Он обошел диван, подобрав на ходу свитер с пола — он там лежал, аккуратно сложенный.
Свитер он натянул через голову, вытащил из кармана заколку и стянул волосы хвостом на затылке. Даже сквозь свитер были видны шевелящиеся мышцы рук. Он надел туфли, наклонился их завязать.
Пальто у него было длинное, до щиколоток, и в полумраке казалось пелериной.
— Боюсь, я тоже поцелуя не получу.
— Спокойной ночи, Ричард, — сказала я.
Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— Спокойной ночи, Анита.
И он ушел. Я заперла дверь, почистила оружие и пошла спать. После спектакля, который устроили Ричард и Жан-Клод, единственный спутник, которого я хотела взять с собой в кровать, — браунинг. Ладно, браунинг и игрушечный пингвин.
32
Телефон звонил. Казалось, что он звонит уже давно. Я лежала в кровати и слушала звонки, думая, когда же этот чертов автоответчик наконец возьмет трубку. Потом перекатилась и потянулась к телефону. Его не было. Звон шел из другой комнаты. А, черт, я ж забыла поставить его на место.
Пришлось выползти из-под теплого одеяла и плестись в гостиную. Наверное, он раз пятнадцать позвонил, пока я взяла трубку и опустилась на пол, прижимая к щеке наушник.
— Кто это?
— Анита?
— Ронни?
— У тебя ужасный голос.
— Вид еще ужаснее.
— Что случилось?
— Потом. Ты почему звонишь… — я посмотрела на часы, — в семь часов утра? Если по пустякам, Ронни, я тебе не завидую.
— Никаких пустяков. Я думаю, нам надо застать Джорджа Смитца, пока он не ушел на работу.
— Зачем?
У меня саднило лицо. Я легла на ковер, прижимая трубку к уху. Ковер был мягкий-мягкий.
— Анита, Анита, ты меня слышишь?
Я мигнула и поняла, что заснула снова. Тогда я села и прислонилась к стене.
— Слышу, но пропустила все, что ты сказала, кроме того, что нам нужно поговорить со Смитцем до работы.
— Я знаю, Анита, что ты не жаворонок, но раньше ты на моих словах не засыпала. Сколько ты этой ночью спала?
— Около часа.
— Господи, извини меня, Анита. Но я знала, что ты захочешь знать. Я нашла, можно сказать, дымящийся пистолет.
— Ронни, ради Бога, о чем это ты?
— У меня есть фотографии Смитца с другой женщиной. — Она дала мне пару секунд, чтобы это переварить. — Анита, ты еще здесь?
— Здесь. Я думаю. — Это было труднее, чем мне бы хотелось. Я с утра всегда не в форме. После всего часа отсыпа я от этой формы была еще дальше. — Так почему это дымящийся пистолет?
— Очень часто человек сообщает о пропавшем супруге, чтобы отвести от себя подозрения.
— Ты думаешь, что Смитц ухлопал свою жену?
— Ты поэтично выражаешься, но мысль верна.
— Зачем? Многие мужчины обманывают жен, но по большей части они их не убивают.
— Есть решающая зацепка. Получив эти фотографии, я поговорила с владельцами оружейных магазинов в округе. Он покупал серебряные пули в магазине возле своей мясной лавки.
— Не очень умно.
— Убийцы, как правило, дураки.
Я кивнула, сообразила, что она этого не видит, но неважно.
— Да, похоже, что мистер Смитц не такой безутешный вдовец, каким притворяется. И что ты собираешься делать?
— Застать его дома врасплох.
— Почему не сказать копам?
— Продавец не до конца уверен, что это был Смитц.
Я закрыла глаза.
— Великолепно. И ты думаешь, что он перед нами расколется?
— Может быть. Он делил с ней кров пятнадцать лет. Она мать его детей. У него должно быть огромное чувство вины.
После часа сна я не слишком хорошо соображаю.
— Копы. Во всяком случае, надо, чтобы копы ждали на лестнице.
— Анита, он мой клиент. Я не отдаю клиентов копам без крайней необходимости. Если он сознается, я их приведу. Если нет, передам то, что у меня есть. Но я должна сделать это по-своему.
— Хорошо, ты ему позвонишь и скажешь, что мы едем, или мне это сделать?
— Я позвоню. Я только думала, что ты захочешь присутствовать.
— Ага, только скажи мне, когда.
— Он еще не ушел на работу. Я позвоню ему и заеду за тобой.
Я хотела сказать «Не надо, я пойду досыпать», но что, если он ее убил? Если он убил и остальных? Джордж не показался мне настолько опасным, чтобы он мог убивать оборотней, но я его приняла за искренне убитого горем человека. Безутешного вдовца. Что я вообще о нем знаю?
— Я буду готова, — сказала я и повесила трубку, не попрощавшись. Становлюсь хуже Дольфа. Надо будет извиниться, когда Ронни заедет.
Не успела я встать, как телефон снова зазвонил.
— Ронни, что еще?
— Анита, это Ричард.
— Извини, Ричард. Что случилось?
— У тебя ужасный голос.
— А у тебя нет. Ты спал ненамного больше меня. Почему же тебе настолько лучше? Ты что, жаворонок?
Он рассмеялся:
— Грешен, каюсь.
Мохнатость я могла бы простить. Но жаворонок? Нет, тут надо подумать.
— Ричард, не пойми меня неправильно, но что тебе нужно?
— Пропал Джейсон.
— Кто такой Джейсон?
— Молодой самец, блондин, который полз на тебя в «Кафе лунатиков».
— Да, помню. Значит, это он пропал.
— Да. Джейсон один из новеньких. Сегодня полнолуние. Он бы не рискнул именно сегодня бродить один. Его куратор к нему зашел, а его не было.
— Куратор — это как у «Анонимных алкоголиков»?
— Вроде того.
— Следов борьбы нет?
— Нет.
Я встала, подтянув к себе телефон и пытаясь думать сквозь броню свинцовой усталости. Как это Ричард смеет говорить таким жизнерадостным голосом?
— Муж Пегги Смитц — Ронни его поймала с другой женщиной. Возможно, что он покупал серебряные пули — продавец его узнал, но не уверен.
На том конце провода наступило молчание. Слышалось тихое дыхание, но и все. Чуть слишком частое дыхание.
— Ричард, говори!
— Если он убил Пегги, мы этим займемся.
— Тебе не пришло в голову, что он может стоять за всеми исчезновениями?
— Не вижу как.
— Почему нет? Серебряной пули достаточно для любого оборотня. Особого искусства не нужно. Нужно только, чтобы этот оборотень тебе доверял.
Еще пауза.
— Ладно, так что ты хочешь сделать?
— Мы с Ронни хотим прижать его к стенке сегодня утром. Теперь, когда пропал Джейсон, нет времени ходить вокруг да около. Ты можешь дать мне пару оборотней, чтобы нагнать страху на Смитца? Может быть, немножко грубой силы откроет нам правду быстрее.
— Я сегодня работаю, и я не могу позволить себе раскрываться перед ним.
— Я не просила тебя прийти. Просто кого-нибудь из вас. Но таких, чтобы выглядели устрашающе. Ирвинг, может, и вервольф, но с виду он не очень страшный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
