— Духи милостивые! — прошептал Зедд. — Fuer grissa ost drauka… Это ведь прямая связь с пророчеством, на котором основана главная развилка! Такая связь вызывает сопряженное ветвление!
— Совершенно верно, — согласился Натан, шевеля бровями.
Ричард не совсем понял, что сказал Зедд, но общий смысл уловил. И ему не нужно было спрашивать, кто такой fuer grissa ost drauka, «несущий смерть»: это — он сам.
— Джегань разделил свои силы, — сказала Энн с нажимом, не сводя глаз с Ричарда. — Он довел свое войско до окрестностей Эйдиндрила, надеясь сразу покончить с ним, — но силы Д’Хары вместе с жителями города, воспользовавшись наступлением зимы, ушли через перевалы на земли Д’Хары и так ускользнули из когтей Джеганя.
— Я знаю, — сказал Ричард. — Уход через перевалы предложила Кэлен, и они послушались ее распоряжений. Она сама рассказала мне об этом.
Кара удивленно посмотрела на него, явно собираясь оспорить сказанное, — но, уловив взгляд Никки, решила промолчать… по крайней мере сейчас.
— В любом случае, — сказала Энн, раздраженная его вмешательством, — Джегань, не имея возможности использовать в полной мере свои многочисленные войска, чтобы пробиться через эти крепко защищенные, очень узкие перевалы, решил наконец разделить свои силы. Одну часть император оставил стеречь перевалы, а сам повел остальное войско на юг, намереваясь пройти по Срединным Землям, обойти горную преграду и затем кружным путем добраться до Д’Хары. Наши силы отправились навстречу ему по землям Д’Хары. Поэтому нам и удалось получить от Верны известие, в каком состоянии книги пророчеств в Народном Дворце Д’Хары: отправившись на юг вместе с армией, она смогла заглянуть туда и посмотреть сама.
— Цикады появились в этом году, — встревоженно сказала Никки. — Я сама их видела.
— Да, мы тоже, — Натан оперся рукою о стол и по очереди посмотрел на каждого из собеседников. — Это означает, что пророчество привязано именно к нашему времени. Все предсказания переплелись и улеглись на свои места. События начались. — Встретив ответные взгляды, он добавил: — Конец близок.
Зедд тихонько присвистнул.
— Еще более важно то, — сказала Энн тоном приказа, — что для лорда Рала это означает необходимость отправиться в Д’Хару, возглавить войска и повести на решающую битву. Без тебя, Ричард, все будет потеряно — в этом пророчество не вызывает сомнений. Мы готовы сопровождать тебя, помочь добраться до своего войска. Малейшее промедление опасно, мы должны ехать немедленно.
Впервые на протяжении всего разговора о пророчествах Ричарду стало нехорошо.
— Но я не могу, — сказал он. — Я должен найти Кэлен.
С тем же успехом он мог бы просить утихнуть штормовой ветер…
Энн глубоко вздохнула, как бы прикусив язык в поисках срочно необходимого терпения или слов, которые могли бы окончательно убедить его раз и навсегда. Две морд-сит переглянулись. Зедд, поджав тонкие губы, ждал продолжения. Натан, сильно огорченный, бросил книгу на стол и потер лоб ладонью.
Ричард не знал, как заговорить, чтобы они наконец сумели правильно определить, что действительно серьезно сейчас, а что нет. С того самого утра, когда Кэлен пропала, он доказывал всем крайнюю необходимость отыскать ее, и никто даже не вздумал прислушаться, вникнуть в его доводы. Ему больше не хотелось растрачивать силы на бесплодные попытки новых объяснений.
— Ты что-то сказал? — якобы не расслышав, спросила Энн. Ее неудовольствие вскипало, как похлебка в котле. В эту минуту она снова стала прежней аббатисой — приземистой женщиной, которая ухитрялась казаться выше всех.
— Я должен найти Кэлен, — повторил Ричард.
— Что ты несешь! У нас просто нет времени на всю эту чепуху! — Энн одним махом уничтожила все его желания, интересы и нужды, не желая даже слышать ни о чем, хотя он мог бы привести ей важные и разумные обоснования. — Мы приехали, чтобы немедленно доставить тебя в расположение д’харианской армии. Тебя там ждут. Все зависит от тебя. Настало время возглавить силы Света, потому что момент решающей битвы надвигается устрашающе быстро!
— Не могу, — сказал Ричард тихо, но твердо.
— Этого требует пророчество! — выкрикнула Энн.
Ричард отметил, что Энн изменилась. Все они немного изменились после исчезновения Кэлен, но у Энн эти изменения проявились заметнее. Когда она в прошлый раз явилась с той же целью — потребовать, чтобы Ричард отправился с нею на войну, — Кэлен бросила дорожный журнал Энн в огонь и заявила бывшей аббатисе, что не пророчество подгоняет события, а сама Энн пытается заставить людей следовать пророчеству в попытке доказать его истинность. Кэлен показала Энн, как та, обладая властью аббатисы, стала служанкой пророчества — и невольно способствовала тому, что мир оказался на грани краха. Слова Кэлен заставили Энн опомниться, разобраться в собственной душе, и она стала более вразумляемой.
Но теперь, вместе с памятью о Кэлен, ушло и все, что с нею связано. Энн, как и все остальные, вернулась к прежнему состоянию, не испытавшему влияния Кэлен. Ричарду иногда становилось больно от попыток припомнить, к кому и как относилась Кэлен, что именно забыли все, кто ее знал, и учитывать это в разговорах с людьми. Кое с кем ему даже стало легче общаться — например, с Шотой: та, утратив память о Кэлен, забыла и то, как обещала Ричарду убить его, если он вновь придет в Предел Агаден. А с другими, вроде Энн, становилось еще труднее.
— Кэлен бросила твой дорожный журнал в огонь, — напомнил ей Ричард. — Она, как и я, была уже сыта по горло твоими попытками управлять моей жизнью!
Энн нахмурилась.
— Это я сама случайно уронила журнал в огонь!
Ричард вздохнул.
— Разумеется. — Спорить ему не хотелось, ничего хорошего все равно не вышло бы.
— Ричард, — сказал Натан более мягко и доброжелательно, — речь идет не о пустяке. Ты был отмечен пророчеством с рождения. Мир докатился до края, дальше начинается тьма. В твоих руках средство, позволяющее предупредить наступление этой долгой и страшной ночи. Именно тебя пророчества называют спасителем нашего дела — того дела, в которое веришь и ты сам. Ты должен исполнить свой долг. А иначе нас всех ждет падение.
Ричарду было уже тошно от гонки за вчерашним днем. Его бесила невозможность разобраться в путанице разнородных явлений. Он чувствовал, что постоянно на шаг отстает от событий в мире и на два — от судьбы Кэлен. Люди, искренне любящие и уважающие его, тем не менее упрямо считали, будто лучше знают, что правильно, а что нет. Они считали себя вправе учить его, наставлять — забывая о его врожденном особом даре, забывая, что он уже не прежний простой паренек из глухих лесов, и не только по титулу зовется лордом, а научился многому, пережив столько трудностей, справившись с такими тяжелыми задачами… При том они даже не осознавали, что ими руководят не только любовь к нему, но также излишняя самоуверенность и высокомерие. Возможно, он отчасти сам был виноват в том, что к нему так относились, упорно не желая отказываться от простых повадок прежнего Ричарда-проводника, не воздвигая преград между собою и теми, кто, по сути, стоял ниже его. А теперь ему доказывали, что пророчество все решило за него. Но он так не считал!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
