Позже, она не совсем поняла, как это случилось, девушка обнаружила, что стоит на балконе с видом на лагуну, а рядом стоит ее будущий муж.
Из зала доносилась очень романтичная музыка, и лагуна под звездами с крадущейся по небу луной выглядела необыкновенно красиво.
Фонари гондол отражались в воде, а направо от дворца светились окна в домах на Большом канале.
Глядя на лагуну, Катерина увидела большой корабль, медленно выходящий из гавани с началом отлива.
Его паруса были наполнены ветром, в иллюминаторах и на палубе горели огни.
Невольно девушка спросила себя, не герцог ли это уходит на своей яхте, и как только подумала о нем, так снова вспомнила его губы и неописуемый восторг первого в ее жизни поцелуя.
«Он возвращается в Англию», — подумала Катерина и почувствовал а, как внезапно сжалось сердце.
— Vous etes tres belle, ma petite[7].
Голос маркиза заставил ее вздрогнуть: девушка почти забыла, что он рядом.
— Molto grazie[8], — ответила она по-итальянски, как обычно подумав, что венецианцы только потому так обожают французский, что считают его шикарнее своего родного языка. Маркиз взял ее руку.
— Вам нравятся мои подарки? — спросил он, глядя на большое бриллиантовое кольцо, надетое у нее на среднем пальце.
— Они очень красивы, — ответила Катерина, стараясь не вздрагивать от прикосновения его руки. Неизвестно почему, но его пальцы были холодными и влажными.
— Завтра поблагодарите меня.
С этими словами маркиз взял ее руку и поцеловал ладонь.
Его сухие губы двинулись по ее мягкой коже. Но вдруг девушка почувствовала острый кончик его языка, и в тот же миг ужасное отвращение пронзило ее, как отравленная стрела.
Все в ней восстало, ей было противно, как никогда в жизни!
Катерина попыталась отнять руку, но маркиз держал крепко. Девушка посмотрела в его глаза и испугалась так, что сдавило горло.
В лунном свете она ясно увидела их жуткий блеск, который даже в своей невинности распознала как похоть.
Тонкие губы старика раздвинулись в развратной улыбке, а между ними желтели его гнилые зубы.
С бессвязным восклицанием Катерина отпрянула от него.
— До завтра, — мягко сказал маркиз, а девушке показалось, будто дикий зверь зарычал.
— Мы должны… вернуться к… гостям, — пролепетала она и, прежде чем старик успел помешать, быстро вошла в зал и чуть ли не бегом устремилась прочь от него, пробираясь среди танцующих пар.
Она совершенно не представляла, куда идет. Девушкой овладел панический ужас, придавший ей решимости бежать.
Не имеет значения, куда, лишь бы этот гадкий старик не смог преследовать ее.
С отчетливостью, обострившей каждый ее нерв, Катерина поняла, что не может выйти за него замуж. Это совершенно невозможно!
Она не могла позволить ему даже еще раз дотронуться до нее, и, не сознавая того, что делает, девушка терла руку, будто могла стереть ужас его поцелуя.
Вот и большие расписные двери зала. Не задумываясь, Катерина побежала вниз по широкой мраморной лестнице.
В зале у входа она увидела сложенные на столах и стульях плащи, шляпы и маски гостей.
И среди них, словно кто-то помогал ее бегству, лежало много домино.
Очень неразумно ходить по улицам во время карнавала без маскарадного костюма, потому что это привлекает внимание, и такой человек, скорей всего, будет оскорблен весельчаками за неподчинение духу карнавала.
Слуги, приставленные к одежде, болтали между собой. Улучив момент, когда они не видели, Катерина быстро взяла домино и маску.
В темном уголке она закуталась в плащ, чтобы не видно было платья. Домино оказалось велико для нее, но девушка поглубже надвинула капюшон на голову и надела маску.
После чего смело и без колебаний пошла к двойным дверям.
Два лакея услужливо распахнули их перед ней. Они не узнали Катерину, да им и в голову не могло прийти, что невеста захочет убежать с помолвки.
На площади Святого Марка веселье было в полном разгаре.
Звучали шум, музыка и смех. Клоуны дразнили толпу, и то и дело раздавались громкие возгласы — зрители следили, как акробаты все выше и выше карабкаются друг на друга, строя живую пирамиду, которая казалась уже высотой с колокольню.
Девушка проскользнула незамеченной по боковой улочке и, словно ведомая инстинктом, направилась к берегу.
Она слышала на днях, как люди говорили о великолепии яхты герцога, и знала, где та стоит.
В ее несчастье яхта означала для Катерины кусочек Англии и человека, который был добр к ней, и с кем ей не было страшно.
Торопливо шагая по грубым булыжникам причала в своих белых атласных туфлях, девушка в первый раз спросила себя, что она скажет герцогу?
Вдруг он откажется слушать ее мольбы об убежище? Вдруг он даже не позволит ей подняться на корабль?
Катерина нашла яхту. Сходни были спущены, а на другом конце палубы виднелся ночной сторож.
Так ничего и не придумав, девушка поднялась на борт. Сторож увидел ее, но остался сидеть, как сидел, и Катерина поняла, что он принял ее за ту даму, подругу герцога.
Дойдя до трапа, девушка спустилась внутрь. Она знала куда идти, ведь яхта герцога не слишком отличалась от шхуны, которая доставила ее в Венецию.
Было легко угадать, в какой стороне находятся хозяйские каюты. Катерина открыла первую дверь, увидела разбросанную женскую одежду и снова ее закрыла.
Теперь следующая дверь. По тишине на корабле девушка догадалась, что герцог еще на берегу, а увидев пустую каюту и нетронутую постель, уже не сомневалась в этом.
В каюте горела свеча, и Катерина быстро огляделась. Открыв дверь справа от себя, она обнаружила, что та ведет в ванную комнату. Потом девушка увидела расписной шкаф.
Примостившись в его дальнем углу и закрыв за собой дверцу, она сказала себе, что если повезет, ее не обнаружат до тех пор, пока яхта не отчалит.
Катерина чувствовала, что долгое ожидание, голод, жажда и боль затекшего тела лучше необходимости вернуться во дворец, чтобы снова увидеть маркиза и ощутить его прикосновение.
Девушка уселась и закрыла глаза.
«Пожалуйста, Господи, не дай никому найти меня, — взмолилась она. — Пожалуйста, позволь мне остаться здесь до тех пор, пока мы не будем в море».
Откинув голову, Катерина почувствовала, как Свадебная корона ударилась о деревянную стенку шкафа.
Девушка нетерпеливо одернула ее с головы и, устроившись как можно удобнее, чтобы не страдать от судорог, сидела, прислушиваясь к возвращению герцога на яхту.
Катерина умолкла, а немного погодя очень тихо добавила:
— Я надеялась… что вы… не найдете меня… несколько дней.
— Вы бы очень проголодались к тому времени, — заметил герцог.
