Читаем без скачивания Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо - Сергей Лукьяненко

– Вы не боитесь не найти вторую историю для возвращения? – спросил Мартин. С первой историей скорее всего ситуация была идентична для всех рас – автобиографии ключниками ценились.

Пилот некоторое время хмурился, потом кивнул:

– Нет, нет. Не боюсь. Можно выбрать интересный мир. Смотреть, говорить, думать. Думать и снова думать. История будет.

– Да, согласен, – кивнул Мартин. Первое путешествие за пределы родной планеты обычно приносило столько впечатлений, что оформить их в рассказ не составляло труда. Проблема была лишь в том, чтобы выбрать интересную планету, а интересные миры обычно бывали и опасными.

Но аранки не боятся не случившихся еще опасностей…

Самолет летел уже больше двух часов. Они пересекли океан – Мартин долго любовался архипелагом из крошечных островов, расположенным в тысячах километров от большой земли. Пилот попытался рассказать, чем славен этот архипелаг, но словарный запас его подвел. Мартин понял лишь, что очень-очень давно здесь был материк, а сейчас над водой высятся лишь горные вершины. Что ж, у каждой уважающей себя планеты должна быть своя Атлантида…

Расплавленная кабина информатория уже почти стерлась из памяти вихрем новых впечатлений. Может быть, заразительным оказался философский подход аранков – Мартин решил не забивать себе голову непонятной опасностью. В конце концов, теперь у него было по-настоящему мощное оружие. Да и сам он отныне будет куда осторожнее… хотя что толку в осторожности, если смерть может прийти с пролетающего в двух километрах флаера? Оставалось лишь надеяться, что след его достаточно хорошо запутан и неведомый враг потеряет Мартина.

Вскоре пилот, извинившись, отправился в кабину. Мартин даже не знал, радует это его или нет, учитывая количество выпитого аранком вина. Впрочем, похоже было на то, что и посадка проходила на автоматике, а роль пилота сводилась на самом деле к функциям стюарда.

К земле самолет приближался так же стремительно, как и взлетал. Лишь метрах в пятидесяти от поверхности двигатель натужно взвыл, и полет выровнялся. Мелькнула бетонная полоса, пронесся навстречу взлетающий лайнер: огромная раздутая туша без иллюминаторов, видимо – грузовой. Самолеты взлетали и садились непрерывно, в воздухе плыли серебристые сигары, будто стайки рыб в аквариуме.

Похоже, город Тириант, пренебрежительно названный Лергасси-каном клоакой, отличался завидным воздушным сообщением.

Только при подъезде к городской черте – Мартин воспользовался обычным микроавтобусом, обычным настолько, насколько это возможно на Аранке, – причина насмешек над Тириантом стала ясной.

Тириант оказался промышленным городом. Возможно, самым крупным промышленным центром планеты. У Мартина не было под рукой ни верного путеводителя «Ля Пети», ни устаревшего, но обстоятельного справочника Гарнеля и Чистяковой. Конечно, аранки заботились об экологии. Конечно, над тянущимися вдоль трассы корпусами заводов не стояли облака дыма. И все-таки что-то чувствовалось в воздухе – легкий кисловатый привкус на самой границе доступных человеку ощущений.

Развалившись в широком мягком кресле, Мартин смотрел на проносящиеся мимо заводы и думал об Ирочке Полушкиной.

Что она ищет здесь? Центр глобальных исследований аранков… Что может там делать семнадцатилетняя девочка?

Да все, что угодно.

Не стоит забывать, что эта девочка одновременно находилась на трех планетах. Не стоит забывать, что две Ирины погибли – пусть внешне случайным и нелепым образом. Не стоит забывать, что… – Мартин нахмурился, – ее исчезновением с Земли интересуется госбезопасность.

На какой-то миг Мартину безумно захотелось бросить поиски. Вернуться на Землю, отдать Эрнесто жетоны, рассказать все, в том числе и о неудачном покушении на его жизнь, – и наотрез отказаться от дальнейших поисков. Господин Полушкин что-то утаил – Мартин ни секунды в этом не сомневался. А клиент, утаивающий от детектива важную информацию, автоматически перестает быть клиентом.

Но что-то останавливало Мартина. Может быть, тревога за девочку. Какой бы взбалмошной и нахальной она ни была, но семнадцатилетние девочки не заслуживают случайных пуль в ковбойских перестрелках и костяных дротиков в шею…

А может быть, Мартина толкал вперед тот неугомонный и беспричинный зуд, что знаком лишь отсталым расам, задумывающимся о смысле жизни. Где-то рядом с Мартином жила тайна. Настоящая тайна, без дураков, из тех, что выпадают лишь раз в жизни, да и то – отдельным счастливчикам.

Мартин себя счастливчиком не считал. И упускать самое большое приключение своей жизни не собирался.

3

В России такие места принято называть Академгородками. За уходящей вдаль симпатичной живой изгородью, не оставляющей, однако, никаких шансов проникнуть внутрь без разрешения, скрывались жилые здания – невысокие, без всякой гигантомании, корпуса научных институтов, парки, рощицы и даже что-то, похожее на аквапарк. Во всяком случае, наблюдая за территорией из стеклянного павильона проходной, Мартин не смог подобрать иной аналогии. Водяные горки, бассейны… хорошо живут научные работники Аранка!

– Нет никакой возможности вас впустить, – закончив сверяться с какими-то инструкциями, сообщил ему охранник. Это был уже третий аранк, пытавшийся решить его проблему. И первый, который знал туристический. Остальные самоуверенно пытались объясниться с Мартином на пальцах.

– Но я ищу свою любимую девушку! – повторил Мартин легенду, которая «на ура» прошла с Лергасси-каном.

Видимо, здесь аранки были менее сентиментальны. Или же не позволяли себе расслабляться в рабочее время.

– Невозможно, – со вздохом сказал охранник. – Вы нарушите ход научных работ. Приходите вечером, и доступ будет открыт.

Организм Мартина и без того утверждал, что сейчас вечер. А может быть, даже ночь. Или раннее-раннее утро. Что поделать, смена часовых поясов неизбежна и на Земле, и на Аранке…

Так же как и бюрократия! Мартину еще не доводилось встречать цивилизованную расу, в которой не появился бы этот замечательный подвид разумных индивидуумов. Вершиной всего он считал бюрократию дио-дао, но те по крайней мере не были гуманоидами, а на это Мартин всегда делал скидку.

– Ладно, – сказал Мартин, ловя себя на легком азарте россиянина, более того – москвича, а значит, человека, знакомого с бюрократией во всех ее формах, проявлениях и даже извращениях. – Я понял. Вы не можете меня впустить до вечера.

Охранник сразу же расслабился и заулыбался. Схватка была выиграна – так он считал.

– Совершенно верно.

– Скажите, а в каком случае я мог бы пройти днем? – как бы уже поворачиваясь к выходу, спросил Мартин.