поспешным и не полностью соответствовало оперативной обстановке в Белгороде к 18.00 5 августа. В нём явно просматривается стремление выдать желаемое за действительное. Полагаем, что причиной спешки была личная заинтересованность генерал-полковника И.С. Конева как можно быстрее сообщить в Москву о существенном успехе войск фронта. С начала войны его преследовали крупные неудачи. В сентябре – октябре 1941 г. он чуть больше месяца возглавлял Западный фронт, который попал в окружение в районе Вязьмы, ставшее одним из самых крупных за годы в Великой Отечественной войне. Как не справившегося с обязанностями его сняли с этой должности и назначили с понижением[1023]. Через некоторое время, 17 октябре 1941 г., он вновь становится командующим фронтом, Калининским. В августе 1942 г. его вернули на должность командующего Западным фронтом, но 27 февраля 1943 г. из-за неудачно проведенных операций и больших потерь войск он был вновь смещен[1024]. В марте 1943 г. генерал-полковник был назначен командующим менее значимого Северо-Западного фонта, но и здесь при проведении Старорусской наступательной операции его постигла неудача и он вновь отстраняется от должности и направляется в резерв Ставки ВГК. А в конце июня 1943 г. становится командующим Степного военного округа, который уже входе Курской битвы, 9 июля 1943 г., был переименован в Степной фронт[1025]. Эти обстоятельства, а также медленно развивавшееся наступление в первые двое суток его первой в этой должности стратегической операции «Полководец Румянцев», по нашему мнению, и подтолкнули генерал-полковника доложить в Москву вечером 5 августа об освобождении Белгорода как о событии уже свершившемся, хотя это было не так, к 18.00 противник только готовился отойти на новые рубежи и в городе еще шли масштабные, очень ожесточенные и кровопролитные бои частей нескольких советских и германских дивизий. Таким образом, И.С. Конев хотел продемонстрировать не только и не столько успехи войск фронта, сколько подчеркнуть свою способность добиваться результатов на высокой должности командующего стратегическим объединением, каковым являлся Степной фронт.
Итак, 5 августа 1943 г. 69-я А хотя, безусловно, и достигла весомых успехов, но полностью выполнить задачи, поставленные руководством фронта на этот день, не смогла, Белгород полностью не удалось очистить от врага, все её войска были скованы боями в нем, поэтому армия не вышла на запланированную линии: Красное – ИТК (Колония) Дубовое. Главная причина этого, как и неуспех первых двух суток операции, объективная, слабость её войск. Кроме того, на затягивание боевых действий в городе повлияли два важных фактора.
Во-первых, при постановке задач штабом фронта не были учтено, что это был старый город, в котором до лета 1943 г. не велось крупномасштабных боевых действий, поэтому в нем сохранилось много зданий и полуподвальных помещений из кирпича, которые германские войска использовали в качестве долговременных огневых точек. Не случайно наиболее упорное сопротивление окружённые подразделения 11-го ак оказали в каменных постройках консервного завода, МТМ и в его храмах, где было возможно относительно малыми силами обороняться достаточно долго.
Во-вторых, тяжелая артиллерия и авиация из-за отсутствия точных данных, не наносили ударов по опорным пунктам противника в городе, которые были умело прикрыты большим количеством мин, что в условиях городской застройки существенно тормозило продвижение войск. В свою очередь, вражеские бомбардировщики, имея данные от авианаводчиков, проводили бомбардировку городских кварталов, освобожденных советским войсками в течение всего дня 5 августа.
Итак, третий день наступления Степного фронта наконец дал ощутимые результаты. К исходу 5 августа задачи, поставленные перед тремя его армиями утром 3 августа 1943 г., в основном удалось решить. Однако, несмотря на тяжелейшее положение, в которое его войска поставили 11-го ак, генералу Э. Раусу все-таки удалось не допустить полного разгрома своих дивизий в Белгороде. На наш взгляд, причиной срыва плана И.С. Конева по окружению противника стал ряд факторов, которые не были им учтены и при планировании, и в ходе реализации операции.
Во-первых, командование фронтом продолжило практику постановки перед войсками задач, которые не были обеспечены необходимыми силами и средствами, не учитывался и предыдущий неудачный опыт. Особенно наглядно это можно проследить на примере постановки задач 7-й гв. А. Численность группировки противника в районе плацдармов на р. Северский Донец у Белгорода штабом фронта была оценена неверно, следовательно, и силы, выделенные для прорыва её рубежа, оказались недостаточными.
Задачи, поставленные перед 1-м мк и 53-й А, тоже оказались чрезмерными, и их выполнение привело к распылению сил, поэтому до конца 5 августа ни одной задачи полностью они выполнить не смогли. Штаб корпуса Соломатина отмечал, что в течение первых трех суток наступления его войска, ведя непрерывные бои в крайне сложных условиях, прошли 23 км, и все это время использовались лишь для прорыва обороны противника, а не по прямому назначению, т. е. для развития успеха в глубь. В результате из-за значительных потерь в личном составе, перемешивания частей и быстрого продвижения бригад вперед число активных штыков в его боевых подразделениях 5 августа сократилось до 250–300 человек на бригаду[1026], что в 5 раз ниже штатной численности. Высокие были потери и в бронетехнике, поэтому 6 августа командир корпуса будет вынужден передать весь свой резерв – 26 танков и 57-й мотоциклетный батальон в качестве мотопехоты в бригады[1027], хотя последний должен был выполнять задачи разведки в интересах всего 1-го мк. По нашему мнению, если бы штаб фронта при планировании наступления на 5 августа хотя бы часть сил 5-го гв. мк, который был передан из Воронежского фронта именно для блокирования Белгорода, перенацелил в полосу 53-й А, сократив её на несколько километров, это могло бы усилить её удар по 11-му ак и ускорить её про движения для соединения с 7-й гв. А.
Во-вторых, несоответствие целей, которые ставились перед войсками, методам для их реализации. Формально и армиям фронта, и 5-му гв. мк на 5 августа была поставлена главная задача: окружить корпус Рауса. Для её решения были сформированы ударные группировки и намечены направления двух концентрических ударов силами 53-й А с 1-м мк и 7-й гв. А, что соответствовало конфигурации линии фронта и первоначальному замыслу И.С. Конева. 69-я А должна была двигаться между этими двумя охватывающими клиньями и освободить Белгород. Однако, на наш взгляд задачи войск 53-й, 69-й и 7-й гв. А были взаимоисключающими, особенно если учесть слабость 7-й гв. А. Поскольку 198-ю пд, составлявшую основу гарнизона города, можно было или окружить, или вытеснить. План, изложенный в приказе И.С. Конева, по сути, предусматривал одновременно и то, и другое. Во главе фронта и его штаба находились генералы, имевшие большой боевой опыт в войне с
