вознаграждён. Насколько я помню, ты так хотел её увидеть — разве нет? Что ж, теперь ты будешь видеть её часто: она в деле.
— Несмешная шутка, — произносит Дэннис надломленным голосом, и спустя несколько невыносимо долгих мгновений генерал отвечает:
— Если попробуешь отправить её обратно, привлечёшь внимание отца. Вы оба окажетесь между мной и им. Зачем тебе проблемы? Она рвалась из-под крыла заботливого родителя, и он дал ей свободу, но под моим присмотром. А я считаю, что ей безопаснее всего рядом с любящим человеком. Понимаешь?
Любящим человеком.
Мне хочется стать частью белоснежных стен.
— Что вы сказали отцу? — чётко произнося каждое слово, спрашивает Дэннис.
— Что ты ведёшь себя очень хорошо, — слышится ответ, — и пора бы вам увидеться. Её отец мало кому доверяет дочь, считай, я сумел его убедить в том, что пару дней в Третьем крыле пойдут девушке на пользу. Ты слышал, у тебя есть несколько дней? И лучше бы нам провернуть операцию без глупостей до приезда динатов, чтобы ни они, ни твой, ни её отец в тебе не разочаровались.
Доносится кашляющий смех.
— Несмешная шутка, — повторяет Дэннис. — Вы решили сделать её своим козырем, но надеюсь, вы на сто процентов уверены в результате, потому что если нет…
— Не забывайся, солдат, — примирительно говорит Мучитель. — Не забывайся. Пообщайся с Даной. Совсем скоро, возможно, у тебя уже не будет на это времени.
Дэннис собирается сказать что-то ещё, но раздаётся неприятный писк — и генерал растворяется в воздухе… Похоже, разговор окончен.
Парень выглядит разбитым. В его глазах отражается тоска, когда он поднимает взгляд.
— Что ты говорила отцу? — спрашивает он едва не шёпотом, но от этого слова звучат угрожающе. — Зачем согласилась?
Не обращая никакого внимания на тон голоса, девушка отвечает вопросом на вопрос:
— Мы не виделись больше года, и это действительно то, что ты хочешь обсудить?
— Это важно.
— Тогда лучше ты мне объясни, во что ввязался, — требовательно говорит незнакомка, приближаясь к парню, пока я растерянно наблюдаю за ними со стороны. — Почему генерал признался мне, что твоё поведение оставляет желать лучшего, и я могу помочь тебе вернуться на путь истинный?
— И ты поверила?
Я с удивлением распознаю в голосе парня презрение. Девушку это не задевает: она лишь пожимает плечами.
— Я передаю тебе слова Бронсона. Я ему не верю. Жду твою версию событий.
— Тебе не нужно знать, что здесь происходит.
— Напрасно так думаешь. Я видела сэмпе в ванной.
Они смотрят друг на друга почти зло. Взгляд Дэнниса темнеет. Незнакомка складывает руки на груди.
— Последствия передозировки могут приводить к худшим проблемам, чем головокружение и рвота. Однажды начнётся отмирание ткани вокруг импланта. Если орган жизненно важный — а так обычно и бывает — это летальный исход. Тебя ли мне учить? — голос девушки сочится ядом. — И вообще ради чего? — она прищуривает глаза. — Опять внедрил какой-то модный гаджет? Никак не сделаешь выводы, чего тебе стоит служба славному государству?
Они внимательно смотрят друг на друга, словно находя общий язык без слов, и дыра в моём сердце разрастается…
— Я думала, тебе хоть немного дорога жизнь, — почти с презрением, но в то же время с болью говорит девушка, а потом произносит шёпотом: — Хотя бы из-за меня.
Взгляд Дэнниса смягчается. В нём отражается отчаяние, и он вымученно просит:
— Дана, не начинай.
— Ты всегда был лучшим из нас, — игнорируя парня, произносит незнакомка. — Но сломался. Ты даже не захотел отправиться с нами в Эпицентр, хотя мы просили тебя, — с каждым словом девушка говорит всё громче, а её глаза заметнее блестят. — Плевать, что сказал отец: Дэн, ты не приехал ко мне.
По её щеке течёт слеза. А боль такая сильная, что ударяет по мне, как будто чужое горе проживаю я сама. Но Дэннис говорит сухо:
— Я уже слышал это. Одного раза достаточно.
Незнакомка не сводит с Дэна обиженного взгляда, выпячивает губу и всем своим видом демонстрирует, как сильно её задели его слова, но, судя по невозмутимому выражению лица Дэнниса, его это не волнует. Она глотает слёзы и произносит:
— Я бы не была так уверена.
Какое-то время они смотрят в разные стороны: девушка внимательно рассматривает дверь в ванную, а парень вперяется взглядом в свою ленту, пока я обдумываю, не спрятаться ли мне в белоснежной комнате под струями воды и дать им поговорить наедине?
— Рэй ведь пытался дозвониться до тебя, верно? — вдруг говорит девушка, как ни в чём не бывало, хотя её голос ещё дрожит. — Он тоже намекнул, что за тобой не плохо бы присмотреть, но как обычно, ни на один мой вопрос ответа не дал.
Дэн меняется в лице. Его глаза становятся темнее космического пространства, а на шее нервно пульсирует вена.
— Ты не ответил, — продолжает незнакомка, — только вот я живу от него не так далеко. И мы встретились.
— Ты давала мне слово, что больше не совершишь такую глупость! — восклицает Дэннис и падает на диван, как будто обессилел, как эдем, который не молился много дней. — Боюсь представить, что с тобой сделал бы отец, узнай он об этом.
— Но он не узнает, — уверенно говорит девушка.
— За тобой ежесекундно следит такое большое число охранников, и ты думаешь, что ни один тебя не сдаст? — в голосе парня слышится угроза. — Даже если кто-то из них согласился молчать, то это только пока ему не начал угрожать отец. Хотя нет, даже не угрожать — правильнее сказать, пока на него не посмотрит отец.
— Ты видишь здесь кого-нибудь, кроме меня? — с вызовом спрашивает девушка, приподняв подбородок.
— Ты под личной ответственностью генерала! — тихо шипит Дэннис. — Поэтому отец согласился, что охранники — это лишнее. Но они точно где-то неподалёку от тебя. Мы проходили это столько раз и вновь совершаем одни и те же ошибки!
— В этот раз всё иначе, — парирует девушка. — За этот год изменилось многое.
— Например? — с вызовом спрашивает парень, приподняв бровь.
— Он прислушивается ко
