201
5-м полком гвардейских тиральеров командовал барон Жан-Франсуа Эннекен, майор гвардии в ранге армейского полковника. – Прим. ред.
202
в этой знаменитой атаке приняли участие 4-й, 7-й и 14-й кирасирские полки 3-й тяжелой кавалерийской дивизии генерала барона Ж.-П. Думера и остатки легкой кавалерии 2-го, 3-го и 5-го армейских корпусов – всего 1500–1700 всадников, в том числе около 900 кирасир. – Прим. ред.
203
русские источники не подтверждают потерю двух знамен, а генерал-майор князь А. Г. Щербатов оказался в плену лишь на очень короткое время и смог освободиться благодаря контратаке русской кавалерии. – Прим. ред.
204
«Наша жизнь сродни путешествию». – Прим. пер.
205
фактически у Виктора под Студенкой было около 5500 солдат (5000 пехотинцев, 350 кавалеристов и 120 артиллеристов при 14 орудиях) против которых с русской стороны сражались 14 000 чел.. – Прим. ред.
206
имеется в виду генерал-майор граф Вильгельм фон Хохберг, наследный принц Баденский, который в 9-м корпусе Великой армии командовал 2-й (баденской) бригадой 26-й пехотной дивизии генерала Х. В. Дэндельса. – Прим. ред.
207
бергская бригада генерала Ф. Э. Дама являлась 1-й бригадой 26-й пехотной дивизии Дэндельса. – Прим. ред.
208
из двух легких кавалерийских бригад 9-го армейского корпуса, объединенных в дивизию под командованием дивизионного генерала барона Ф. Фурнье, у Студенки сражалась только одна 30-я бригада, которую возглавлял полковник баденских гусар Филипп фон Ларош-Штаркенфельс (31-я бригада, приданная пехотной дивизии Партуно, утром 28 ноября сдалась вместе с ней в плен у Старого Борисова). – Прим. ред.
209
они смяли и рассеяли большое каре русского 24-го егерского полка и взяли до 500 пленных. – Прим. ред.
210
после боя под Студенкой в обоих полках 30-й легкой кавалерийской бригады осталось не более 100 всадников. – Прим. ред.
211
чума; данном контексте – выражение вроде нашего «черт возьми». – Прим. пер.
212
«Хорошо, мой полковник». – Прим. пер.
213
«Мой генерал». – Прим. пер.
214
казны. – Прим. пер.
215
по статусу Мюрат являлся «лейтенантом императора», то есть его официальным заместителем на театре военных действий. – Прим. ред.
216
кроме собственно баварских войск (остатков 6-го армейского корпуса) в эту цифру входит численность двух примкнувших к ним бригад генералов Л.-Ф. Кутара и Ж.-Б.-М. Франчески. – Прим. ред.
217
Бригадный генерал барон Луи-Франсуа Кутар возглавлял не дивизию, а 3-ю бригаду 28-й пехотной дивизии 9-го корпуса Великой армии. В начале декабря 1812 г. эта бригада вместе с баварскими войсками генерал-лейтенанта графа К. Ф. Й. фон Вреде и маршевой бригадой генерала барона Ж.-Б.-М. Франчески отступила из Даниловичей через Вилейку и Нарочь к Вильне. Дивизионный генерал граф Луи-Анри Луазон командовал 34-й пехотной дивизией, входившей в состав 11-го (бывшего резервного) корпуса маршала Ожеро. – Прим. ред.
218
В отсутствие графа Л.-А. Луазона 34-й пехотной дивизией с 1 по 8 декабря 1812 г. временно командовал дивизионный генерал барон П.-Г. Грасьен, имевший в своем подчинении бригадного генерала барона Г. -Р.-А. Вивье де Ла Прада. На 4 декабря эта дивизия включала шесть батальонов французской пехоты (4-й батальон 3-го линейного полка, 3-й и 4-й батальоны 29-го линейного полка, 4-й батальон 105-го линейного полка, 3-й и 4-й батальоны 113-го линейного полка, сформированного из тосканцев) и шесть батальонов, образованных из контингентов мелких германских княжеств Рейнского союза (по два батальона 3-го и 4-го пехотных полков и 2-й батальон 5-го пехотного полка, оставленный в Вильне при выступлении дивизии к Ошмянам). Еще три батальона пехоты Рейнского союза (весь 6-й полк и 1-й батальон 5-го полка) тогда находились в Ковно. Дивизионную артиллерию составляла 17-я рота 8-го пешего артиллерийского полка (8 орудий). Кроме того, 34-й дивизии был придан отряд неаполитанской Королевской гвардии под командованием лагерного маршала Флорестано Пепе (кавалерийская бригада из 5 эскадронов и два батальона пеших велитов). – Прим. ред.
219
Польским уланским полком здесь назван 10-й маршевый кавалерийский полк, недавно прибывший в Сморгонь. К 25 ноября он насчитывал 702 чел., в том числе 200 всадников 7-го шволежерского полка (бывшего 1-го уланского полка Висленского легиона) под командой полковника барона Игнация Фердинанда Стоковского и 78 всадников 1-го полка шволежеров-улан гвардии (5-й эскадрон эскадронного начальника Северина Фредро, сформированный в Данциге). Неаполитанцев представляли три эскадрона Почетной гвардии (Guardia d’onore) под командой полковника Фердинандо Самбиазе князя ди Кампаны (350 чел.) и два эскадрона конных велитов (Veliti a cavallo) Королевской гвардии (400 чел.), которых возглавлял полковник Лучио Караччиоло герцог ди Роккаромана. – Прим. ред.
220
Автор ошибается. Гусарскую форму (белые доломаны с желтыми шнурами, малиновые ментики, чикчиры и кивера) полк конных велитов неаполитанской Королевской гвардии получил только в 1814 г., когда его преобразовали в полк гусар. Конные велиты герцога ди Роккароманы, действовавшие в Литве в декабре 1812 г., носили темносиние куртки с воротником, рукавными обшлагами и отворотами фалд палево-желтого приборного цвета и нагрудными нашивками из желтого галуна, а также темносиние рейтузы с двойными желтыми лампасами. Эполеты у них были желтые с красной бахромой, а в качестве головного убора они использовали черный кивер с золотой окантовкой по верху и налобной бляхой в виде восходящего солнца. Почетные гвардейцы (бывшие бергские уланы) имели форму уланского типа: белые куртки с малиновыми воротником, обшлагами, лацканами и отворотами фалд, малиновые панталоны с двойными белыми лампасами, заменяемые в походе серыми рейтузами, и черные с малиновой четырехугольной тульей шапки польского образца, украшенные белыми плетеными шнурами и султаном. Солдаты первой шеренги были вооружены пикой с бело-малиновым флюгером (флажком). – Прим. ред.
221
По более точным данным, от гвардейской кавалерии в эскорт императора французов при его отъезде из Сморгони были назначены: один эскадрон 1-го (польского) полка шволежеров-улан под командой эскадронного начальника В. Шептыцкого, взвод из тридцати конных егерей – лучших и наиболее здоровых ездоков, специально отобранных генералом графом Ш. Лефевром-Денуэттом (полковником Конно-егерского полка гвардии), а также отряд неизвестной численности, выделенный из 2-го (голландского) полка шволежеров-улан и возглавляемый капитаном Постом. У деревни Седанишки, на пути в Ошмяны, к императорскому кортежу присоединились полковник И. Ф. Стоковский с шволежерами своего 7-го полка и эскадронный начальник С. Фредро с 5-м эскадроном польских шволежеров-улан гвардии. Неаполитанские гвардейские кавалеристы из бригады генерала Ф. Пепе сопровождали Наполеона только начиная с Ошмян. – Прим. ред.
222
Герцог ди Роккаромана командовал эскортом из 50 неаполитанских конных велитов, выехавших с кортежем императора из Медников; при приближении к Вильне от этих неаполитанцев осталось только 8 чел., включая самого герцога и нескольких офицеров. Пока в Вильне Наполеон беседовал с министром Ю.-Б. Маре, неаполитанские офицеры вошли в кухню какого-то дома и по неосторожности встали слишком близко к огню, чтобы согреться. В результате на другой день они были не в состоянии продолжить путь, причем герцог ди Роккаромана лишился нескольких пальцев на руках и ногах. – Прим. ред.
223
имперская казна. – Прим. пер.
224
«теперь у господина есть хлеб». – Прим. пер.
225
господин обер-шталмейстер. – Прим. пер.
226
«господину Гётту» (так Наполеон произнес фамилию Гёте). – Прим. ред.
227
экипажи его величества императора и короля. – Прим. пер.
228
в этом полку батальонный начальник Р. де Льянса командовал 3-м батальоном. – Прим. ред.
229
охлаждения. – Прим. пер.
230
очевидно, имеются в виду Туринский и Флорентийский батальоны велитов, ранее квартировавшие в Берлине, но они не составляли единого полка, являясь двумя отдельными формированиями. – Прим. ред.
