.
…В данный момент солдат и мужчина-беженец шевелились, как бы находясь на пороге пробуждения. Санни наблюдал за ними сверху, держа в руке Осколок Луны.
Он был странно очарован.
Перед его глазами во всех подробностях раскрывались изменения, происходящие с душами Спящих. Слабый, тусклый золотистый свет внутри них клубился и двигался, охваченный нарастающим смятением.
Санни сам много раз проходил через этот процесс. Однако он никогда не видел, как это происходит на его глазах, с кем-то другим.
Сейчас души двух людей были слабыми и… неустойчивыми. Они были скорее идеей чего-то, чем реальностью. Они были живыми, у них были тени, но это было практически всё. Однако в результате таинственного процесса бесформенное состояние обычной души постепенно гальванизировалось[33], образуя более твердую форму.
Ядро души не являлось душой. Скорее, оно существовало внутри души, служа одновременно её опорой и связующим звеном. По крайней мере, Санни воспринимал это именно так. Наличие ядра давало душе множество преимуществ, но и накладывало на неё определенное бремя. Не каждая душа была достаточно сильна и обширна, чтобы содержать одно, не говоря уже о нескольких.
Доказательством тому служила страшная боль, которую он испытывал каждый раз, когда поднимался его Класс.
Тем не менее… и солдат, и гражданский казались достаточно выносливыми для выполнения поставленной задачи. Слабый золотистый свет, наполнявший их тела, стал чуть ярче, и в нем появились полосы более сильного сияния. Они стекали к груди и закручивались, постепенно сливаясь в сферы яркого света. Весь процесс казался чудесным.
По мере того как две сферы становились всё более полными и четкими, из сияния начали проступать знакомые очертания двух ядер души.
Но тут произошло изменение.
Зарождающееся ядро души молодого солдата взорвалось потоком неземного пламени, которое сияющей волной прокатилось по его телу, омолаживая его.
А вот у гражданского…
Пока Санни с мрачным выражением лица наблюдал за происходящим, в центре формирующегося ядра появилось семя тьмы. Оно быстро разрасталось, распространяясь, как раковая опухоль. Отвратительные прожилки тьмы расползались по умирающему свету, поглощая его.
Чем больше света поглощалось, тем быстрее он распространялся.
«…Разложение.»
Санни был почти уверен, что наблюдал именно это. Живое существо, поддающееся Разложению. Разложение существовало задолго до Заклинания Кошмара, и хотя он не знал его источника и цели, он знал, что это враг.
Возможно, враг.
Санни подозревал, что когда-то, на втором уровне Эбеновой Башни, он сам был очень близок к тому, чтобы подвергнуться Разложению. Ужасная гниль, разъевшая руку Ткача и заставившая хитроумного даймона отрубить её… разве это не было то же самое, только в гораздо более чистой и мучительной форме?
Санни наблюдал, как отвратительные щупальца Разложения распространяются по телу человека, становясь с ним единым целым.
Затем тело начало меняться.
Кожа потемнела, зубы внезапно удлинились, пронзив губы. Кости трещали перестраиваясь…
Но не успело ничего произойти, как узкое лезвие Осколка Луны пронзило грудь мужчины, пройдя прямо через сердце. Формирующееся ядро души, на котором теперь паразитировало Разложение, было разорвано на части. Гротескное тело забилось в конвульсиях и затихло, а его последний вздох вырвался в виде хриплого стона.
Санни вздохнул и с сожалением посмотрел на мертвеца.
Через некоторое время он прошептал:
— Отдыхай. Твой кошмар закончился…
«Найди во мне покой.»
Санни задержался на несколько мгновений, затем взглянул на другого. Казалось, что у молодого солдата всё идет хорошо. Его ядро души было практически сформировано, по телу текли слабые потоки слабой сущности. Само тело перестраивалось, становясь более здоровым и сильным… приближаясь на шаг к совершенству.
Скоро в колонне появится ещё один Спящий.
Некоторое время Санни оставался неподвижным, затем подтащил свой стул поближе и сел, отозвав Осколок Луны. Несколько теневых щупалец поднялись с земли и потащили труп несчастного беженца прочь.
Если подумать, они были не слишком практичны для таких задач… простое щупальце было самой простой формой, требующей наименьшего количества энергии для поддержания, но не обладало достаточной функциональностью и универсальностью. Возможно, нужно было придумать более совершенную форму.
В любом случае, пока Санни оставалось только ждать.
Внезапно он почувствовал сильную усталость.
К этому времени первая из теней уже вернулась из своего путешествия на вершину соседней горы, поэтому он закрыл глаза и стал наблюдать за лазаретом через неё.
Прошла минута, потом другая. Потом ещё несколько. Всё было тихо.
…Через некоторое время солдат медленно открыл глаза. В них вернулся намек на сознание, и молодой человек растерянно огляделся вокруг.
Скудно освещенное помещение, ржавые металлические стены, три импровизированные койки, одна из которых была залита кровью… и бледный юноша, сидящий на роскошном деревянном стуле, словно на скромном троне.
Юноша выглядел почти как человек… а был ли он человеком?
Его глаза были закрыты. Был ли он жив, или это
