— Тогда не обессудьте, господин Громов. Мы пытались договориться по хорошему. — с такой ненавистью выплюнул Юрий Геннадьевич. Кирилл удивленно приподнял брови.
— Вы мне угрожаете, уважаемый? Прокурору области?
Не произнеся ни слова, тот развернулся и зашагал к выходу. Все замялись и последовали за Романовским и только отец остался.
— Простите за испорченный ужин. — сказал папа, немного стушевался и протянул руку. — Я отец Дианы.
Кирилл встал и обошёл стол. Пожал, протянутую руку.
— Очень приятно с вами познакомиться. Жаль, что при таких обстоятельствах. Надеюсь мы исправим этот непозволительный провал.
— Конечно. Мы с Леночкой, мамой Дианы, приглашаем вас в выходные на ужин. Надеюсь вы примите приглашение?
— Несомненно! — посмотрев на меня, ответил за нас Кирилл.
— Тогда, до свидания! Дианочка… — и он учтиво кивнул на прощание.
Ужин прошёл без дальнейших неожиданностей. Мы захотели прогуляться по набережной и водитель припарковал автомобиль на городской парковке. Оставив его в машине, неспешно шли вдоль воды и разговаривали. Все люди обходили нас, не желая столкнуться. В вечернее время было много влюблённых парочек. Некоторые, как и мы шли вдоль реки, другие сидели под кронами деревьев. Были видны компании подростков, громко что-то обсуждающих или слушающих музыку. Никто не обращал внимание на других. Где-то звучали зажигательные ритмы, приглашающие окунуться в дискотечную жизнь. Где-то, наоборот приятно пел певец медленные композиции и кругом стоял запах вкусной еды.
Ничего не предвещало испорченного вечера. Но стоило нам подойти обратно к машине, как со всех сторон нас окружили люди в чёрных масках и с оружием. Они держались поодаль, но пара человек приблизились к нам. Водитель, он же телохранитель, не успел даже среагировать, как был зажат в тиски одним из вооружённых людей. Поднялся крик, наверное прохожие увидели происходящее.
Кирилл ударил, державшего его водителя человека и толкнул его в сторону. Все произошло так быстро, что я не успела даже ойкнуть. Куда делись другие, я заметить не успела.
Мой прокурор дернул меня на себя и мы оказались под прикрытием машины. Сам же Кирилл выхватил из-за спины свой пистолет и стал отвечать на выстрелы, уже сыпавшиеся со всех сторон. Наш водитель тоже был вооружён и отстреливался, только мы были в меньшинстве.
— Выводи Диану. — крикнул он. — Быстрее, я прикрою вас. — я сбросила туфли и уже сильные руки тянули меня за собой.
Вокруг творился полнейший хаос. Все смешалось и я не видела ничего вокруг.
Мы наконец добежали до ближайшего переулка, только я поранила ноги о какие-то осколки. Струйки красной крови уже были видны на ступнях. А боль медленно приходила, отодвигая шоковое состояние.
— Кирилл, мы должны ему помочь, пожалуйста. Я должна вернуться, к нему.
— Там опасно, — прикрикнул на меня парень, что только что вывел меня из под обстрела. Я уткнулась головой в коленки и слёзы беззвучно полились по щекам.
— Он там. — еле слышно произнесла я.
— Я должен идти. С вами все в порядке? — посмотрел на меня водитель оценивающе. — Ждите здесь. — и быстро испарился.
Он скрылся за поворотом, где всё подозрительно стихло. Не было больше выстрелов и криков. Я быстро осмотрела порезы и заключила, что стёкла нигде не торчат и всё не смертельно. Где-то послышался сигнал скорой помощи или полиции, а может это спешили и те, и те. Я медленно побрела обратно, потому что каждый шаг причинял мне боль. А на асфальте оставались кровавые шаги, как в фильмах ужасов. Несколько человек в масках лежали бездыханные, а остальные очевидно скрылись. И… и…
— Кирилл!?… — я бросилась к моему мужчине, родному и любимому. Да, черт возьми, любимому. Он лежал возле машины, где мы его оставили и красная лужа, страшно расплывалась под ним. Но я не успела. Чужие руки перехватили меня и закрыли мне рот ладонью.
— Пусть теперь он лишится всего, что ему дорого. — противный, но до боли знакомый голос Романа послышался возле уха. Я вскрикнула от ощутимого укола в плечо и в глазах картинка стала постепенно мутнеть и исчезать. Я видела бегущего к нам знакомого мне водителя, но резко все пошло рябью, как вода в реке и моё сознание отключилось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 12
Я очнулась от навязанного мне забытья. Сколько была в отключке? Час? День? Казалось вечность.
Что за гадость мне вкололи? Голова шумит, тело ноет, а ноги болят. Ах да, ноги … Я ведь поранилась. Попыталась открыть глаза, но это было невероятно трудно. Веки не слушались, а в горле была пустыня. По ощущениям я лежала на чём-то мягком. Мне удалось приоткрыть глаза. Действительно, лежу на кровати. В каком-то гостиничном номере что ли? Скосила взгляд вниз, мои ноги все перепачканы кровью, в порезах и ссадинах. Только бы не занести какую-нибудь гадость. Я только сейчас почувствовала, что не могу пошевелить руками, они связаны за спиной.
Где я? Воспоминания медленно начали возвращаться ко мне. Выстрелы, кровь… Кирилл!? О, вселенная… Горькая слеза медленно скатилась по щеке. За ней вторая и предательница третья… Он жив? Было похоже, что нет. Где я? Я должна быть с ним.
Похищение!? Да, это именно оно. Этот урод, про которого я уже успела забыть.
Как говорится, подумай и вот он… Замок повернулся, дверь немного скрипнула, открываясь. В проёме стоял Рома. Один мой взгляд на него должен был стереть его в порошок, но это если бы я была ведьмой. Или это всё был просто страшный фильм. Жизнь- это не кино… И совсем не сказка… Да и ведьм не бывает, а если они и ходят по земле, то точно это не я.
— Пришла в себя!? — то ли спросил, то ли утвердительно произнёс мужчина.
— Давно не виделись, детка. — и ещё бы столько же и миллион раз по столько же. Я молчала плотно сжав пересохшие губы. А этот урод смотрел на меня со своей гадкой усмешкой. Все таки первое мнение о человеке не всегда обманчиво. Он и правда пошлый извращенец, которым показался мне в первый день.
— Да не волнуйся ты так, — начал Роман, медленно приближаясь ко мне. — Я же говорил, ты будешь моей детка. А я всегда держу слово. Хотя я буду не первый, но мне всё равно. — и он растянул губы в плотоядной улыбке. Присев на край кровати потянулся ко мне. Хотя тело моё онемело, а рук я вообще не чувствовала, я постаралась отстраниться от него. Руки и спину прострелила неимоверная боль и я не сдержавшись всхлипнула. Он схватил меня за плечо, так грубо и резко, наверняка оставляя следы захвата. Перевернул на спину и разорвал блузку. Ажурный бюстгальтер постигла таже участь.
— Красивая, зараза. Понимаю этого урода. — слова были выброшены с такой ненавистью, что я поёжилась.
— Когда тебя только увидел, сам голову потерял. — Рома обвёл указательным пальцем мой сосок, торчащий из-за прохлады в помещении. Мне стало противно и я скривилась. Зря!
— Что?! Смотри на меня, дрянь. Забудь его. Я теперь твой господин, а ты моя. — он выплёвывал эти слова мне в лицо. — Моя игрушка. Сколько хочу столько и буду играть. Хватит. Надоело строить хорошего сынка. Потерял столько времени из-за старого болвана. — это он про отца?!
— Я никогда твоей не буду. — очень медленно, проговаривая каждое слово, чтобы не осталось сомнений, я действительно уверена в своих словах.
Мне прилетела такая затрещина, что в глазах потемнело. Мир рухнул уже в который раз и я поняла, что не вижу выхода. Света в конце туннеля нет. Его просто нет!?
— Я возьму своё. Ты моя. — Да он сумасшедший. Роман продолжил рвать на мне одежду, бубня себе что-то не членораздельное под нос. Солёные слёзы струились по лицу и падали на подушку. Одной рукой этот урод схватил меня за волосы и накрутил их себе на запястье.
— Прекрати реветь, это меня раздражает. — он потянул на себя так сильно, что в глазах появились золотые звёздочки. Мой мучитель впился в губы поцелуем, к горлу подкатил отвратительный ком, который в любой момент мог превратиться в рвоту. Нет, пожалуйста не надо. Только не злить. А то он просто сразу меня убьёт.
