Ракель относятся к ее ухажерам?
— Ее родители? — слегка хмурится Наталия.
— Они… Принимают их? Или… Критикуют?
— К сожалению, у нее родителей.
— То есть, как это нет?
— Они погибли, когда она была еще очень маленькой. Где-то лет семь, если я не ошибаюсь…
— О боже мой…
— Для Ракель это всегда было больной мозолью, даже если она плохо помнит своих родителей. И довольно часто ездит к ним на кладбище в свой родной город.
— Оу, неловко получилось, — неуверенно произносит Терренс. — Прости…
— Ничего страшного, — с грустью во взгляде отвечает Наталия.
— Не знал, что ее родители мертвы.
— Но они мертвы…
Наталия замолкает на пару секунд, а затем переводит вопросительный взгляд на Терренса.
— Эй, а почему ты об этом спрашиваешь? — удивляется Наталия.
— Просто интересно, — слабо пожимает плечами Терренс.
— Неужели тебе и правда так нравится эта девушка?
— Очень нравится.
— Ты настроен серьезно? Не планируешь использовать ее для одноразового секса?
— Если повезет, я бы был очень счастлив сделать ее своей девушкой.
— Даже так…
— Я бы очень этого хотел. Как я уже сказал, Ракель понравилась мне с первого взгляда, а ее нетипичное поведение пробуждает во мне еще больший интерес к ней.
— Значит, тебе интереснее бегать за неприступной красавицей, чем за той, что готова дать все?
— Именно.
— Хочешь преследовать ее, как одержимый маньяк?
— Но она же не сказала мне, что не хочет этого.
— Ну да, не сказала…
— Ракель говорила одно, а ее тело реагировало иначе.
— Уж поверь мне, ей не понравится то, что ты приперся в Лондон для того, чтобы намеренно найти ее.
— Эй, а скажи мне честно, я могу ей нравится? — интересуется Терренс. — Она что-нибудь говорила про меня?
— Про тебя?
— Она считает меня красивым? Что твоя подруга на самом деле думает о моих ласках и поцелуях?
— Говорит, что ее тошнит от них.
— А на самом деле?
— А это на самом деле!
— Наталия!
— Что? — широко распахивает глаза Наталия. — Я говорю тебе то, что сказала Ракель.
— Ну ладно, блондиночка, скажи мне правду.
— А что изменится?
— Ну я хоть буду уверен в том, что иду в правильном направлении.
— О да, правильном…
— Пожалуйста, скажи мне правду!
— Ох, ну хорошо, я скажу… — Наталия заправляет прядь волос за ухо. — Понравился ты ей. Она сказала, что ты очень даже симпатичный.
— Просто симпатичный? — удивляется Терренс.
— Ну да. Сказала, что тебя можно похвалить за твои старания. Мол, твои ласки были нормальными.
— Ну ничего себе…
— Да, конечно, вела она себя очень сдержанно, но будь уверен, ей понравилось все, что между вами происходило.
— А что насчет нашего поцелуя?
— Он ей понравился, — загадочно улыбается Наталия. — Хоть и не сразу, но она это признала.
— Вот как…
— Она признала, что ее первый в жизни поцелуй прошел просто великолепно.
— Я и не сомневался… — с гордо поднятой головой произносит Терренс. — Ведь я — просто король поцелуев. Все, кто целовался со мной, говорят, что лучше меня никого нет.
— Уверена, что внутри у нее переворачивалось вверх дном, пока ты там лапал и целовал ее где только можно.
— Думаешь, у меня есть шанс сломать эту крепость и приструнить эту красотку?
— Ну… — Наталия мечтательно закатывает глаза. — Может, малюсенький шанс есть. Но тебе придется очень постараться, чтобы завоевать ее симпатию. И сделать то, что еще не удавалось никому из парней.
— Что? — слегка хмурится Терренс.
— Завладеть ее нежным девичьим сердечком.
— Эй, а у нее сейчас кто-нибудь есть? Ракель с кем-то встречается?
— Пф, МакКлайф, не смеши меня, я тебя умоляю! — скромно смеется Наталия и легонько хлопает Терренса по руке. — Эта девушка слишком занята своей работой, чтобы искать себе парней.
— Значит, у нее никого нет?
— Никого нет.
— Отлично… — загадочно улыбается Терренс.
— Правда, ее родственники все больше и больше начинают давить на нее и говорить, что ей уже пора создавать свою семью.
— Вот как?
— Ее дедушка — человек старой закалки. Он — приверженец ранних браков. Сам рано женился и стал отцом. Его сын женился где-то лет в двадцать пять, если я не ошибаюсь. Ну а сейчас он переживает, что его внучка не найдет себе мужа и упустит время рожать детей.
— Но я так понимаю, Ракель никого не слушает и всю себя отдает работе?
— Именно! Кэмерон отшучивается, когда кто-то начинает говорить о ее отношениях, но видно, что разговоры о свадьбе и замужестве все больше напрягают ее.
— Она что, не хочет замуж?
— Говорит, что пока не планирует. Мол, она еще слишком молодая и хочет пожить для себя. А ее дедушка и тетя недовольны и считают, что девушка просто обязана думать о муже и детях. Не о карьере.
— А как они относятся к ее карьере модели?
— Ее дедушка — ярый противник модельного бизнеса и всеми силами пытался огородить Ракель от него. Однако когда она приняла решение строить карьеру модели, он, стиснув зубы, смирился с этим и не стал уговаривать ее все бросить.
— Понятно… — Терренс бросает короткий взгляд в сторону. — Насколько я помню, за все эти годы Ракель ни разу не заставали за поцелуями и объятиями с какими-то мужчинами.
— Так у нее никогда и не было серьезных отношений! — бодро признается Наталия.
— Не было?
— Да, Терренс! Моя подружка чиста и невинна, словно милый ангелочек. Конечно, у нее очень много воздыхателей, которые хотят едва ли не жениться на ней. Но Кэмерон всех отвергает.
— Так это что получается… Она вообще никогда не состояла в отношениях?
— Нет.
— Ни целовалась, ни обнималась, ни даже в постель ни с кем не ложилась?
— Эта девочка ничего не понимает в этом, — загадочно улыбается Наталия. — Так что ты стал первым мужчиной, который поцеловал ее.
— Ничего себе…
— О поцелуе с ней мечтали многие, но этого добился только ты один.
— Неужели никто никогда не нравился ей?
— Никто. Ни парни в школе, ни ребята из университета, ни всякие молодые красавчики из шоу-бизнеса.
— Ничего себе…
— Хотя зная, сколько раз ей дарили всякие цветочки, да подарочки и приглашали ее пообедать, она уже могла бы повстречаться с сотней мужчин.
Наталия слабо пожимает плечами.
— Но нет… Кэмерон не хочет думать ни о чем, кроме работы.
— Что ж… — Терренс загадочно улыбается. — Значит, конкурентов у меня практически нет… Ну и прекрасно! Я смогу задать такую планку, что никто не сможет до нее допрыгнуть.
— Ты слишком уверен в себе, — отмечает Наталия.
— Так хочется еще раз прижать эту красавицу к себе и подарить ей еще более волнительный поцелуй, который она точно никогда не забудет.
— Сдурел что ли? Хочешь убить мою
