понять вот что. В нашем клане я едва смог заполучить себе место в десятке приближенных.
— Насколько выше?
— Минимум вдвое, — с готовностью ответил Ксирридус. — Вот ориентир, к которому тебе стоит стремиться. Твои героические наставники, — он перешел на показной шепот, — каждый из них превосходит мой БР. Подумай об этом на досуге.
— Значит, я просто ставка? — неожиданно спросил я. — Все наши жизни — это лишь попытка что-то доказать? Чего-то достичь? Вы уже победили, вас не станут судить дважды. Чего вы хотите?
— На это я не собираюсь отвечать, Кир, — рассмеялся Ксирридус. — Ты умный парень, сам разберешься. Что же до ставки — все мы чем-то рискуем. Я своим троном, ты — собственной жизнью. Если честно, я не вижу особой разницы в наших ситуациях.
— Если вы хотите, чтобы мы победили, то помогите нам, — взмолился я. Дело было не в страхе, скорее, в осознании. Я надеялся, что смогу убедить его хоть что-то рассказать. Надеялся, что информация из Мирэйн окажется куда более весомой.
— Именно этим я и занят. Не пытайся «обыграть» игру, Кир. Следуй указаниям и четко выполняй условия договора. Они откроются тебе в полной мере, стоит тебе перейти на Шестой Глобальный Уровень. Понимаю, ты думал, что смог припереть меня к стене. Рассчитывал, что подобрал ключ ко всем ответам. Даже научился расшифровывать часть скрытых сообщений, а этого оказалось мало. Досадно, понимаю. Но — это только начало. Впереди еще много сложностей и тысячи врагов, о которых ты еще не подозреваешь.
— Капитан, — вздохнул я.
— Это еще не все, — без издевки произнес Ксирридус. — Капитан это страница, глава, часть. Это уже не начало, но и не самый конец, понимаешь? Существуют враги, куда более кровожадные и безумные, чем наша драматическая героиня. Поверь, Кир, ты еще не сталкивался со злом, которое способно породить «Эпоха Звезд». Я могу открыть тебе один секрет, но это будет последнее, что я скажу тебе сегодня. Договорились?
— Говорите, лидер, — я смирился со своей судьбой, готовясь услышать очередную порцию философских рассуждений, которые мне ни о чем не скажут.
— Наш мир смог победить в «Эпохе Звезд» лишь потому, что моя раса всегда живет состязаясь. Но в те моменты, когда появляется «враг извне» мы объединяемся и забываем старые распри. Мы непобедимы вместе и наша воля столь же несгибаема, сколь ярко пламя Источника Космического Огня. Весь наш мир объединился в единый клан и вместе мы дали отпор захватчикам и судьям. За всю «Эпоху Звезд» в моем мире не было совершено ни единого убийства другого игрока. А теперь скажи мне — сколько греховных кланов уже существует на планете Земля?
[Евгений]: Наш мир смог победить в «Эпохе Звезд» лишь потому, что моя раса всегда живет состязаясь. Но в те моменты, когда появляется «враг извне» мы объединяемся и забываем старые распри. Мы непобедимы вместе и наша воля столь же несгибаема, сколь ярко пламя Источника Космического Огня. Весь наш мир объединился в единый клан и вместе мы дали отпор захватчикам и судьям. За всю «Эпоху Звезд» в моем мире не было совершено ни единого убийства другого игрока. А теперь скажи мне — сколько греховных кланов уже существует на планете Земля?
[Евгений]: В жопе наши дела?
— Больше, чем тех, кто мечтает стать «героями»?
Ксирридус ничего мне не ответил, лишь на мгновение показал мне экран небольшого планшета, который вытащил из внутреннего кармана пиджака. Привычная карта нашей планеты со всеми островами и континентами. Черные земли, покрытые густой, непроглядной коркой и редкие проблески белых точек. Когда инопланетяне выбирали эту планету для суда, они не ошиблись. Разве мы стоили того, чтобы получить единственный шанс на спасение, когда не способны были сплотиться даже перед лицом общего врага?
— Вашему миру нужны «герои», Кир. Только и всего. Вопрос в другом — готов ли ты стать одним из них. Готов ли зажечь в сердцах, совращенных Тьмой, пламя Света? Я верю, что ты справишься, но сделать финальный выбор можешь только ты сам.
Ксирридус поднялся с кресла и положил мне на плечо ладонь, ставшую неожиданно тяжелой. Я едва смог сдержать слезы, чувствуя, как страшный комок обиды поднимается к горлу. И почему я вообще думал, что люди станут добряками, сражающимися за свой вид, когда существуют Организации, предлагающие победу, вымоченную кровавой краской? Глупый, наивный Кир.
Я просидел напротив окна еще несколько часов, стараясь отогнать гневные, опустошительные мысли. Я все еще был жив, все еще сражался. Я шел путем героя и вместе со мной по нему шагали десятки соклановцев. Я не имел права подвести их, не имел права отступить. Да, пускай будет сложно, пускай мы можем проиграть. Мы не отступим и доведем эту битву до конца.
«Эпоха Звезд» — это испытание, оно не может быть легким.
[Я]: Наши дела лучше некуда. Я скоро вернусь. Горжусь вами, ребят.
Я отправил короткое сообщение и врезал кулаком по стеклу перед собой. Пуленепробиваемый, толстый слой изготовленного на заказ материала надулся от разрушительной силы, выгнулся, затрещал и лопнул, впуская внутрь сладкий, прохладный воздух столицы. Не было больше границ и не было цепей, сдерживающих мой потенциал. Перед глазами забрезжила цель, первый миллион боевого рейтинга — и я надеялся достичь ее как можно скорее. Забыв обо всем остальном и полностью сконцентрировавшись на этой задаче. Я принял стойку, как заправский спринтер, произвел мысленный отсчет и сорвался с места, желая за пару секунд пересечь половину столицы и оказаться рядом с апартаментами «Эмеральд».
— Драться пришла? — я почти «влетел» в нее, едва сумев вовремя остановиться.
Она была такой же, как я ее запомнил с нашей последней встречи. Длинные, тонкие руки, изящные пальцы. Тонкая, почти болезненная талия, узкие плечи, вечно тянущиеся к земле, густая копна абсолютно черных волос, спутавшиеся кончики. Тяжелые пряди маячили перед лицом девушки, старательно пряча ее впалые глаза белесого, мертвецкого оттенка. Черные одежды с зелеными вставками и холодные, почти лишенные приятного розового цвета губы.
— Сегодня это запрещено, — тихо отозвалась Королева Мертвых и лидер Некрополя, Эндэ.
— Знаю, но решил, что ты обезумела и захотела реванша. Или захотела, чтобы Организаторы наказали тебя. Откуда мне знать, что творится в твоей полумертвой голове.
— Я пришла извиниться, — каждое слово давалось ей с огромным трудом. Но она продолжала говорить, сцепив пальцы в крохотные, истощенные кулаки.
