это вообще жесть, — пробормотал механик. — Ладно, извини. Я ведь правда, не знал.
— Ну и глупо. Когда во что-то ввязываешься, нужно хотя бы приблизительно знать во что. Ты понимаешь что Прыжки — это чистая рулетка? А со спутанным сознанием — вообще непредсказуемы.
— Не преувеличивай, — неуверенно запротестовал парень. — Все испытания ZV-перемещений прошли стопроцентно удачно.
— Это тебе «Ватт» сказал? Дебил.
— Кто? Он или я?
— Оба. По отдельности вы даже до полудебила не дотягиваете. А что этот умник «Ватт» сейчас рассказывает? Установку уже можно разбирать и перековывать на таганки для туземцев-кочевников?
— Нет-нет, в принципе, Ватт уверен, что все сработает и мы нормально вернемся. Конечно, работу установки полноценно можно проверить лишь в деле, но… Слушай, но ты же в любом случае нас отсюда выдернешь? Ты же умеешь?
— С чего ты взял? — удивилась Катрин. — Нет, я-то Прыгать способна, не отрицаю. Это как плавать — если умеешь, то умеешь. А если не умеешь, то и не умеешь. Конечно, я могу выдернуть одного-двух человек. Если попутчиков будет больше, мне просто не «выгрести». Кстати, я отнюдь не инструктор по плаванью, учить «прыгать» не умею. Здесь врожденные способности важны. Так что я на вашем месте не обольщалась и уповала на технику. Так «Ватту» и передай. Пусть заводит свою шарманку и делайте ноги, пока не поздно.
— Шутишь? Мы с ним не друзья и не союзники. Так… отвертки одалживаем, — механик печально вытащил пачку сигарет. — Будешь?
— Опять с травкой? — усмехнулась Катрин.
— Нет, перед отправкой меня крепко прошмонали. Но говорят, здесь траву достать можно, — лохматый умелец вздохнул. — Полагаешь, мы теперь здесь и сдохнем?
— Понятия не имею. Сами думайте. А курить не буду — меня до сих пор подташнивает.
Помолчали. Механик нервно курил, Катрин думала, что экспедиция на редкость идиотская. Зачем все это вообще затевалось?
Страдалец убрался, охранница-шпионка занялась изучением кварталов у площади Ал-Азбакийа[4], но не тут-то было. Заявился «Клоун», он же специалист по аудит-психологии. На этот раз он улыбался несколько напряженно.
— И что вы сюда таскаетесь? — поинтересовалась Катрин. — Сидит неадекватная буйная девушка, никому не мешает. Нет, нужно заявиться, и напроситься на грубость. Где-то тут у меня запасные вилки имелись.
— И не собираюсь надоедать, — «Клоун» предупреждающе выставил ладони. — Два слова, строго по делу.
— Валяйте.
— Первое. С грустью должен предупредить, что ваше поведение признано опасным. Это не мое решение.
— Наплевать. Договор подписан, а в нынешней ситуации обойтись без моей помощи у вас остается не так много шансов.
— Экспедиция может быть свернута в самое ближайшее время, — уже без намека на улыбку намекнул «Клоун». — Сами понимаете, продолжать без профессора довольно бессмысленно — шансы на успех снизились на порядок. Да и с оборудованием не все гладко.
— Повторяю: мне наплевать. Мною подписано обязательство на выполнение конкретных обязанностей, о добыче сокровищ, мумий, тайных знаний и прочей дряни я ничего не знаю. Возвращаемся через пять минут — замечательно. Техника отказывает — я забираю одно из обусловленных договорным списком лиц и возвращаюсь. Договор выполнен, претензии направляйте через юристов.
— Мне кажется, вы слишком вольно трактуете договор, — намекнул Клоун. — Как бы мадам-заключенной не пожалеть о своей импульсивности.
— Угроза? Да я вам и без вилки глаз сейчас выну, — посулила Катрин. — Идите и обсудите мою трактовку договоров с уполномоченными лицами. Лично вы в договоре вообще никак не фигурируете. Проваливайте, надоели. И нечего на мои лодыжки коситься, извращенец сексистский.
— Хорошо, ухожу. Только еще один вопрос. С доктором и вообще это рискованное… выступление. Зачем?
— Развлеклась. Лежать и болеть — скучно. А так все взбодрились, пришли в тонус. Почему врач взбодрился чуть больше — объяснять нужно? Нет? Ну идите к черту.
Катрин вновь обратилась к карте. Сложновато тут все, еще и река эта… В Каире, видимо, предстоит настоящее дело, это вам не по пирамидам бессознательно шляться. Так что хватит ерунды. Кто и зачем собрал эту команду клоунов и прочих циркачей, станет понятно позже. Акционерное общество, сокровища, тайны древнего мира… — прикрытие дешевое, стандартное, но достаточно действенное. В общем, чем раньше уберется из лагеря лишний балласт, тем лучше. Истинный заказчик, наверняка, тоже заинтересован в ускорении процесса. Но какова истинная цель предприятия? Нет, об этом не думаем, рано…
…Квартал Ан-Насирийа, это у нас юго-западная часть города, привяжемся к местному ориентиру…, хм, карта наверняка неточна. Отсюда, к примеру, сворачиваем к югу…
[1]Отличием формы конных егерей был серый или светло-зеленый цвет штанов «для конюшни» а так же великолепный черный кожаный подбой в шагу, горизонтальные карманы, застегивающиеся на три уникальные оловянные пуговицы. Боковой кант на штанах ярко-оранжевый, позже цвета «аврора».
[2]Модель револьвера чрезвычайно редкая, практически не встречающаяся вне этого повествования. На всякий случай краткие ТТХ: двойного действия, калибр:.357 magnum Вес 1050 г., ствол длиной 204мм, имеет плоские боковые грани и подствольный прилив со скосом передней части к дульному срезу ствола, емкость барабана: 6 патронов, сканер опечатка пальца, покрытие — черное нитрирование.
[3]Намек на место публичных казней не совсем корректен: гильотина вступила в дело действительно на Гревской площади, но большая часть казней «революционных времен» проходила на площади Революции (ныне Площадь Согласия).
[4]Площадь в центральной части Каира. В те годы затапливалась водой во время разлива Нила и ежегодно образовывала глубокий пруд.
Глава пятая. Город многих ночей
«Сказок не бывает. Фольклор народов моря, (ну и прочего мира), делится на: документально-героический эпос, дорожные воспоминания, шопинг-мифы, рыбачью быль, сагу истинную и сагу женско-любовную. Как видите, никаких так называемых «сказок» в научной классификации нет и не будет.
(Проф. Островитянская «Фольклористика и мы»)
«Револьвер это от слова «revolve». Там такая штучка для пулек, она крутится. А в пистолете не крутится.
(Из предисловия к переводному справочнику А.В. Жук «Стрелковое оружие» Издательства «Лагуна-Универ»).
Пятый день месяца термидора
Луна висела желтая, пухлая, укутанная в томную кисейную дымку; вся насквозь арабская, чуждая и бессмысленная. И надменная. Поскольку отягощала небо в полном одиночестве.
Справедливости в столь суровом астрономическом суждении
