смотря ни на что, восторженно приветствовала обоих, наложив полуторные порции опоздавшим, а потом присела за их столик и, подперев рукой голову в повязке, выслушивала приключения командира роты и его девушки. То, что это действительно так, она сама дала недвусмысленно понять смущённому Андрею.
Через полчаса вернулся и Димка. Как раз к грандиозной рокировке своих вещей и Маши. Известие, что он переезжает к Жанне, изменило его настроение на сто восемьдесят градусов, однако в момент осуществления этого мероприятия произошёл трагикомичный случай. Пока Маша охапками переносила свои вещи в комнату Андрея, Жанна забрала так и не разобранный Димин баул в свою комнату и по-хозяйски занялась его распаковкой. Подполковник Соловьёв решил-таки прояснить вопрос с избранницей своего сына и нагрянул в общагу, как снег на голову. Вера Андреевна, а она уже была в курсе этой рокировки, показала Игорю Дмитриевичу комнату его сына. Тот без стука вошёл внутрь и увидел, как какая-то рыжая и наглая девка роется в вещах сына — этот баул он сам отдал Дмитрию.
— Ты чё там забыла? — нахмурился он.
— Чё надо, то и забыла, — со всей своей дерзостью ответила ему Жанна.
— А ну, положь вещи обратно!
— Да вы кто такой, чтобы мне указывать? — возмутилась Косинова.
— Я, кто такой?! — Соловьёв-старший задохнулся от наглости этой рыжей девчонки. — Я тебе покажу сейчас, кто я такой! А ну, — схватил он её за руку.
— Кихап[49]! — выдохнула Жанна и провела один из боевых приёмов против явно не ожидавшего такого поворота событий подполковника.
В этот момент Димка как раз зашёл в комнату, отряхиваясь на ходу — они с Андреем переставляли шкаф на новое место. Увидев отца с заломленной в болевом приёме рукой и стоявшую над ним Жанну, он опешил.
— Нормально… Жанн, отпусти отца.
— Димуль, эт чё, это твой отец? — мгновенно сняв захват руки, та участливо помогла подполковнику подняться. — Ну, извините, Игорь Дмитриевич…
— Это кто? — красный как рак, насупившись, спросил Соловьёв-старший.
— Познакомься, ПАПА… — Димка сделал паузу — это моя невеста. Жанна Андреевна Косинова. Командир взвода, сержант.
— Кхм-гхм… Ну ты тоже… Извини, а то я думал, что кто-то роется в вещах моего сына.
— Ну, мне-то можно? — прищурилась она. — Я ж тут не чужой человек.
— Да… похоже, не мой день сегодня, — покачал головой отец.
— Это точно, — кивнул сын, подходя к своей избраннице и обнимая её за талию. — Командир роты уже вкратце рассказал, что обвинение Власьевой было надуманным, а теперь и эта лажа…
— Я попросил бы! — прервал его Соловьёв-старший.
— Да ладно пап, мы никому не скажем, правда, Жанусь? — подмигнул он девушке.
— А то! Это ж наше внутреннее семейное дело, — закивала она.
— А ты молодец, не ожидал от тебя такого, — мотнул головой отец. — И сам за ум взялся, и девушку себе строгую нашёл.
— Шиджё… — она разразилась длинной тирадой на китайском.
— Что это было? — удивился Соловьёв-младший.
— Самое прекрасное зрелище на свете — вид ребёнка, уверенно идущего по жизненной дороге после того, как вы показали ему путь, — менторским тоном ответила Жанна. — Слова Конфуция, причём в оригинале, Димочка.
— То есть ты свободно можешь говорить по-китайски? — удивился подполковник.
— Ну, я бы так не сказала — там диалектов, как говна за баней… Ой, извините, вырвалось — покраснела она.
— Аха-ха! — заржал тот. — Всё, считай, что нашего недоразумения не было! Да, сын, повезло тебе с избранницей. А что за стиль у тебя?
— Тхеквондо. Четвёртый дан — синий пояс.
— Ого!
— Я так понимаю, тарщ подполковник, анкеты курсантов вы не читали? — не удержался от шпильки Дима.
— Та-ак! Ещё один? — нахмурился тот.
— А что, прапорщик Федотов уже упоминал об этом? — поддержала Димку Жанна.
— Ишь, как спелись, — засопел отец. — Ну, было там одно недоразумение… вы мне вот что скажите — правда, что у вас есть айтишник хороший?
— Это военная тайна, тарщ подполковник, — сделал серьёзное лицо Димка. — Все вопросы к прапорщику Федотову.
— У нас с ним, скажем так, возникло недопонимание… — угрюмо проговорил Соловьёв-старший.
— Всё проходит и это пройдёт, — пожала плечами девушка.
— Опять Конфуций? — переспросил Димка.
— Темнота! Это слова царя Соломона, — наставительно сказал отец.
— Точнее — надпись на его кольце, — поправила его Жанна.
— Съел? — язвительно ответил сын и чмокнул избранницу в щёку.
— Ладно, на эту тему поговорим в другой раз, — махнул рукой подполковник.
27 февраля 2028 года. г. Саратов. Вечер
Сегодняшнее заседание руководства саратовского анклава проходило в расширенном формате. В частности, на него был приглашён и командир молодёжной роты — прапорщик Федотов. Весь этот месяц его роту не трогали и не отвлекали понапрасну, кроме пары выездов на стрельбище. Оглядываясь на весь этот тридцатидневный период, Андрей вспоминал перипетии переезда на новое место дислокации — Октябрьское Ущелье. Помимо общих организационных мероприятий, связанных с переездом, на плечи всей роты свалилась необходимость создания качественной защиты, как самого общежития, так и периметра. Ещё в самом начале, когда рота только-только перебазировалась на новое место, он вызвал к себе Архипова и Медведева, поручив им монтаж системы видеонаблюдения и контроля допуска к общежитию и внутреннему периметру комплекса.
Подполковник Соловьёв решил посмеяться над «спецами» прапорщика Федотова, выдав им оборудование, стоявшее ранее в одном из коммерческих банков. Однако ни Петька, ни Никита не спасовали перед трудностями. Федотов выделил им примерно взвод парней посмышлёнее, и в скором времени комплекс стал напоминать муравейник — курсанты тянули провода, кто-то крепил их по столбам на большой лестнице, кто-то прикручивал камеры и другие системы контроля. Потом Никита проверял тестером-мультиметром целостность соединения и переходил к следующему участку. Первым делом Петька попросил выделить отдельное помещение на первом этаже здания, куда был бы затруднён вход посторонних. И такое нашлось. Видимо, здесь и раньше было помещение охраны, а теперь оно превращалось в центр контроля целостности периметра юнармейской Базы.
Три мощных сервера для хранения баз видеоданных, место оператора со здоровенным монитором, подключение считывателей личных карт доступа — ой, не зря Петька до Чумы помогал старшему брату, подрабатывая у него на выездах. Ну и его любознательность
