Следует ли ей взять инициативу в свои руки? Она могла бы дать Дэвиду шанс написать статью. Нет, нет. Это неразумно. Лиз проклинала себя за то, что несмотря на свой опыт, она так глупо попалась в ловушку ожидания звонка от мужчины.
Лиз всегда завидовала способности мужчин обуздывать и контролировать свои эмоции и раскладывать все по полочкам. У женщин все аспекты жизни переплетены, и они не способны — а зачастую и сами не хотят — делить их на составляющие. Посреди самой ответственной конференции, бывает, подступают вдруг непрошенные мысли — начиная с того, что приготовить на ужин и заканчивая тем, что нравится мужчинам во время орального секса, тогда как представители сильного пола могут полностью отключиться и сосредоточиться на каком-то одном предмете.
Эта типичное свойство женщин — способность выполнять несколько несвязанных между собой дел сразу — говорить по телефону, красить ногти, просматривать заголовки газет и следить за тем, что происходит по телевизору, — ставит представительниц прекрасного пола на иную, более высокую ступень развития, как нередко шутила Лиз.
В пятницу утром в «Кроникл» обычно проводилось небольшое совещание, в котором принимали участие главный редактор, художественный редактор и руководители отделов, чтобы обсудить предполагаемые передовицы Привлечение читательского интереса становилось для газет все более и более важным делом, и первая страница, где помещались самые забойные статьи, а также анонс всех интересных публикаций, требовала большего внимания, чем любая другая. Готовясь к совещанию и пытаясь решить, стоит ли сообщать читателям на первой странице — о том, что они могут получить по почте цветочные луковицы, Лиз думала совсем не про тюльпаны. Почему бы ей не попросить Дэвида черкнуть для газеты пару строк, например, о положении в Боснии. Еще Лиз обдумывала задачу, каким образом организовать долгосрочное сотрудничество газеты и Линдена. Факт, что у «Кроникл» уже был контракт с одним ученым, слегка портил все дело, но эту проблему все-таки несложно будет решить. Впрочем, сейчас Дэвиду было не до этого — ему предстояло прочитать курс леший в университете Беркли, что в Калифорнии, и сейчас он очень серьезно к ним готовился.
Сколько Лиз ни старалась, ей не удавалось выкинуть его последние слова из головы. Секретарша зачитала ей все подряд, не взирая на степень их важности, поступившие на этот час телефонные сообщения (от Дэвида Линдена там, конечно, ничего не было). Ей придется еще раз объяснить девочке, что следует считать срочным, а что — просто важным.
Ход ее мыслей неожиданно прервал Тони, бесцеремонно ворвавшийся в ее кабинет. Поступал ли он так при Чарли? Она в этом сильно сомневалась.
— Лиз, мне нужно поговорить с тобой прямо сейчас, — прорычал он, а затем повернулся к секретарше. — Наедине.
Лиз постаралась подавить раздражение.
— Элен, так какое, ты говоришь, было сообщение?
Элен взволнованным голосом пробормотала, уткнувшись в свои заметки:
— Из Франции звонил сэр Эндрю Ллойд Веббер, уже во второй раз. Он согласен возглавлять жюри книжного конкурса, но попросил сменить дату его проведения. И еще с вами пытался связаться наш политический обозреватель.
Тони схватил трубку одного из телефонов на столе Лиз и набрал внутренний номер.
— Если позвонят из Вашингтона, я у Лиз.
— Хорошо, Элен, — спокойно сказала Лиз. — Мы недолго. Ты пока свободна. И если позвонят из Вашингтона, я возьму трубку. — Лиз посмотрела на свои бумаги, задержав на них взгляд на секунду дольше, чем это было необходимо. — Так в чем дело?
— Почему ты не сказала мне, что это ты была на Роланд-Мьюс?
Лиз напряглась, но Тони не собирался сразу выкладывать ей свои карты и сообщать, что сейчас Дебби копается в мусорном контейнере перед тем домом.
— Что за чушь ты несешь?
— Через людей Олдфилда мы выяснили, что это за плащ. Всего их было три, и в прошлое воскресенье Брюс одолжил один из них тебе.
Черт возьми, ругнулась про себя Лиз. Катя должна остаться вне подозрений, подумала она мгновение спустя.
— Лиз, как ты могла допустить, что я потратил столько времени? Мои репортеры обшарили все вокруг. Николь целых два дня пыталась выяснить, кто эта женщина. И теперь я узнаю, что это была ты. Что за игру ты ведешь?
Лиз похолодела. Выпрямившись в кресле и сложив руки на груди, она изо всех сил пыталась сохранить спокойствие.
— Тебе пришлось попотеть над этим, правда? Я удивлена, что ты затратил столько сил на такое пустячное дело, с которым, я думала, мы покончили еще вчера, особенно когда появились новые факты об утечке информации в правительстве. Так вот, ты очень заблуждаешься. Уверяю тебя, это не я на снимке, и в воскресенье вечером на мне не было плаща. Понятно?
— Но ты же понимала, что мы попытаемся выяснить, куда девался тот плащ. Почему тогда ты не упомянула, что он вообще у тебя был?
— Потому, Тони, что таких плащей великое множество. Я и понятия не имела, что это тот самый плащ.
— А как бы ты поступила на моем месте? — угрюмо спросил Тони.
Лиз очень хотелось ответить: «Поискал бы место в другой газете», но она сдержалась.
— Этот плащ от Олдфилда. Николь в этом уверена, — добавил он.
— Я уже сказала, что на фотографии не я. И мы ведь уже решили, что это дело бесперспективно. Что у нас есть? Расплывчатый снимок неизвестной женщины, которую мы едва можем разглядеть. Это еще не материал для статьи и я предлагаю сконцентрироваться на расследовании дела с утечкой информации. К началу совещания мне нужен полный отчет о работе отдела.
Тони был вне себя. Я в этом разберусь, думал он. Он не был до конца уверен, но всегда подозревал, что в жизни Лиз могло быть нечто такое, что расстроило ее нервное состояние как раз перед тем, как он встретил ее на Майорке. Он подождет, пока отправленный им независимый репортер наведет справки в тамошней психиатрической клинике. У него будет компромат на эту стерву. Ему нужно только доказательство, что она была на лечении в этом заведении.
Лиз медленно поднялась и направилась к двери, выпроваживая Тони.
— Меня слегка беспокоит тот факт, что подчиненный позволяет себе подобные обвинения в адрес собственного редактора, обязанности которого я в данный момент исполняю, предварительно не проверив факты, — произнесла она убийственным тоном. Лиз понимала, что несколько заносилась, однако это, похоже, сработало.
— Понимаешь, я всего лишь привожу факты, которые мне сообщили в отделе моды, — ответил Тони примирительным тоном.
— Ладно. — Лиз открыла дверь. — Теперь я хочу, чтобы ваш отдел направил все свои силы на разработку других статей. И когда будешь уходить, попроси, пожалуйста, Элен войти.
