– Эбби! – замахал ей Маккрей с противоположного берега. Свободной рукой он прижимал к себе мальчишку, перепачканного с головы до пяток. – Я нашел его!
Слезы радости брызнули из ее глаз. Она зажала рот ладонью, чтобы не разрыдаться в голос. Алекс был жив! Найдя брод, Маккрей осторожно перенес мальчика через ручей. Эбби, боясь пошевелиться, наблюдала за этим переходом с берега, и только когда они оказались рядом, глубоко и облегченно вздохнула.
– Где ты нашел его? – спросила она Маккрея, когда он опустил Алекса на траву.
– В кустах сидел.
Эбби принялась тщательно осматривать мальчишку, желая удостовериться, что он цел и невредим. Приглядевшись, она увидела на его грязных щеках дорожки от слез.
– А мы тут с ног сбились, разыскивая тебя, Алекс. Подумали уж было… – Эбби вовремя спохватилась, не желая заражать его страхом, который до сих пор владел ею. Улыбаясь, она пригладила его каштановую челку, пропитанную потом, отведя ее со лба. – Пошли-ка, милый, домой.
Внезапно он отпрянул от нее.
– Нет! Я туда не пойду.
– Почему? – Эбби была ошеломлена тем, с какой горячностью он заявил это. – Твои папа и мама будут волноваться. Ведь ты же не хочешь этого.
– Она волноваться не будет. – По его щекам снова потекли слезы. – Я ей не нужен. Она сама мне уходить велела. Вот я и ушел, а домой не вернусь!
– Алекс, да ты ее не понял. Не могла она такого сказать.
– Нет, сказала, сказала! – убито твердил он. Не в силах справиться со своим горем в одиночку, мальчик бросился Эбби на шею и разрыдался по-настоящему. – Не хочу домой! Хочу остаться с тобой и Иден!
Потрясенная этим детским откровением, Эбби растерянно посмотрела на Маккрея. Тот присел рядом на корточки и мягко обнял Алекса за плечи, вздрагивающие от истерических рыданий.
– Да разве можно говорить так, Алекс? – увещевал он мальчика. – Подумай об отце. Ведь он будет очень скучать по тебе.
– Он все время работает.
– Нет, не все.
– Мог бы со мной побыть немного, когда не занят, – жалобно рыдал Алекс, захлебываясь слезами. Очевидно, эта мысль была выстрадана им.
– Ах, Алекс, Алекс… – вздохнула Эбби и крепче обняла его. Кому, как не ей, была знакома эта боль. – Прости, милый, но ничего у нас не получится.
– Но почему?
– Потому… потому что ты должен быть вместе с папой и мамой.
– А ну-ка иди ко мне, сынок. Я отвезу тебя домой. – Однако едва Маккрей протянул к нему руки, мальчик изо всех сил сжал объятия на шее Эбби.
– Нет!!!
– Я сама понесу его, – успокоила она Маккрея. Алекс повис у нее на шее, обвив для верности еще и ногами вокруг пояса. Так вместе они дошли до машины. И когда уже сели внутрь, Эбби бережно, как младенца, продолжала держать мальчика на руках.
– Я высажу тебя у твоей машины, – предложил Маккрей.
– Нет, поедем все вместе. – Она решила так еще на берегу ручья. – Мне нужно сказать кое-что Рейчел.
– Эбби… – В его голосе послышались неодобрительные нотки.
Однако ничто уже не могло переубедить ее.
– Я еду с вами. – Никто сейчас не мог остановить ее, даже Маккрей.
* * *
Полдюжины потных мужчин, измотанные безрезультатными поисками под палящим солнцем, сгрудились под тенью старого раскидистого дуба. Хлебая воду из кружек, принесенных домашней прислугой, они лишь молча мотали головами в ответ на все вопросы, которые наперебой задавали им Лейн и Рейчел. Никто не потрудился даже поднять голову, когда к ним подъехал Маккрей, привезший с собой Эбби и Алекса.
Эбби с трудом вылезла из машины – Алекс по-прежнему отчаянно цеплялся за ее шею. Поначалу никто ее не заметил. Все внимание присутствующих было сосредоточено на Маккрее, который первым подошел к дубу. Когда же Эбби встала перед машиной, Рейчел наконец заметила своего мальчика, притихшего на руках гостьи.
– Алекс! Нашелся! – Переменившись в лице от счастья, Рейчел бросилась к сыну. – Алекс, миленький мой, да где же ты был? Мы так беспокоились за тебя.
– Он был на задворках фермы, – ответила за него Эбби, поскольку тот молчал, только сильнее обвив ее руками.
Услышав ее голос, Рейчел узнала Эбби. До сих пор лицо этой женщины было словно скрыто от нее какой-то дымкой. Резко остановившись, она посмотрела на Эбби с тревогой и подозрительностью.
– Зачем ты взяла его на руки? Отдай мне моего сына!
Однако когда Рейчел попыталась забрать его, Алекс разразился истошным криком. Его слабые ручонки внезапно обрели поистине стальную хватку.
– Нет! Я хочу остаться с тобой, с тобой!
– Что ты с ним сделала? – угрожающе прошипела Рейчел.
– Не я сделала, а ты, – ответила Эбби. Как раз в это время к ним подошел Лейн. Его опаленное солнцем лицо выражало нечеловеческую усталость после долгих поисков, рубашка была сырой от пота.
– С ним все в порядке? – обеспокоенно спросил он.
– Руки-ноги целы, если именно это ты имеешь в виду, – ответила Эбби. Лейн протянул руки. На сей раз Алекс не сопротивлялся. Эбби с облегчением передала Лейну его сына, заметив, однако, что тот продолжает прятать лицо от матери. – Вам обоим следует знать, что вот уже несколько месяцев, как он тайком пробирается к нам, чтобы поиграть с моей дочерью. Наверное, мне следовало положить этому конец, но я не хочу, чтобы наши дети продолжили вражду, которая не прекращается между нами и касается только нас.
– Ты… Это ты восстановила моего сына против меня! – бросила ей в лицо Рейчел. – Господи, ну как я не догадалась, что ты придумаешь что-нибудь в этом роде? Всю жизнь все любили только тебя! Дин, все остальные… У тебя всегда все было. И вот теперь ты пытаешься похитить у меня еще и моего ребенка! Только сейчас я по-настоящему поняла, до чего ненавижу тебя! Убирайся, или я сама вышвырну тебя отсюда!
– Знаю, что ненавидишь, и не виню тебя. Должно быть, я и в самом деле заслужила это. Но я не уйду, пока не выскажу тебе все до конца.
– Мне нет никакого дела до того, что ты собираешься мне сказать! – Рейчел уже повернулась, чтобы уйти, но Эбби цепко схватила ее за руку.
– Нет, послушай. Ради Алекса, – настойчиво проговорила она. – Он думает, что не нужен тебе, что ты не любишь его. Нельзя, чтобы он окончательно поверил в это. Я сама выросла в уверенности, что мой отец не любит меня. И ты тоже. Разве не помнишь ты, какую боль причиняла тебе эта мысль? Так вот, то же самое чувствует сейчас Алекс.
– Он сам не любит меня, – жестко отрезала Рейчел. – Для него всегда существовал только Лейн.
– И тебе это всегда не нравилось, не так ли? А тебе никогда не приходило в голову, что Алекс был просто вынужден тянуться именно к нему? Дети все очень тонко чувствуют, но они всего лишь дети. И ты не можешь ожидать от них, что они с пониманием будут относиться к твоим обидам. Ведь они и со своими-то как следует справиться не могут. Алекс просто хочет, чтобы ты любила его, и когда ты отворачиваешься от него, думает, что все дело только в нем.
