Над Чармердом вставало солнце, красило небо в розово-желтые оттенки. Харальд Лотнер лично проводил меня к служебному воиду. Двое законников уже ждали, готовые сопроводить меня в безопасное место. От сердца отлегло: не обманул. Я до последнего ждала, что мне скажут что-то вроде «Благодарим за сотрудничество, вы свободны, с вами свяжутся».
— Куда мы поедем? — спросила я.
— Вам лучше не знать, Теана. Так безопаснее. Наши люди отвезут вас в служебный коттедж вдали от города, в тайное и хорошо защищенное местечко. Гримвеллы не найдут вас там.
— Хорошо.
Словно почувствовав, что меня одолевают сомнения, Харальд остановился перед воидом и мягко удержал меня.
— Теана… вы поступили правильно. Вы сделали то, что сделал бы каждый на вашем месте.
— Я сомневаюсь, офицер Лотнер. Я предала человека, которому клялась в любви.
— Вы спасли множество жизней. И если ваша клятва была обоюдной, Генри поймет и простит вас. Поверьте.
— Что теперь будет?
— Мы арестуем Габриэла Гримвелла сегодня в обед, а к вечеру предъявим обвинение в колдовстве. Уже на закате вынесут приговор, а на следующий день его повесят.
Я вздрогнула, поежившись: от ледяного ветра не спасала даже теплая куртка.
— Поезжайте, Теана. Вам нужно отдохнуть.
— Будьте осторожны. Габриэл умнее, чем кажется.
— Непременно.
Я нырнула в темное и неприветливое нутро воида, а законник закрыл за мной дверь. Они оба сели за управление, оставив меня наедине с мыслями, страхами и тревогами. Темное стекло надежно скрывало меня от посторонних взглядов, включая и Харальда Лотнера. Его фигура медленно удалялась, а на губах играла странная торжествующая улыбка. Впрочем, она могла мне всего лишь привидеться.
Мы неслись прочь от столицы, по мосту, через западный холм. Плотная каменная застройка сменилась лесом. Если приглядеться, можно было рассмотреть живность, что обычно не забредала в города: болотных раков, лесных мышей и прочих мелких тварюшек.
Откинувшись на спинку, я закрыла глаза. Звездноликая… что я натворила? Простит ли меня Генри, и если да, то сумею ли я помочь ему справиться с отравляющим проклятьем? Магия натворила немало бед и отняла сотни жизней. Габриэл погряз в ней, как беспечный путник погрузился в трясину, но Генри… в Генри еще было добро, он умел смотреть на мир и видеть в нем что-то помимо смерти и крови.
Мне хотелось в это верить.
Что бы там ни говорил Харальд Лотнер, я собиралась вернуться. Нельзя сдаваться так легко, я вышла замуж и еще надеюсь сохранить семью. Всего пара дней. Пара дней в глуши, а когда с Габриэлом будет покончено — я найду Генри и постараюсь объяснить. Он и сам все понимал, он не просто так напился, его что-то мучило. Теперь я знаю, что именно.
Воид уже набрал скорость и уверенно несся прочь, с каждым преодоленным метром приближая меня к безопасному безлюдному месту. Постепенно я успокаивалась и оправлялась от шока. Появился легкий голод. Я даже с некоторым наслаждением подумала о том, как доберусь до мягкой постели и наконец-то отдохну. Безумно долгий день. Не о такой свадьбе я мечтала.
Пространство вокруг внезапно осветила яркая слепящая вспышка. Она пробилась даже сквозь затемненные окна. Я едва успела вскрикнуть. Короткий болезненный укол страха — и грохот, а потом воид мотнуло в сторону, несколько раз перевернуло и ударило о толстый ствол ближайшего дерева. Я закрыла голову руками, но все равно ударилась о дверь. Из легких будто выбили весь воздух, руку заломило от боли, а по виску потекла теплая струйка крови.
Когда все стихло, я почувствовала, как сознания медленно, но неумолимо утекает сквозь пальцы.
Звездноликая… я не хочу погибнуть вот так, только-только вступив в борьбу с темным магом, в борьбу за свою семью, за мужа, за счастье и за безопасный мир.
В котором, кажется, жить уже не мне.
Мне снилось поместье Гримвеллов. Над столицей Чармерда сгустились тяжелые свинцовые тучи. В саду и вокруг дома царило безмолвие, такое бывает перед грозой, за несколько минут до оглушительных раскатов грома. Казалось, жизнь здесь остановилась. Никто не бродил по застекленной веранде, прислуга не сновала по дому. Я словно очутилась в параллельном измерении, где вообще не существовало людей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Только покинутые дома.
Странное ощущение, как будто все вокруг не реально. Как будто это сон и… и я вспомнила резкую боль, воид, гаснущее сознание. Будь все как обычно, я бы сказала, что покрылась холодным потом, но я не чувствовала ровным счетом ничего. Ни боли, ни собственного тела… только страх от понимания, что я, кажется, мертва.
Неужели это оно? И вот так выглядит смерть? Тогда она не так плоха, в конце концов все произошло очень быстро. А еще я, возможно, смогу попрощаться с Генри. Только странно не видеть себя и не чувствовать.
Впрочем, в доме кто-то все же был: я услышала голоса и прежде, чем успела об этом подумать, направилась к их источнику. Это оказался кабинет, уютный и строгий, с добрым десятком огромных, под потолок, шкафов с книгами. Кабинет принадлежал Габриэлу, и точно не был плодом моего воображения: я никогда в нем не бывала.
— Что ты будешь делать?
Генри сидел в кресле, низко опустив голову. Габриэл стоял, опершись на шкаф.
— То, что должен. Ты прекрасно все знаешь, Генри.
— Не убивай ее. Она не заслужила.
— Я дал ей тысячу шансов уйти. Она изображала готовую стоять до конца влюбленную женщину, но ударила исподтишка и в спину. И ты просишь ее пожалеть?
— Ты ведь знаешь, что произошло с ее родителями. Она испугалась! Это я виноват, я оттолкнул ее…
— Да, твоя ревность определенно не помогла делу, Генри. И это будет хорошим уроком.
— Дядя…
— ЧТО?! — рявкнул Габриэл. — Что?! Что я должен делать?! Ты прекрасно знаешь, что я защищаю семью. Тебя, мать твою, Генри, в том числе! Хватит с меня того, что Сибилла окончательно поехала крышей. Ты понимаешь, что твоя Теана устроила? Какому риску подвергла нас всех? Если законники найдут всех девушек… ты хоть представляешь, что будет с нами? Забудь обо мне, подумай о себе, о матери, сестрах? О друзьях, которых будут допрашивать. О том, что законники найдут в доме и в саду. Ты готов через все это пройти и, возможно, погибнуть ради какой-то девки?
Генри молчал, и я видела, как он до побелевших пальцев сжал кулаки.
— Я напоминаю, Генри, что мы обсуждали это тысячу раз. Ты клялся, что уверен в ней. Убеждал меня, что Теана способна принять правду. Я устраивал ей проверки при каждой встрече, и каждую она проваливала, но ты был влюблен — и мне хотелось, чтобы ты был счастлив. Однажды ты возглавишь семью, Генри, и я тебе доверял. То, что произошло — целиком и полностью твоя вина. Вместо того, чтобы особенно бережно отнестись к жене, сделать так, чтобы она чувствовала себя как дома, окружить ее любовью, через которую Теане будет сложно переступить, ты надрался, как последняя скотина, обвинил ее в измене и выпер прочь!
— Я ее не выгонял!
— Знаешь, я бы тоже не стал спать в одной постели с похмельным животным.
— А что насчет тебя?! Не пробовал запирать дверь во время ритуала?!
— Это мой дом, Генри, и я не собираюсь прятаться. Достаточно и того, что мы делаем это за его пределами. Ты должен был заботиться о безопасности семьи на время, пока Теана не стала бы неопасна. Как оказалось, я переоценил тебя. Ты еще ребенок, неспособный принимать решения. Но…
Он прошелся по комнате, сосредоточенно меряя шагами расстояние от шкафа до стола.
— Если ты продолжаешь настаивать, что новоявленная леди Гримвелл, в девичестве Морнингблум, не заслуживает смерти, то я не стану перечить. Хватит Сибиллы, которая считает меня злодеем и убийцей. Теана будет жить, Генри, если ты примешь такое решение, но осознавай, пожалуйста, последствия. Лотнер найдет тех девушек и у него появятся против меня улики.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Генри вскинул голову.
— Тебе придется быть очень хорошим актером, чтобы убедить законников, что вся семья и не подозревала, какой злодей стоит в ее главе. И ты займешь мое место. Вряд ли Теана будет с тобой, но она будет жива. Вот такая вот цена ее жизни. Готов ты ее заплатить?
