ко мне. И тут я хватаю ее за волосы на затылке и тяну к себе. Она ойкает.
Ее лицо совсем близко. И я теряюсь в этом взгляде огромных голубых глаз. Чувствую, что что-то ломается во мне. Зажмуриваюсь и трясу головой, не отпуская ее.
Опять открываю глаза. И опять они! Она не сводит с меня взгляда.
- Тагир… - вдруг произносит. Или мне слышится?
Еще тяну ее к себе. Она так близко, что я слышу ее дыхание и чувствую ее запах.
Она приоткрывает рот, чтобы опять что-то сказать мне, но я не выдерживаю и врезаю ее губы в свои.
Чувствую, как ее немой крик тонет во мне. А я закрываю глаза, почувствовав ее вкус. Это алкоголь и адреналин заставляют меня делать это. Мне надо куда-то выбросить энергию. Только и всего.
Сейчас под рукой оказалась эта маленькая девчонка.
То ли от удивления, то ли от страха, но рот ее приоткрыт и я жесткими движениями тараню его языком, сильно прижимаясь к ее губам. Мягким, теплым и соленым от слез. Именно соленым, но этот вкус пьянит меня еще больше.
Полина, похоже, приходит в себя и упирается обеими руками мне в плечи. Мычит что-то мне в губы.
Я открываю глаза и вижу, что верх платья упал и вот она, юная высокая грудь в красивом белье.
Сука. В паху зудит и я свободной рукой сжимаю сначала яйца, а потом резко впиваюсь пальцами в тонкое кружево.
Мягкая какая. Мну ее.
Полина бьет меня по плечам и пытается отстраниться. Но я лишь крепче удерживаю ее за затылок.
Отпускаю сам. Тяжело дышу, глядя ей в глаза и продолжая мять упругую грудь.
- Отпусти, - просит Полина, хватаясь за мою руку.
Я кладу руку ей на плечо и надавливаю, не отпуская волосы. Девчонка оказывается у меня между ног.
Смотрит на меня испуганно снизу вверх. И я возбуждаюсь еще больше от этого ее взгляда.
Большим пальцем провожу по нежным губам. Опухли. То ли от поцелуя, то ли от слез. Чуть надавливаю на них и просовываю палец внутрь. Мягко, горячо и влажно там.
- Расстегивай, - хриплю, продолжая толкаться пальцем ей в рот.
Девчонка непонимающе смотрит на меня.
- Давай, покажи, что умеет твой ротик, - поясняю, двигаясь к ней бедрами.
А она вдруг начинает мотать головой. Выталкивает мой палец из своего рта и крепко стискивает губы. И все мотает и мотает головой. В глазах ужас.
Догадалась, значит. Я усмехаюсь.
Сильнее стискиваю волосы на затылке и тяну вниз, заставляя запрокинуть голову.
- Я хочу, чтобы ты отблагодарила меня, Полина, - произношу жестко. – Сейчас ты расстегнешь джинсы, достанешь член и хорошенько его обработаешь. Ласково и нежно. Если мне понравится, то мама с папой не узнают о том, что знаем только мы. Ты поняла меня?
Член ноет так, что я стискиваю зубы от возбуждения.
- Приступай! – не выдерживаю и толкаю ее лицо к своей ширинке.
Громко выдыхаю, когда маленькие пальчики неловко пытаются расстегнуть заклепки на джинсах. Зажмуриваюсь, предвкушая удовольствие, но тут же улыбка сходит с лица, когда я слышу всхлип.
Открываю глаза и вижу, как по щекам Полины стекают слезы. Она размазывает их ладонями. Часто моргает. И опять всхлипывает.
Это все меня отнюдь не возбуждает. Скорее, наоборот.
Сажусь прямо и приближаю ее лицо к себе.
- Отсасывала уже? – спрашиваю прямо. Ну и что, что целка? Могла и парню своему сосать. Одно другому не мешает.
Но она мотает головой. Везде целка.
И вид плачущей девки ломает весь кайф. Я уже не хочу.
Резко отпускаю ее и она сразу же пятится от меня. Вытирает слезы и смотрит на меня испуганно.
Я встаю, застегиваю заклепки, подхожу к ней.
- Вставай, - говорю и она опять мотает головой. – Вставай! – сам тяну ее за руку. Толкаю в спину перед собой.
- Вот здесь пока посидишь, - открываю дверь в гостевую комнату.
- А можно я домой поеду? – спрашивает робко.
- Не можно, - отвечаю я. – Сиди здесь. Утром с тобой разберусь.
Толкаю ее в комнату и закрываю дверь. Слышу, как щелкает замок. Закрылась. Усмехаюсь. Ключи-то у меня есть. Глупая.
Ладно, пусть придет в себя до утра. Потом подумаю, что с ней делать. Возвращаюсь в гостиную, выпиваю еще стакан и звоню. Заказываю себе уже привычную Жанку, которая сделает все сама и по высшему классу.
18. Полина
Как только закрывается дверь, я поворачиваю защелку. Прислоняюсь спиной к двери и закрываю рот ладонью. Мне хочется кричать от отчаяния. Отчаяния и боли. Но я боюсь издать хоть звук, чтобы не напомнить о себе.
Сейчас страх еще больше. Потому что я понимаю, что это далеко не конец.
Судорожно оглядываюсь в комнате. Замечаю дверь в душ. И бегу к ней. Мне хочется снять с себя все и смыть. Смыть весь тот ужас, который пришлось испытать.
Сбрасываю с себя остатки одежды, лишний раз вспоминая, как грубые мужские руки рвали на мне одежду. Мое платье превратилось в лохмотья. А нижнее белье… на мне лишь лифчик. Трусов нет… Закрываю лицо руками. Хочу спрятаться сама от себя. Кожа пылает.
Быстро забегаю в душ и включаю воду. Ледяная вода обжигает, но я не отхожу. Подставляю лицо, что капли воды смыли бесконечные слезы. А они все текут и текут. Я не могу остановиться.
Наконец, вода становится теплой. Но именно в этот момент меня начинает знобить. Я вся сжимаюсь. Обнимаю себя. Но не могу остановить дрожь. Меня трясет.
Быстро выключаю воду и выхожу. Кутаюсь в огромный халат. Прислоняюсь к стенке и медленно сползаю вниз.
Пытаюсь хоть как-то привести в порядок мысли, но они скачут одна за другой. Ничего не получается.
Все, что я сейчас понимаю, - что я грязная. Меня облапали и никакой душ не смоет эти следы. Облапали. Но больнее всего слова. И те, что звучали там. И те, что звучали здесь.
Они так и бьют как молотом в моей голове.
Я закрываю уши, чтобы хоть как-то отстраниться. Не слышать их. И не могу! Они все равно бьют набатом.
Я начинаю мычать, чтобы перебить их. Мычать и качаться взад-вперед.
Пусть и не сразу, но это успокаивает меня.
Дрожь отступает.
Я встаю, осторожно выхожу из ванной. Оглядываюсь – в комнате никого.
Опять смотрю на то, что осталось от моего
