- Лично мой - двумя волосатыми орками, - сообщил брат все так же печально. Как будто бы говорил о захвате родного замка.
- Кем-кем? - не поняла я, но старший брат только махнул рукой и ушел почему-то в ванну, заодно прихватив мои шоколадки. Через секунду, поняв, что пришел не туда, поплелся в комнату Томаса. Там он, что ли, собрался чай пить?
Я, пожав плечами, направила стопы в свою комнату, чтобы переодеться и была неприятно поражена, увидев в комнате вместо Нельки дядю Борю и Славона, умудрившихся вдвоем поместиться на одном стуле за компьютерным столом. Дядя Боря, не отрывая взгляда от монитора, по которому передвигался человечек в военной экипировке с автоматом в руках, яростно щелкал по мышке и клавиатуре. Человечек ловко передвигался в каком-то темном бараке и изредка перестреливался с врагами.
- Давай, давай его! - подзадоривал его Славон, ерзающий рядом, - мочи его! Слева, давай, слева! А теперь справа! Там вражина сидит! Вашу кашу, стреляй!
- Да вижу я, вижу, не лезь ты под руку, - отозвался напряженным голосом дядя Боря и заметил меня. - Ой, Катька, привет, а мы тут рубимся в "Контру". Хочешь с нами?
- Нет, - отказалась я вежливо, - спасибо я не хочу. И не умею.
- Вот и я не умел, - весело отозвался папин друг, - всего четыре часа - и смотри, как я их делаю!
- Смотри, смотри, впереди, за забором! - заорал Славон. И оба мужчины с головой окунулись в атмосферу популярной стрелялки.
Мне оставалось только развести руками и уйти переодеваться в ванную комнату.
Как оказалось, к Томасу заявился сегодня добрый десяток гостей - самых лучших его друзей из многочисленной армии приятелей и поклонников. Кто-то из них притащил с собой два ноутбука и нетбук, подключенных к Интернету. Этот же добрый человек предложил остальным поразвлечься, поиграв в известный "Контр Страйк" по сети. Все, кроме Томаса и писателя Краба, тут же согласились и оккупировали имеющиеся в доме электронные машины. Даже не знаю, каким волшебным образом они, выманив из-за компа Эдгара, заполучили в пользование его компьютер. А теперь, разбившись на пять команд, играли в разных комнатах, в том числе и в комнате, временно отсутствующего, Леши и на кухне. Томас ходил туда-сюда и со скорбным видом вещал о двустороннем вреде компьютеров на тела и умы игроков.
- У тебя же сын двадцать часов в день сидит за компом, - возразили ему в ответ на очередную гневную нотацию, посвященную вреду электронных излучений на организм.
- Мой сын - гений, - заявил папа. - Ему нужен компьютер, как воздух. Или как тебе алкоголь, - обратился он к бородатому другу-рокеру, азартно пыхтящему над монитором.
- Ты, балда от авангарда, - хмуро отозвался он, проигрывая в это время дяде Боре, - утихни. Или повозюкой кисточкой.
- Возюкают пятой точкой по унитазу. А я пишу и создаю, - отозвался он и, задрав голову кверху, ушел.
Томас окончательно разобиделся и около двух часов промывал мозги своим детям: мне, Нельке и Эдгару. Сестрица, в конце концов, сбежала на в гости к подружке с ночевкой, брат уснул, а я пала единственной жертвой разговорчивого родственника.
- Эти люди - как обезьяны, - вещал он мне, имя в виду гостей, - они затворники чужих интересов - они уткнулись в электронные рыла-воронки и отупели. Принесли свое здравомыслие в жертву бездушной электронике. Хм, а неплохая идейка, - сам себе пробормотал он. - большое полотно с рванными краями... четыре ряда столов со свиньями с несуразно огромными головами и черными пяточками... около каждой свиньи - роботы с человеческими глазами, опутанные проводами, тянущимися к свинкам...
- Томас, - спросила я через полчаса его рассуждений, думая о своем - естественно, о Кее, и о том, какой он поганец. - А при чем тут свинки?
- Катя! Я тебе тут распинался, а ты! Слушай, - вдруг он внимательно посмотрел на меня, - что с тобой такое? Ты опять очень грустная.
- Я? Грустная? - притворно удивилась я и качая пальцем тоненькую раму одной из папиных картин, висевших почему-то очень низко.
- С учебой что-то не то? Не волнуйся, в универе всегда можно восстановиться. Знание - не главное, я же тебе это уже говорил?
Спасибо, обрадовал. Вот она, настоящая родительская поддержка!
- Спасибо, но у меня с учебой все нормально. Мне вообще сдавать экзамены больше не надо - автоматы, - ответила я.
- Молодец! Так держать! Я всегда знал, что ты очень умная девочка, - тут же обрадовался папа, не вникая, откуда у его, в общем-то, нерадивой дочери "автоматы".
- Может, с Ниночкой поругалась? - спросил Томас. - Что-то ее давно не видно у нас.
- Все у нас с Нинкой отлично, - ответила я. - Она пока в Ницце отдыхает.
- Она молодец! Отдыхает не где-нибудь, а в культурном месте. Тогда что у тебя не так? - не унимался пытливый родственник. - Я же вижу по твоим глазам, что что-то не так. Очень уж много в них затаенной печали. О! Может быть, это из-за любви? Какой же я недогадливый! - хлопнул он себя по лбу. - Ты же юная дева, тебя сейчас интересуют только чувства! Это из-за твоего Антона? Ох, поэтому он к нам не приходит, милая? Вы поссорились? Ты его обидела? Ревнуешь к поклонницам?
- К поклонницам? - медленно произнесла я, чувствуя, что что-то недопонимаю. - Каким еще поклонницам? Что ты имеешь в виду?
- У рок-исполнителей всегда множество поклонниц, дорогая, - принялся втолковывать мне он, - и избранницам музыкантов всегда приходится тяжело. Многие из...
- Папа! - перебила я его чуть ли не истерично. - Ты знаешь, кто такой Антон?!
- Ну что ты так орешь? - удивленно взглянул на меня Томас, вальяжно развалившийся на своем круглом диване. - Где твои манеры, Катюша?
- Так, - грозно нависла я над ним, - откуда ты знаешь, что Антон - музыкант?
- Я не слепой, - улыбнулся родитель обескураживающе, - когда твой парень остался ночевать у нас, и мы всю ночь провели в беседах, я вспомнил, кого он мне так напоминал - парня-музыканта, которого я пару раз видел в клубах, а потом и в телеке. Мы разговорились, я высказал свои подозрения, и он подтвердил, что является солистом "На краю". Я тут, - кивнул на полку с дисками он, - знакомлюсь с их творчеством и придумываю варианты обложки нового диска. Только из-за Антона согласился - прекрасный молодой человек, который знает, что такое настоящее искусство, - не без намека сказал Томас.
Я слушала его и едва только сдерживала себя, чтобы не зареветь белугой.
- Папа, - вкрадчиво произнесла я, - что же ты мне не сказал, что Антон и Кей - одно и то же лицо? Что же ты молчал?
- А нужно было говорить очевидные факты? - посмотрел на меня родитель взглядом невинной бабочки.
- Вообще-то да! - заорала я, понимая, что вообще-то кричать на родителей некрасиво, но эмоции хлынули из меня, как водичка из фонтана.
