Все это время, погруженная в свои проблемы и переживания, она совершенно забыла о ларре Дарьяне. А вернее, старалась не вспоминать. Загруженной работой и предстоящим торжеством Забирающей удавалось избегать встреч с матерью любимого. Да и сама вдовствующая княгиня не стремилась к общению с кем-либо. Сославшись на плохое самочувствие, она редко покидала свои покои. А Солара трусливо оттягивала встречу с ней.
– Так больше продолжаться не может! – решительно заявила она, когда они с Кассианом вечером уютно устроились возле камина.
– О чем ты говоришь? – удивился князь, лениво водя пальцем по ее руке.
– О твоей матери. – Повернувшись к нему лицом, Солара недовольно нахмурилась. – Представь, как ей сейчас тяжело. Особенно когда явились наблюдатели.
– Я знаю, родная. – Кассиан обнял девушку, уткнувшись носом ей в волосы. – Много раз пытался помочь ей, но мама бывает такой упрямой… Все твердит, что справится сама и мне не нужно беспокоиться.
– Значит, завтра я беру с собой Лорею и иду в гости к ларре Дарьяне! – воинственно заявила Забирающая. – Не хочу, чтобы и дальше все так продолжалось.
И как всегда, выполнить желаемое оказалось намного сложнее, чем просто сказать.
Вдовствующая княгиня, конечно же, приняла их, но держалась немного отчужденно. А Солара, глядя в ее потухшие глаза, не представляла, что ей делать. Все помогла исправить именно Лорея.
Встав из кресла, магиня подошла к ларре Дарьяне и неожиданно присела на пол у ее ног.
– Простите нас за то, что так долго не навещали вас, – тихо попросила она, заглядывая в удивленные глаза женщины. – Если честно, нам было… стыдно и страшно.
Несколько томительных минут прошли в тишине, а затем в гостиной раздался всхлип. Вдовствующая княгиня, взяв в свои руки ладони Лореи и поднеся их к своим губам, шептала сквозь слезы, умоляя простить ее. За то, что поверила баронету. За то, что не разглядела опасности. За то, что так сильно полюбила своих воспитанниц и поэтому до сих пор с трудом верит в случившееся.
Тот день они провели только втроем, отложив все свои дела и обязанности. Много и обо всем говорили, через слова выплескивая боль, отчаяние и переживание. Ларра Дарьяна еще не раз и даже не два просила у них прощения. Особенно ей было стыдно перед Лореей. Ведь Кассиан, когда посвящал мать во все произошедшее, рассказал правду и о ней. А магиня лишь весело смеялась, утверждая, что вдовствующая княгиня послужила ей самым лучшим прикрытием.
Уже поздно вечером, когда девушки возвращались к себе в комнаты, Солара искренне поблагодарила Лорею.
– Даже не знаю, что бы я без тебя делала! – горячо заявила она.
– То же самое, что и со мной, только все длилось бы намного дольше. – Лорея подмигнула ей и широко улыбнулась. – А теперь хватит волновать придворных. Им завтра и так грозит нелегкий день.
И она оказалась совершенно права. Аристократы и так с трудом привыкли к тому, что теперь Солару и Лорею очень часто можно увидеть вместе. Многие думали, вздорная магиня так благодарила Забирающую за свое спасение. А некоторые, особо злобствующие, ехидно шептались, что раз великий князь Лорее теперь не светит, так она решила стать подругой будущей княгини.
Но самый большой шок все испытали, когда вдовствующая княгиня, спустя два месяца добровольного заточения вышедшая в свет, с удовольствием общалась со старшей дочерью виконта Катарского. У всех, кто видел в тот день такое небывалое чудо, вообще создалось впечатление, что ларра Дарьяна начала относиться к Лорее чуть ли не как к любимой племяннице.
Прокатившаяся по княжеству после этого волна слухов и предположений еще долго будоражила умы аристократов и магов. Даже простой люд принял участие в обсуждениях, но вскоре единогласно пришел к выводу, что знать никогда понять было нельзя.
Так незаметно за всеми делами приблизился день свадьбы.
На такое знаменательное событие именитые гости из других государств начали съезжаться еще за неделю. Принцы, герцоги, князья… Многие спешили выказать свое почтение одному из самых влиятельных людей этого мира. И пусть некоторые злопыхатели утверждали, что Ледосия стала такой могущественной только благодаря союзу с империей Роз, многие прекрасно понимали – все совсем не так. Жители этого сурового края не раз доказывали свое мужество и отвагу врагам. А представители княжеского рода всегда славились верностью друзьям и жестокой непримиримостью к недругам. Многие мудрые правители предпочитали видеть их своими союзниками или же старались не становиться их врагами. Ибо гордые и несгибаемые ледосцы всегда платили по счетам.
И пока представители сильных мира сего выказывали почтение великому князю, а эльфийский принц под личиной вовсю веселился, глядя на это, Солара сидела в кругу своих близких подруг.
– Ну наконец-то свадьба! – выдохнула Алаиса, помахав рукой в воздухе. – А то я уж стала опасаться, как бы с вами еще какой пакости не приключилось.
– Вот уж кто бы говорил! – возмутилась Солара. – Ты со своим «мне скучно» еще долго будешь занимать лидирующие позиции по неприятностям.
– Да ладно тебе. – Герцогиня Ортанская смущенно улыбнулась. – Что я… Вот Катарина, например, недавно в хлам разнесла императорскую лабораторию!
– Ничего подобного! – Целительница моментально вспыхнула и укоризненно посмотрела на подругу. – Это все ларр Андрэо, а я так, просто рядом стояла.
Громкий смех, раздавшийся из гостиной, заставил проходящую мимо двери горничную испуганно отскочить в сторону.
– Я теперь даже неуютно себя чувствую среди таких знаменитых личностей, – пожаловалась Лорея, вытирая выступившие от смеха слезы.
– Дорогая моя, ты себе безбожно льстишь, – «успокоила» ее Алаиса. – О твоих выдающихся способностях на поприще ораторского искусства давно уже известно в империи. Мне Макс недавно по секрету сказал, что Кириан даже начал задумываться одолжить тебя на время у князя.
– Ну уж нет! – тут же возмутилась Солара, вцепившись в руку подруги, словно ее прямо сейчас собираются забрать. – При всем моем уважении к императору Лорею он не получит! И Кассиана предупрежу, чтобы не поддавался на уговоры. Наши достойные ларры меня же тогда со свету сживут!
– Вот и потренировалась бы заодно, – не удержалась Алаиса.
– Обязательно, но только в обществе Лореи. – Солара не собиралась уступать, хотя и понимала, что подруга шутит. – Лучше скажи, почему с вами не прибыл и ларр Александр?
– Ой, там вообще произошла какая-то чудная ситуация! – У молодой герцогини даже глаза заблестели, так ей захотелось быстрее все рассказать. – Позавчера от него пришло письмо, в котором было сказано, что когда Алекс окучивал очередную дурочку…
– Алаиса, а можно немного быстрее? – не вытерпела Катарина.
– Не перебивай, по-другому не получится объяснить!
– Ладно уж, вещай…
– Так вот, когда наш Алекс окучивал очередную дурочку, отправившись с ней пообедать на южном побережье империи, ему на голову свалилась какая-то странная девица!
– И что? – хором выдохнули подруги.
– И ничего, – недовольно буркнула Алаиса. – Больше он ничего не объяснил, но сказал, что на свадьбе быть скорее всего не сможет. Я так понимаю, с той девушкой что-то неладно.
– Ну, может, еще успеет, – предположила Солара. – До свадьбы целая неделя!
И она оказалась права. Младший брат герцога Ортанского действительно прибыл в княжество как раз в день свадьбы. Правда, выглядел немного мрачным и долго что-то объяснял Максимилиану. Но Соларе было не до него.
В это самое время ей помогали надевать на шею небольшое изящное ожерелье из белого жемчуга, как завершающий штрих свадебного наряда. Покрутившись перед высоким, в полный рост, зеркалом, Солара со всех сторон осмотрела себя и осталась довольна увиденным. Белое платье из искрящегося шелка мягко облегало фигуру, расширяясь чуть ниже талии. Особенно Соларе понравился верх, пошитый из кружевной ткани с вышивкой серебристой нитью. Она уже представляла взгляд Кассиана, когда он увидит ее наряд, и нервно хихикала. Великий князь определенно оценит платье, а потом обязательно пообещает запереть ее в комнате, если она еще хоть раз посмеет надеть что-то, столь же открытое.
