Но при любых мирных переговорах с чейенами Орлиный Нос играл решающую роль. Под его началом в то время скопилось несколько сот воинов из всех чейенских кланов. И договор о мире в Канзасе был бы недействительным, если бы его не подписал Орлиный Нос. Бейт договорился с другим метисом — Эдмондом Геррерой, чтобы тот пошел к Орлиному Носу и убедил его прийти к ручью Медсин Лодж, хотя бы для предварительных переговоров на первый раз. Геррера был женат на сестре Бейта; женой Орлиного Носа была двоюродная сестра Герреры. А родственные связи всегда высоко ценились индейцами прерий. Это, наверное, и облегчило миссию Герреры.
27 сентября Геррера пришел с Орлиным Носом и Серой Бородой к ручью Медсин Лодж. Орлиный Нос настоял на том, чтобы Серая Борода сопровождал его: тот немножко понимал по-английски и переводчики не могли бы его так легко обмануть. Главный уполномоченный Томас Мерфи, который должен был подготовить все необходимое перед приходом членов комиссии, сердечно приветствовал вождей чейенов.
— Предстоящие переговоры будут чрезвычайно важными, — сказал он и обещал, что члены комиссии обеспечат поставку продовольствия для индейцев, возьмут их за руку и поведут к миру.
— За кормежкой бегает только собака, — возразил Серая Борода. — Пища, которую вы нам возите, не идет нам на пользу. Пропитание нам дают бизоны. А вот того, в чем мы больше всего нуждаемся, мы не видим. Где порох для ружей? Где свинец и гильзы? Когда вы нам их привезете, мы поверим, что у вас искренние намерения.
Мерфи ответил, что Соединенные Штаты дают боеприпасы только дружественным индейцам, и спросил, почему некоторые чейены продолжают нападать на белых.
— Потому что Хэнкок сжег наше стойбище, — ответили в один голос Орлиный Нос и Серая Борода. — Это наша месть.
Мерфи заверил их, что стоянку у них сожгли без ведома президента — Великого Отца; за это злое дело Великий Отец уже отозвал Хэнкока из прерий. И Великого Воина Шермана, против присутствия которого возражал Орлиный Нос, Великий Отец также отозвал в Вашингтон. Наконец Орлиный Нос согласился на компромисс. Он скатал, что поставит вигвамы в шестидесяти милях отсюда, у реки Симаррон.
— Я еще посмотрю, как будут проходить переговоры. Если все будет в порядке, я приду и приму в них участие.
Переговоры начались 16 октября. По-индейски — в Месяц Смены Времен Года. Арапахо, команчи, кайова и степные апачи встали лагерем ь установленном месте, вдоль заросшего лесом берега ручья, а Черный Котел предпочел расположиться за ручьем. В случае чего ручей мог отделить его от двухсот сабель кавалерийского отряда, охранявшего членов комиссии. Орлиный Нос и вожди Боевых Собак послали в лагерь Черного Котла своих людей. Каждый день они доносили Орлиному Носу о ходе мирных переговоров. При этом они еще следили за Черным Котлом и за членами комиссии; если бы Черный Котел попытался подписать от имени народа чейенов плохой договор, они бы его тут же убили. Таков был тайный приказ Орлиного Носа.
Всего собралось больше четырех тысяч индейцев, но среди них было так мало чейенов, что переговоры прежде всего касались племен кайова, команчей и арапахо. А членам комиссии прежде всего нужно было обеспечить мир с опасными Боевыми Собаками, причем следовало убедить их в том, что резервация ниже реки Арканзас, которую им предлагали, очень удобное и выгодное место. Черный Котел и Джордж Бент уговорили нескольких колеблющихся вождей. Но враждебность остальных настолько усилилась, что они пригрозили Черному Котлу, если он не уйдет с переговоров, перебить всех его коней.
21 октября каноча и команчи подписали договор, по которому они дали обязательство жить в общей резервации с чейенами и арапахо. Они обещали охотиться на бизонов только на территориях южнее реки Арканзас и прекратить мешать строительству железной дороги, которую в это время начали проводить вдоль реки Смоки Хилл. Черный Котел, однако, не хотел ставить своей подписи, пока к ручью Медсин Лодж не подойдут другие вожди чейенов. Маленький Ворон и его арапахо не хотели подписывать, пока не подпишут чейены. Недовольные члены комиссии согласились подождать еще неделю. И Черный Котел с другим настроенным мирно вождем — Маленьким Сюртучком — отправились в лагерь Боевых Собак, чтобы применить там свою дипломатию. Прошло пять дней, но чейены не появились.
Вечером 26 октября Маленький Сюртучок вернулся из лагеря Боевых Собак. Он сообщил, что вожди чейенов придут. Их будет сопровождать пятьсот вооруженных воинов. Они предупреждают, что будут стрелять из ружей: этим они хотят показать, что им очень нужны боеприпасы для осенней охоты на бизонов. Комиссии совершенно нечего опасаться, воины никого не обидят, и если им подарят боеприпасы, то они подпишут договор.
На следующий день, в теплый солнечный осенний полдень, прискакали чейены. Они показались на гребне горы южнее места переговоров и построились в каре — не хуже, чем кавалеристы Твердого Зада. Некоторые надели трофейные армейские мундиры, на других были красные одеяла. Копья их и серебряные браслеты и ожерелья блестели на солнце. Когда отряд приблизился к месту переговоров, воины развернулись в боевую линию лицом к членам комиссии, не без опаски ждавшим за ручьем. Один из индейцев затрубил в рог. Кони рванулись вперед, и из пятисот глоток вырвался крик “Ги-ги-гия, гия!”. Воины подняли копья, натянули луки, несколько раз выстрелили из ружей и пистолетов в воздух и промчались через ручей так стремительно, что из него выплеснулась вода.
Передние ряды подскакали к комиссару Харни Белые Бакенбарды, который, не двигаясь с места, ждал индейцев. Другие члены комиссии спешно искали укрытия. Вожди и воины резко осадили коней, спешились, обступили испуганных членов комиссии, со смехом подавая им руки. Так они продемонстрировали, как быстры и ловки воины-чейены.
Когда кончилась церемония приветствий, начались речи. Говорили все — Высокий Бык, Белый Конь, Могучий Медведь и Вождь Бизонов. Они заявили, что не хотят войны, но если не получат почетного мира, начнут ее немедленно.
Вождь Бизонов даже потребовал, чтобы индейцам было разрешено охотиться вдоль реки Смоки Хилл. Он обещал, что чейены оставят в покое железную дорогу, а потом добавил:
— Пусть этот край будет нашим общим владением и пусть чейены там охотятся и впредь.
Но белые участники переговоров ни с кем не хотели делить землю севернее реки Арканзас. Утром следующего дня они угостили кофе вождей чейенов и арапахо, а потом зачитали им договор, содержание которого перевел Джордж Бент. Могучий Медведь и Белый Конь сначала отказались подписывать договор, но Бент отвел их в сторону и убедил сделать это, чтобы удержать свою власть и впредь остаться со своими племенами. После подписания договора члены комиссии раздали подарки, среди которых были и порох и пули. Так закончились переговоры у ручья Медсин Лодж. Большинство чейенов и арапахо должны были теперь отойти на юг. Но были и такие, которые уйти не захотели. Человек триста — четыреста ушли от реки Симаррон к северу и соединили свою судьбу с воином, который не хотел капитулировать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
