миллион лет назад, придурок.
— Что? — Гибси нахмурился. — Это была твоя мама?
— Да, придурок!
— Ах, парень, мне чертовски жаль, — выдавил Гибси, прижимая руку ко рту. — Я думал, это собака.
— Лучше не становится, Гибс, — задумчиво произнес Джонни, скривив губы.
— Я не имел в виду, что она похожа на собаку, — быстро поправил Гибси. — Но она была такой мягкой и пушистой…
— Выключи звук, — приказал Джонни.
Гибси нахмурился. — Эй, так вот почему твои родители не…
— Больше не позволют тебе переступить порог дома? — Добавил Фели, бросив на него неприязненный взгляд. — Да, Гибс. Именно поэтому.
Затем нас окутала неловкая тишина, которую, к счастью, нарушила Клэр, прочистив горло и сказав: — В любом случае, оставляя в стороне не самые звездные выходки Джерарда с отрыгиванием, я думаю, мы должны что-нибудь сделать на твое восемнадцатилетие, Джонни, и если ты не хочешь устраивать вечеринку, мы могли бы отправиться в поход.
Брови Джонни нахмурились. — В поход?
— Кемпинг, — подтвердила Клэр тоном, пронизанным волнением. — К тому времени занятия в школе закончатся, погода должна быть хорошей, у всех вас есть машины, так что мы могли бы поехать куда захотим. И самое главное, Шэн, мы с Лиззи начинаем наше обучение только через неделю после твоего дня рождения. Усмехнувшись, она добавила: — Это беспроигрышный вариант.
— Детка, ты гений, — заявил Гибси. — Я чертовски люблю походы.
— А ты как думаешь, Шэн? — Спросил Джонни, искоса взглянув на меня. — Ты бы пошла?
— А медведь гадит в лесу? Конечно, она пойдет! — Гибси ответил за меня. — Верно, Малышка Шэннон?
— Не вкладывай слов в ее уста, — прорычал Джонни. — Она не обязана…
— Я пойду, — выпалила я взволнованно.
Брови Джонни взлетели вверх. — Ты сделаешь это?
Я кивнула. — Абсолютно.
— Но твоя мама…
— Скажу "нет", — согласилась я, сжимая его руку. — Но это твое восемнадцатилетие, и я все равно пойду.
— Тогда решено, — вмешалась Клэр, хлопнув в ладоши. — Мы отправляемся в поход!
59
ХВАТИТ!
ШЭННОН
— Нам лучше вернуться в класс, — простонал Джонни, прерывая наш поцелуй. Это был конец большого обеда, и мы спрятались за школьной оранжереей, где почти каждый день проводили вместе вторую половину обеденного перерыва. Как обычно, я сидела на стене, окружающей огород, и, как обычно, Джонни стоял у меня между ног, обхватив руками мои бедра, и его язык был у меня во рту.
— Мы можем поехать прямо ко мне после школы, — предложил он, запечатлев еще один обжигающий поцелуй на моих губах. — Займемся чем-нибудь перед ужином?
Я не хотела ужинать, если он не был в меню. — Что это за "что-то"? — Спросила я, слегка задыхаясь, когда провела пальцами по твердым выступам и впадинкам его живота. — Что ты имеешь в виду?
— Я не знаю, — хрипло ответил он, кладя руки мне на задницу. — Мы могли бы немного поиграть в GTA? Или поговорить? — Он крепко сжал меня, и я застонала. — Все, что ты хочешь, Шэн. — Опустив лицо к моей шее, он сильно посасывал мою плоть. — Черт, кажется, я пометил тебя, — пробормотал он, откидывая голову назад, не сводя глаз с моей шеи. Застенчиво улыбнувшись, он добавил: — Извини.
— Ничего страшного. — Он выглядел настолько далеким от сожаления, насколько это вообще возможно для человека. — Я тебе верю.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он затем. Мягко улыбаясь, он коснулся пальцами моего бедра. — Ты в порядке?
— Я в порядке, — прошептала я, притягивая его ближе. — Перестань волноваться.
— Я ничего не могу с этим поделать, — простонал он. — Я всегда беспокоюсь о тебе.
— Я хотела того, что произошло, Джонни, — заверила я его. — Я все еще хочу.
Его глаза потемнели. — Да?
Дрожа, я кивнула. — Да.
— Я не знаю, что мне с тобой делать, Шэннон Линч, — признался он хриплым голосом. — Ты заставляешь меня терять голову.
— Хорошо, — поддразнила я. — Мне нравится, когда ты отключаешь свой мозг.
Прозвучал второй звонок, давая нам знать, что у нас есть две минуты, чтобы добраться до класса, но я осталась там, где была, обхватив его бедрами за талию и мысленно умоляя его остаться, остаться, остаться…
Одного часа обеда оказалось недостаточно. С ним мне никогда не хватало времени, но я неохотно отпустила его, когда он пробормотал что-то о контрольной по французскому.
Джонни помог мне слезть со стены, а затем взял мою руку в свою, когда мы возвращались в школу. — Ты нервничаешь из-за ужина?
Я кивнула. — Я в ужасе.
— Она не поднимет эту тему, — пообещал он, проводя большим пальцем по костяшкам моих пальцев. — Так что даже не беспокойся об этом, Шэн.
— Твой папа тоже там будет? — Спросила я тихим голосом.
— Да, — ответил он, придерживая дверь открытой, чтобы я вошла внутрь. — Он все еще пытается приложить больше усилий и присутствовать. — Он закатил глаза при этой мысли. — Она все еще сводит меня с ума, Шэн. Это хуже, чем когда-либо. Чем ближе мы подходим к июню, тем более плаксивой она становится, — добавил он с содроганием. — Это все "как поживает твой Вилли, милый" и "у тебя снова набухают яички", или же она зачитывает статистику травм головы в регби.
Я точно знала, что чувствовала его мать. Чем ближе мы подходили к июню, тем больше я превращалась в плачущее месиво. Я просто старалась делать это, когда Джонни не было рядом. У меня не было такой роскоши, как у большинства девушек моего возраста. Мой парень скоро уедет. Я знала, что от скаутов будут поступать телефонные звонки, рассказывал он мне о них или нет. Я знала, что мы тратили время взаймы, приближаясь все ближе и ближе к прощанию, которое не давало мне спать по ночам, — к тому дню, когда он уйдет, а я останусь.
— Итак, что ты думаешь о том, что сказала Клэр сегодня утром в машине? — Спросила я, отрываясь от своих гнетущих мыслей. Остановив его возле туалета для девочек, я сжала его руку и улыбнулась ему. — Поездка в поход на твой день рождения? Ты взволнован?
— Только если ты поедешь. — Джонни посмотрел на меня сверху вниз и нахмурился. — Я не поеду, если ты не поедешь.
— Я еду, Джонни. — Град, дождь или снег. — Я не пропущу твой день рождения.
— О да? — Он ухмыльнулся. — Ты собираешься делить со мной палатку?
— Это зависит от обстоятельств, — поддразнила я, улыбаясь ему в ответ. — Ты можешь поставить палатку?
Джонни понимающе ухмыльнулся мне, и мое лицо вспыхнуло от смущения.
— Не такая палатка, — быстро поправилась я, краснея.
— Ты такая милая, — усмехнулся он, покачав головой. — Встретимся здесь после последнего урока, хорошо?
