class="p1">Рауль поднял взгляд, и старший брат отступил ещё дальше.
— Ты поплатишься за это, — сквозь зубы процедил Рауль и, повернувшись, пошел прочь.
А Филипп смотрел ему в спину и чувствовал жалость и раскаяние. Вчера он завёл разговор с Йерионом о чести, благородстве и справедливости. Принцу казалось, что он их лишен, и что наоборот, его тянет к дурным поступкам.
— Сделайте что-нибудь по-настоящему плохое, мой принц, — посоветовал Данте — И тогда точно узнаете, по вкусу ли вам дурные дела.
Что же, теперь Фернан знал, что плохие поступки его не забавляют, а мучают. И теперь ему предстояло решить, как загладить вину перед братом.
Впрочем, совсем скоро от его раскаяния не осталось и следа.
Принц задержался почти на час. Приглашенные гости сидели перед камином в одном из залов, ожидая его.
— Идёт! — воскликнул Ройс, смотревший в окно, и все поднялись, готовые встретить последнего гостя. Двери распахнулись, в комнату зашел принц, а следом за ним двое королевских гвардейцев внесли внушительный металлический сундук.
— Осторожно! — воскликнул принц, когда гвардейцы ставили сундук на пол. Пока солдаты приветствовали Кейсара, Рауль подбежал к Айрин и обнял её.
— Поздравляю, Аури! Вот, — принц указал на ящик.
— Благодарю, ваше высочестов, — отвечала Айрин и, нагнувшись, поцеловала принца в щеку. Тот покраснел от удовольствия.
— А что там, ваше высочество? — сгорая от нетерпения, спросила Валери.
— Да… там… — смутился принц — Игра.
Все собравшиеся столпились у ящика. Даже Элирия нетерпеливо выглядывала из-за спины Айрин. И принц, взволнованный всеобщим вниманием, откинул крышку.
— Свет Всемогущий! — вырвалось у Валери, и вздох восхищения вырвался у собравшихся. И было от чего — в ящике, разделенном на отсеки и оббитом мягкой тканью, содержалось подлинное произведение искусства. Айрин дрожащими руками начала доставать содержимое.
Цветные металлические пластины, с выгравированными на них лесами, полями, горами и реками; подставки величиной с монету, на которых стояли крохотные отряды солдат — мечников, стрелков, конницы, рыцарей и артиллерии. Фигурки героев, на таких же подставках, но каждая была изготовлена из хрусталя, черного золота или серебра, украшена драгоценностями и покрыта эмалью; миниатюрные фигурки городов, деревень, портов, крепостей и церквей. Целые россыпи крохотных, с ноготь величиной, монет — золотых, серебряных и медных. Ещё искусные фигурки — на этот раз животных, и Валери с Айрин вскрикнула от радости, увидев флаймера. Отдел раскрывался за отделом, и содержимому не было конца — кубики шести и двенадцати граней, корабли и телеги, непонятные здания, металлические доски с выемками, подписанные буквами и цифрами, круг со стрелкой, разделенный на зоны и многое, многое другое. Отдельно, завернутая в бумагу, лежала книга правил.
Достав все содержимое — а оно заняло весь стол — Аури обернулась и обняла принца ещё раз.
— Спасибо, ваше высочество. Я… я даже не знаю…
— Превосходный подарок, — с ноткой зависти подтвердила Валери.
Рауль сиял от удовольствия.
Как ни рвалась Аури погрузиться в игру прямо сейчас, нужно было идти.
Принца сопровождали трое гвардейцев, а миледи — восемь солдат. Все вместе они составляли внушительный отряд. Под испуганными взглядами прохожих пятеро друзей, кутаясь в плащи, накидки и куртки, следовали за Валери. Та вела их на ближайшую площадь. Было заметно, что там уже собралась толпа народа. По мере приближения Элирия становилась всё бледнее, и Аури, приглядывавшая за ней, взяла её за руку. Лея облегченно перевела дух и улыбнулась.
— Всё пока нормально, да?
— Всё идёт превосходно, ваше сиятельство. Нам сейчас только пересечь площадь, и там уж сразу в ресторан.
— Нуууу… — протянула Валери, прищурившись — Не совсем. Я решила, раз уж праздник устраиваем в городе, то устроим его с размахом.
— Что это значит? — с тревогой спросила Аури. Но тут они достигли толпы, и вошли в неё. Солдаты и гвардейцы расчищали проход, позволяя друзьям не смешиваться и не разделяться.
— Свет Всемогущий, — ахнул Ройс, подняв голову, и остальные проследили за его взглядом.
— Я же помню, как тебе понравилось в Эйгоне — ответила Валери — Вот и решила повторить.
Две огромные звероподобные деревянные фигуры возвышались на разных концах площади. Неподалеку от них полыхали костры, сложенные из толстых брёвен. На улице было прохладно, но жар от костров струился по всей площади. По мере того, как кампания всё дальше продвигалась по площади, Айрин замечала всё новые и новые подробности. Бочки с вином, расставленные по разным концам площади. Музыканты с лютнями и барабанами, готовившиеся к выступлению. Группы солдат возле деревянных фигур. Несколько лотков с едой. И люди, множество людей. Они не понимали, что происходит, но чувствовали, что грядёт веселье.
— Ох, Свет и Четверо! — вдруг испугалась Аури — А если жители стражу позовут?
— Не волнуйся, — отмахнулась Валери — Всё улажено.
— Как это?
— Я договорилась с мэром, — Валентина повернулась и посмотрела Аури прямо в глаза. Роу почувствовала, как злость просыпается в её душе, и стиснула зубы, успокаивая себя.
— Сердишься?
— Нет, — покачала головой Айрин — Нет, — повторила она, внимательно прислушиваясь к себе — Жизнь слишком коротка, чтобы сердиться из-за каждой твоей странной выходки. К тому же, у меня сегодня — день рождения. И праздник, который мне устроила лучшая подруга — Аури обняла Валери за плечи и крепко прижала к себе- Хотя порой мне и хочется тебя придушить.
— Раз у тебя день рождения, ни в чём себе не отказывай! — вздохнула Валентина и опустила голову. Айрин не выдержала и рассмеялась, а следом за ней рассмеялась и Валери.
— Спасибо! Ты постаралась на славу. Пит помогал?
— Нет, — Валери скривилась — Гекхарт. А Пит теперь вольная птица.
На одной стороне площади раздалась музыка — и тут же ей начали подпевать со всех сторон. Аури заметила, что из бочек людям уже наливают выпивку.
— Ты что, задумала их всех споить? — заметил Ройс.
— И что с того? Праздник же! Правда, никто не знает, что мы празднуем. Как думаете? — Валери обвела толпу задумчивым взглядом — Может, нужно им сказать, за чьё здоровье они должны выпить?
— Тут толпа народу, Валери! И у многих из них — оружие. Знаешь, что будет, когда они напьются?
— Знаю. Будут праздновать и веселиться. Успокойся, Ройс, от праздников не умирают.
— Как раз эти могут и умереть!
— Свет и Четверо, Ройс! Это выражение такое, понимаешь? Образное. Когда я говорю, что никто не умирает, я не имею в виду, что буквально никто не умрёт! Кто-то может и помрёт — и что с того? Просто… просто ничего страшного в этом нет, понимаешь? Никакой большой беды не случится. Это… не серьёзно.
— Не смертельно, — ехидно подсказал шевалье
