– Да. – Тормент оглянулся и посмотрел на дом. – Но Вы... в состоянии сейчас сражаться?
– Войне не нужны мужи в здравом уме. Воистину, сейчас лучше быть безумным.
Тормент кивнул. – Тогда в Девон.
Дариус пустил коня во весь опор, и боевой жеребец, следуя приказу, бросился вперед, галопом пролетая через лес, копытами разрывая землю. Ветер бил в лицо, высушивая слезы на щеках Дариуса, но нисколько не уменьшая боль в груди.
И возвращаясь на войну, он все думал о том, увидит ли он когда-нибудь это дитя, но уже знал ответ. Их пути никогда не пересекутся. Да и как такое могло случиться? На каких жизненных поворотах случай мог столкнуть их снова ?
Воистину, это будет настоящий вызов судьбе, не так ли.
О, дитя. Была рождена в несчастье. Но никогда не будет забыта.
Частица его сердца навсегда принадлежит ей.
Глава 73
Позже Хекс поймет, что радость, как и беда, не приходит одна.
Просто раньше у нее никогда не было подобного опыта... Не с бедой, а с радостью.
Благодаря крови Джона Мэтью и талантливым рукам Дока Джейн, она практически полностью выздоровела уже на следующую ночь после заварушки с Лэшем, и точно знала, что пришла в норму, потому что снова надела свои скобы. Обрезала волосы. И побывала в своем доме на берегу Гудзона, где переоделась и забрала оружие.
И примерно... четыре часа занималась любовью с Джоном.
Она также встретилась с Рофом, и оказалось, что у нее вроде как появилась новая работа: великий Слепой Король пригласил ее сражаться вместе с Братством. И после того, как она оправилась после первоначального шока, заметил, что ее навыки были крайне полезны и необходимы в войне. Ха, прикончить парочку лессеров?
Отличная. Идея. Она в команде.
Кстати, насчет команды – она переехала в комнату Джона. В его шкафу ее кожаные штаны и черные майки висели рядом с его одеждой, их военные ботинки стояли вместе, и ее ножи, пистолеты и прочие милые игрушки были заперты в его огнеупорном шкафу.
Даже их боеприпасы лежали вместе.
Офигенно романтично.
И, о да, все очень по деловому, как обычно.
Только вот... только вот последние полчаса она была вынуждена просидеть на его огромной кровати, вытирая вспотевшие ладони о кожаные штаны. Незадолго до их свадебной церемонии Джон решил устроить себе тренировку внизу, в учебном центре, и она была рада, что сейчас он занят в другом месте.
Ей не хотелось, чтобы он видел, как она нервничает.
Потому что оказалось, что в дополнение к фобии по поводу всякого медицинского дерьма, у нее появился еще один маленький пунктик: ее мутило от одной мысли о том, что ей придется встать перед толпой народа, в центре всеобщего внимания во время брачной церемонии. Хотя, не удивительно. В конце концов, в работе наемного убийцы главное – оставаться незамеченной. И она уже давно интроверт, как по обстоятельствам, так и по характеру.
Откинувшись на подушки, она прислонилась к спинке кровати, скрестила ноги в лодыжках и схватила пульт дистанционного управления. Маленькая черная «Сони» выполнила свои обязанности с замечательной точностью, вещица заставила вспыхнуть плоский экран телевизора и начала переключать каналы, пока те не замелькали со скоростью биения сердца.
И дело не только в том, что на их с Джоном церемонии будет много свидетелей. А в том, что замужество заставило ее задуматься о том, как все могло сложиться, веди она обычный образ жизни. В ночь, подобную этой, большинство женщин надевали красивые платья, сшитые специально для подобного случая и украшенные фамильными драгоценностями. Они с нетерпением ждали, когда гордые отцы поведут их под руку к алтарю, а матери начнут всхлипывать в тот момент, когда молодые обменяются клятвами любви и верности.
А Хекс пойдет по проходу одна. И будет она в коже и черной майке, потому что это все, что у нее было из одежды.
Пока перед глазами мелькали каналы, пропасть между ней и «нормальной жизнью» казалась такой протяженной, как и сама История: невозможно изменить прошлое, исключены правки в ее взлетах и падениях. Все, начиная с ее смешанной крови, заканчивая добрейшей парой, что вырастила кошмар в ее лице, и всем тем, что случилось с ней, когда она покинула их дом... все это было написано на холодных камнях прошлого.
И уже никогда не изменится.
Но, по крайней мере, она знала, что замечательные мужчина и женщина, которые пытались воспитать ее как родную, наконец, произвели на свет кровное дитя, сына, который вырос сильным и здоровым, удачно женился и дал жизнь следующему поколению.
Все это делало ее отъезд намного проще.
Но остальное в ее жизни, за исключением Джона, не имело счастливого разрешения. Боже, может, именно поэтому она так нервничала. Это брачный переполох с Джоном стал таким откровением, слишком хорошим, чтобы быть правдой…
Она нахмурилась и приняла вертикальное положение. Потом потерла глаза.
То, что она видела на экране, не могло быть правдой.
Это же невозможно... правда?
Нащупав на пульте нужную кнопку, она прибавила громкость. «... Призрак Рэтбуна бродит по своему особняку времен гражданской войны. Какие секреты ждут нашу команду исследователей паранормальных явлений, которые они постараются раскрыть...».
Голос рассказчика затих, когда камера приблизила изображение портрета мужчины с темными волосами и безумными глазами.
Мёрдер.
Она узнает это лицо где угодно.
Вскочив, она бросилась к телевизору, но как будто это могло помочь?
Камера отъехала назад, чтобы показать красивую гостиную, а затем мелькнуло несколько кадров на фоне белой фазенды. Корреспондент говорил о каком-то специальном репортаже... в ходе которого они в прямом эфире собирались выманить призрака известного аболициониста времен гражданской войны, который до сих пор бродили по залам и коридорам особняка, в котором когда-то жил.
Вернувшись к тому, что говорил комментатор, она отчаянно пыталась расслышать, где находится этот особняк. Может, она могла бы...
Недалеко от Чарльстона, Южная Каролина. Вот где.
Шагнув назад, она врезалась в кровать и села. Ее первой мыслью было дематериализоваться туда и посмотреть самой, был ли это ее бывший любовник, настоящий призрак или же некоторые талантливые телевизионные продюсеры просто наделали много шума из ничего.
Но логика преодолела внезапный и бездумный порыв. В последний раз, когда она сталкивалась с Мёрдером, тот ясно дал понять, что не желает иметь с ней ничего общего. Кроме того, только в доме висела старая картина с изображением мужчины, но это еще не значит, что он жил в старом поместье, играя в Каспера[136].
