ответил он, не замечая ее насмешливого взгляда, и протянул ее все работы и тексты.
– Это невозможно, хочешь сказать, что сделал все сам? – сказала она, удивленно и злобно смотря на него, пересмотрев работы.
– Да, я все это сам сделал, – удивился он этому вопросу.
– Ты мне не ври, такая бездарность как ты ничего не может сделать, не знаю, кто тебе помогал, но это я принимать не буду! Видно сразу, ты ничего не сделал, а это сделал кто – то за тебя. Даже мне педагогу с многолетним стажем за одни выходные, сделать такой объем работы было бы не просто, а такому как ты это просто невозможно. Забирай это и уходи, я ничего исправлять не буду тебе. Обмануть меня решил, – возмущенно, на повышенных тонах отчитала она его.
– Я сделал и сдал вам как договаривались. Примите, пожалуйста, это действительно я сделал. Мне никто не помогал. Все же я потратил много сил на это, по ночам сидел, делал, – стал оправдываться он.
– Я сделаю вид, что поверю тебе, но не вижу в этом смысла, тебя все равно отчислят, у тебя много долгов по другим предметам, тебе не успеть сдать все до конца года, осталось то совсем ни чего. Поэтому не вижу смысла тратить на тебя свое время. Если сдашь остальные долги, тогда я приму, якобы, твои работы, – ответила она, с ехидной улыбкой на лице.
– Значит, сейчас вы их не примите? – переспросил он ее.
– Да, не приму, они будут у меня лежать в столе, как все остальное сдашь, я исправлю тебе двойки по моему предмету, – раздраженно повторила она ему.
– Спасибо. Тогда я пойду?
– Иди, иди. Ты мне должен быть благодарен, что я тебе вообще дала шанс. У таких людей как ты, нет будущего. Свободен.
– Еще раз спасибо, до свидания, – сказал он, развернулся и пошел прочь из кабинета.
Выйдя в коридор, он закрыл за собой дверь, постоял, задумчиво посмотрел на вывеску «Иностранный язык» прикрепленную к двери кабинета. Ему вспомнилось, как брат и мать говорили ему, что он разговаривает во сне на иностранном языке, он улыбнулся от своих мыслей, а потом вспомнил, что в итоге его труды не засчитали, вдохнул и выдохнул от досады и пошел на уроки.
Все же он сделал почти невозможное, исправил шесть предметов, приложив немало сил и времени, но его отчислили из-за неуспеваемости. Когда он увидел, по каким предмета ему поставили неуспеваемость, там было указано три предмета, среди них был и немецкий язык, другие два предмета он тоже исправлял. Это объявили на линейке в конце учебного года, перед всей школой, подводя итоги года. Он стоял один, когда зачитывали причины, перед остальными учащимися. Ловил глазами насмехающиеся взгляды других учеников, ухмылки на их лицах, слышал фальшивые ноты грусти в голосе, когда завуч школы, она же «Людоедка» объявляла его отчисление. Ему было обидно, почти до слез, да он не самый прилежный ученик, был ленив, но все же он искренне пытался все исправить и исправил, однако все было напрасно. Подняв глаза вверх, когда критиковали и говорили остальным как не хорошо становиться таким как наш герой, в запыленных окнах спортзала, он увидел голубую синеву, чистого неба и ему перехотелось плакать, не может этот мир быть ужасным, имея такое красивое небо, так он думал в тот момент. От этого на его лице появилась улыбка.
– Вот видите насколько ему безразлично, что его отчисляют и как наплевательски он относится к учебе, что просто стоит и улыбается перед всеми нами, – увидев, как он улыбается, сказал она, вспылив, – расскажи нам, что тут веселого?
Он оторвал свой взгляд от окна, солнечный свет падал через мутные окна, в воздухе поблескивая на солнце, кружили пылинки. Он окинул всех взглядом, они молча стояли и смотрели на него, кто-то ухмылялся, у кого-то на лице четко читалось презрение. Они считали его нахалом, негодяем, который насмехается над ними, а он просто улыбался небу и солнцу. Он повернулся к ней и произнес:
– Тут нет ничего веселого, но я хочу жить с улыбкой, – ответил он, смотря на нее.
– Всю жизнь улыбаются только дурачки, – снисходительно ответила она ему, с улыбкой.
– Я и это исправлю, – глядя ей в глаза, произнес он.
– Ну что ж пожелаем ему удачи, можешь идти, ты свободен, за документами зайдешь послезавтра, – произнесла она для всех остальных.
Поблагодарив ее, он направился к выходу из зала, через темный коридор и на улицу. Ему было не грустно, впереди его ждет еще много всего, думал он про себя, обращая свой взгляд периодически в небо, почувствовал даже как, наконец, стал чуточку свободнее.
Глава 6
Она открыла глаза. Перед ней предстала страшная картина, сверху перед ней стояли пять абсолютно незнакомых мужчин и смотрели на нее внимательно, толкались между собой, шептались и каждый норовил заглянуть ей в лицо. Когда она это поняла, то закрыла лицо тканью, подобрала колени под себя.
– Не бойся, мы тебя не обидим, мы тебе не враги, не прячься, – сказал Арти, как можно ласковее.
– Чего это она испугалась? – спросил Яр у Арти удивленно.
– А ты как думаешь сам? Она беззащитная девушка, очнулась, а передней пять незнакомых, здоровых мужиков стоят и пялятся на нее, да я бы на ее месте тоже бы струхнул, так что помолчите.
– Кто вы такие и как я тут оказалась? – опустив ткань, сказала она робко.
– Я Арти, а это Мирд, Яр, Кирк и Эванс, – показывая на каждого рукой, перечислил он и продолжил: мы забрали тебя из скалы, ты лежала на алтаре, завернутая в ткань, которой сейчас накрылась. Не знаю, что там с тобой хотели сделать, но точно, что-то недоброе, у человека в черном балахоне, который стоял над тобой, когда мы подоспели, был нож.
Все молча смотрели теперь на Арти, он увидел это и сам удивился такой странной реакции своих товарищей.
– Чего вы на меня так смотрите? – спросил он их.
– Дело в том, наверное, что никто из нас кроме тебя не понял ее, она говорит на языке, которого мы никогда не слышали, – ответил ему Мирд: это весьма странно.
– Что?! Как?! Она спросила на нашем языке, это точно, – удивленно сказал Арти, оглядел всех остальных вопросительным взглядом, все ему кивнули в подтверждении слов Мирда.
– Послушай, ты понимаешь, что я говорю, а остальные нет, возможно, ты знаешь, почему так? – обратился Арти к девушке.
– Я не знаю, я вообще ничего не помню, кто я, как меня зовут, – испугано ответила она.
– Ясно. Мы отойдем на минутку, нам надо поговорить с парнями обо всем этом, постарайся успокоиться и поменьше переживать, тут есть немного еды, попей и поешь, все будет хорошо, – сказал Арти и передал
