К тому времени, когда они обогнули круглый дом и увидели впереди Рога, у Вайло ныли все самые чувствительные части тела. Он едва дышал, но к Рогам прискакал за миг до Невела Дангро и засмеялся в порыве безудержного восторга. К ним подскакали остальные, и у дверей собралось восемь человек, сидящих в седлах не слишком ловко и хохочущих, как сумасшедшие.
— Кланники, — отрезвил их окрик Нан Калдайис. — Мне не хочется прерывать ваши посиделки, но Самло ждет, чтобы запереть двери.
Мужчины опамятовались. Уже стемнело, но луны на небе не было. Где-то плескало о берег невидимое в темноте Дхунское озеро.
— Кто несет караул нынче ночью? — спросил Вайло у Невела Дангро.
Невел командовал двадцатью мечниками, которых Клафф оставил в доме Дхуна. В его жилах текла дикая кровь Серого Клана, и в бою он пользовался палаческим клинком. Он назвал семерых человек, и Вайло кивнул.
— Поставь одного на крышу.
Вот до чего дошло, подумал он, спешиваясь. Сорока человек мало даже для обороны круглого дома, не говоря уж обо всех землях клана. О пограничных дозорах не может быть и речи — приходится всех оставлять здесь.
Обняв Нан за талию, он вошел в дом. Девушке, подошедшей взять у него плащ, он велел послать бочонок «Дхунского сияния» тем, кто находится у дверей. Вряд ли они станут пить, но дело не в этом.
Нан уже накрыла ему ужин в покоях вождя, и они, сидя у огня, вместе поели хлеба с растопленным сыром. Нан задула свечи и снова села с ним рядом. Она знала, что он обеспокоен — этого он от нее скрыть не мог. Она стала массировать ему плечи, покрывая поцелуями его голову и шею. Ее длинная шелковистая коса щекотала ему руку. Он развязал тесьму и распустил Нан волосы. У нее вырвался тихий гортанный смешок, который так ему нравился. Ее губы имели вкус меда, и она желала его не меньше, чем он ее. Эта поздняя любовь стала для Вайло благословением, и он ежедневно благодарил за нее Каменных Богов.
Потом, после всего, Нан стала расчесывать волосы, а Вайло, довольный, смотрел на нее. Как она хороша при свете огня, как горда и безмятежна, и волосы у нее падают ниже талии.
Рог затрубил, когда он почти уже оделся. Услышав два протяжных сигнала, Вайло застегнул на себе пояс с мечом и сказал Нан:
— Приведи ребят сюда и запри дверь. Никому не открывай, кроме меня.
Она кивнула, не показывая своего страха. Он любил ее за это.
Зная, что она сумеет позаботиться о себе и о его внуках, он оставил ее почти со спокойной душой.
Ду-у! Ду-у! Рог прозвучал снова, пока он бежал к дверям дома. Хэмми и Самло Фаа, Одда Бык, Невел Дангро и другие, собравшись в сенях, пристегивали оружие. Вайло подозвал мальчика, чтобы тот закрепил на нем панцирь, и натянул кольчужные, с кожаными ладонями перчатки. Он уже слышал их крики.
— Дан Дхун! Дан Дхун! ДАН ДХУН!
— Сколько их? — спросил он копейщика, прибежавшего из Восточного Рога.
— Сотни. Так и кишат вокруг озера.
— У меня трое человек снаружи и один на крыше, — сказал Невел Дангро.
— Хорошо, что они успели предупредить нас, — с мрачным кивком сказал Вайло.
Взрыв сотряс створки дверей, и призрачный белый свет озарил сени. Адский огонь. Вайло уже сорок лет не видел его в действии. Нефть со свинцом и сурьмой горит долго и жарко, а потушить ее можно только песком.
— Выдержат ли двери? — спросил он.
Самло, как истый Фаа, лгать не умел.
— Не могу сказать, вождь. Они укреплены — одним огнем их не проймешь.
— За мной, — бросил Вайло лучникам и копейщикам. Он мчался по лестнице Восточного Рога, перескакивая через три ступеньки, и его сердце колотилось о панцирь.
Пятиярусные Рога были самыми высокими в клане сооружениями. Вайло приказал лучникам занять все гнезда и амбразуры и стрелять по собственному усмотрению. Сам он поместился у верхней щели и стал смотреть на войско, собравшееся на северном берегу Дхунского озера.
— Дан Дхун! Дан Дхун! ДАН ДХУН!
Сотни дхунитов и молочан, на конях и в доспехах, сгрудились у дверей дома. Их плащи развевались на ветру, факелы пылали белым огнем. Под бой военного барабана над рядами поднялось знамя — голубой чертополох Дхуна. Вайло искал предводителя, но не мог разглядеть никого, кому бы подчинялись другие. Это тревожило его. Дхунский дом огромен, и он не успел изучить его как следует. Прикинув на глаз численность врага, Вайло снова спустился в сени.
Когда он был на последних ступенях, двери дрогнули от нового взрыва. От испарений расплавленного свинца щипало в глазах.
Одда Бык стоял у дверей наготове с красным молотом в руке.
— Где у нас самые слабые места, Одда?
Бык по его приказу отвечал за оборону дома — если кто-то и знает эти хоромы досконально, то только он.
— Кухня и конюшня. И там и сям есть двери, ведущие как наружу, так и внутрь. Я разместил там людей.
Вайло не хотелось задавать следующий вопрос, и он помедлил.
— Лошадей не успели вывести?
Одда покачал головой.
Собачий Конь.
— А двери? Заперты?
— Да.
Больше Вайло не стал спрашивать. Оба они знали, что внешние деревянные двери конюшни не выдержат приступа. Следовало бы перевести лошадей в подвал круглого дома, а конюшню оставить за невозможность ее отстоять. Но для таких действий требуется, чтобы тебя предупредили заблаговременно, — если у тебя недостает людей, чтобы следить за собственными границами, ты беззащитен. Вайло провел рукой по косам, думая: это моя оплошность.
— Не хочу, чтобы они сожгли лошадей, Одда, — сказал он вслух.
— Да, вождь. — Одда понял его: нужно отпереть внутренние двери и завести коней в дом.
Тот же мальчик, который застегивал Вайло панцирь, подал вождю его молот.
— Ступай на кухню, — приказал ему Вайло. — Там у очага привязаны мои собаки. Приведи их к конюшенной двери — я буду там. — Мальчик, лет одиннадцати-двенадцати, не больше, был одет в разрозненные части чужих доспехов и вооружен кухонным ножом. — Как тебя звать, парень?
— Брандин.
— На вот, возьми на дорогу. — Вайло достал из мохнатых собачьих ножен свой четырехфутовый меч.
Парень вытаращил глаза, и Вайло, зная, что с юнцами строгость часто помогает, рявкнул:
— Чего стал? Поменяемся: ты мне нож, я тебе меч. Живо!
Услышав, что речь идет о мене, мальчишка как-то сразу пришел в себя, взял меч и уставился, разинув рот, на узорчатый клинок.
— Ступай, — понукнул его Вайло, забрав себе нож. Парень припустил во всю прыть. Ну что ж, он хотя бы меч умеет держать — уже легче.
— Одда, Невел, за мной, — распорядился вождь.
На подходе к конюшенному крылу они услышали позади грохот. Дхуниты били тараном в двери дома. Вайло ускорил шаг.
Восточная часть круглого дома использовалась мало и освещалась плохо. Длиннющие коридоры соединялись скатами вместо лестниц — возможно, из-за лошадей. Это место напоминало Вайло гробницу. Он морщился от гулкого эха, порождаемого их шагами. Слишком много здесь пространства и слишком мало людей, чтобы его оборонять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
