1529 г. в Центральной Европе оказалось худшим на людской памяти. Из-за бесконечных дождей поднялся уровень рек, вода размыла дороги, разрушила мосты и уничтожила урожай, на который турки рассчитывали в качестве пропитания в долгом походе. В результате путь из Константинополя занял у них примерно на шесть недель дольше, чем они предполагали, и лишь 27 сентября султан наконец встал лагерем у городских стен. До конца сезона у него оставался в лучшем случае месяц, и за этот месяц ему нужно было добиться сдачи одного из самых защищенных городов Европы. Оказалось, что времени у него даже меньше: вместо того чтобы перейти в мягкое бабье лето, погода продолжала ухудшаться, и во вторую неделю октября дождь превратился в метель, так что 14 октября Сулейман отдал приказ отправляться на зимовку в Белград. Следующей весной он, вопреки всем ожиданиям, решил не возобновлять атаку на город и вернулся на Босфор.
Пока султан шел к Вене, Карл V направлялся в Италию, чтобы заключить необходимые мирные договоры, следовавшие из «Дамского мира», и организовать свою императорскую коронацию. Эта церемония не была обязательной: некоторые его предшественники, включая деда Максимилиана, вообще обошлись без нее, да и сам Карл пробыл на троне уже десять лет без окончательного подтверждения своей власти. Тем не менее факт оставался фактом: пока папа не возложит корону на его голову, формально он не может зваться императором, а для того, кто обладал столь сильным ощущением своей божественной миссии, были важны и титул, и торжественная церемония.
По традиции императора Священной Римской империи короновали в Риме; однако, высадившись в Генуе в середине августа, Карл получил известия о наступлении турок и сразу решил, что путешествие далеко на юг в такое время станет безрассудством. Оно не только займет слишком много времени, но и оставит его в опасной изоляции в случае кризиса. Посланники поспешили к папе Клименту VII, и было решено, что в существующих обстоятельствах церемонию можно провести в Болонье – до этого города гораздо легче добраться, и он еще оставался под надежным контролем папы. Однако даже тогда неопределенность не закончилась: в сентябре, направляясь в Болонью, Карл получил от Фердинанда настойчивый призыв о помощи и едва не отменил свою коронацию, чтобы немедленно броситься на помощь брату. Лишь после долгих раздумий он все же решил, что поступать так не имеет смысла: к тому времени, как он доберется до Вены, город либо падет, либо Сулейман отправится на зимовку; в любом случае небольшого войска, которое его сопровождало, недостаточно, чтобы решить исход дела.
Итак, 5 ноября 1529 г. Карл V официально въехал в Болонью, где перед базиликой Сан-Петронио его ждал папа Климент VII. После краткой приветственной церемонии оба удалились во дворец подеста на другой стороне площади. Для них приготовили соседние апартаменты: до коронации им предстояло обсудить и решить множество важных вопросов. В конце концов, прошло всего два года с тех пор, как императорские войска разграбили папский Рим, а сам Климент VII фактически оказался пленником Карла V в замке Святого Ангела, и им нужно было каким-то образом восстановить дружеские отношения. Затем требовалось составить отдельные мирные договоры со всеми прежними итальянскими врагами империи, самыми важными из которых, помимо Климента VII, были Венеция, Флоренция и Милан. Лишь после того, как на полуострове установится мир, Карл сможет с полным правом опуститься перед папой на колени и получить императорскую корону. День коронации назначили на 24 февраля 1530 г. и разослали приглашения всем правителям христианского мира. Карл V и Климент VII выделили чуть менее четырех месяцев на устройство будущего Италии.
Император полностью контролировал ситуацию: ни одно из итальянских государств не могло категорически отказаться от тех условий, которые он желал им навязать. Однако его целью было установление долгого и прочного мира – хотя бы для того, чтобы сосредоточить внимание всех христианских стран на турецкой угрозе; поэтому он не намеревался обострять отношения и по возможности шел на уступки. По соглашению, которое он заключил с Венецией 23 декабря, республика должна была вернуть Трани, Монополи и другие свои города и территории в Апулии Неаполитанскому королевству, которое принадлежало Карлу V, а прежде находившиеся под властью папства Равенну и Червию отдать Святому престолу, чтобы задобрить папу Климента VII. Правда, утрата этих территорий не наносила серьезного ущерба ее процветанию и благополучию. Право Венеции на владения в тех областях, которые действительно имели значение, – в Ломбардии, Фриули и Венето – было подтверждено, а когда она с некоторой горячностью выступила против предложения Карла V посадить на миланский трон Алессандро Медичи, он согласился восстановить в правах Франческо Сфорца, несмотря на то что тот непоколебимо сражался на стороне французов; Карл настоял лишь, чтобы в замке в центре города по-прежнему нес службу испанский гарнизон.
Столь же успешные договоры были заключены и с другими итальянскими государствами, с которыми у империи имелись серьезные разногласия, – за исключением одного. Двумя годами ранее, в 1527 г., флорентийцы вновь восстали против Медичи и изгнали их из города. Это был смелый, если не сказать безрассудный, поступок, совершенный в тот момент, когда один из семейства Медичи занимал папский престол; папа Климент VII не намеревался оставлять это дело безнаказанным и ясно дал понять Карлу V, что, если тот не обязуется отправить войско, чтобы вернуть город под контроль Медичи, папа отменит все планы касательно императорской коронации. Вначале он надеялся мирными способами убедить флорентийцев капитулировать, но их воспоминания о Савонароле были еще свежи, за оборонительные сооружения отвечал Микеланджело, а жители города настроились на борьбу. Карл смирился с неизбежным: если успех итальянской политики требовал пожертвовать Флоренцией, придется принести ее в жертву.
Все прочие проблемы оказались преодолимыми, и задолго до назначенного дня Карл заложил основы общеитальянской лиги; более того, эта лига служила доказательством, что власть империи распространилась по всей Италии так широко, как не распространялась за все предыдущие столетия. Надо признать, что она основывалась скорее на свободных дипломатических союзах, нежели на феодальном законе, но это не делало ее менее реальной. Итак, был подписан мир[280]; Коньякская лига Климента и разграбление Рима Карлом забыты или по крайней мере выброшены из головы, и 24 февраля 1530 г. в базилике Сан-Петронио Карл сначала был миропомазан, а затем принял из рук папы меч, державу, скипетр и корону Священной Римской империи. Событие это было несколько омрачено тем, что временный деревянный мост, соединявший церковь с дворцом подеста, рухнул в тот миг, когда по нему шла свита императора; но, когда выяснилось, что никто серьезно не пострадал, настроение у всех быстро поднялось, и празднования продолжались до глубокой ночи.
Церемония отличалась великолепием, но она могла стать
