Читаем без скачивания Знак Z: Зорро в книгах и на экране - Андрей Шарый

Первым героем, скроенным Фербенксом по рецепту «Смейтесь и живите», стал благородный калифорнийский разбойник. Может, не случайно фильм получил название «Знак Зорро», ведь и сам Фербенкс был знаком нового американского времени?

И не он один: слава спутницы Фербенкса Мэри Пикфорд превышала известность ее супруга. Десятилетний опыт съемок превратил эту канадскую актрису в самую высокооплачиваемую кинодиву Америки, непревзойденную исполнительницу сентиментальных ролей бедных сироток, «девочек с золотыми кудряшками». В начале 1910-х годов Пикфорд сыграла полторы сотни подобных ролей в one reels — короткометражках, сюжета которых хватало на одну 12-метровую бобину кинопленки. За пределами съемочной площадки крошечная (ростом 154 сантиметра) Мэри была не столь беспомощна, как ее кроткие героини. Она отличалась крепкой деловой хваткой и в 1916 году, раньше своего будущего мужа, стала владелицей кинокомпании, которая обеспечивала актрисе невиданный по тем временам гонорар в 10 тысяч долларов в неделю и половину доходов от проката фильмов. Эти фильмы: «Маленькая принцесса», «Звезда морей», «Бедная маленькая богатая девочка», «Сердце гор», «Рассвет завтрашнего дня», «Девушка вчерашнего дня», «Свет любви» — названия можно множить и множить, несмотря на ставший популярным полный формат, выходили на экран почти ежемесячно. Молоденькая Мэри Пикфорд была искушена и в профессиональном, и в жизненном отношении.

Забавное совпадение: церемония первого бракосочетания Пикфорд, с актером Оуэном Муром, прошла в январе 1911 года в калифорнийском храме, носящем имя отца Хуниперо Серры. Второму мужу Мэри Пикфорд, облаченному в маску и плащ Зорро, предстояло совершать экранные подвиги как раз в этих местах. Благословение францисканцев не принесло молодым счастья: Оуэн Мур, вместе с которым Пикфорд часто появлялась и на киноэкране, оказался алкоголиком, еще и ревновавшим супругу к ее все более громкой славе. И Мэри стала искать новой любви. Роман Пикфорд и Фербенкса, познакомившихся в 1916 году, перестал быть тайной для их друзей во время путешествия по США на поезде с рекламой облигаций военного займа Liberty Bonds. Биографическая легенда повествует, что во время автомобильной прогулки Фербенкс рассказал своей избраннице о недавней смерти матери. Стоило ему окончить грустную историю, как, словно по команде, замерли стрелки часов на приборном щитке автомобиля. Влюбленные восприняли это совпадение как благословение их отношений покойной матушкой Фербенкса. Подобный эпизод вполне мог расцветить любой из душещипательных фильмов, в которых снимались оба эти актера.

Рецепт успеха Дугласа Фербенкса: «Смеющийся человек идет по дороге будущего. Если хотите стать знаменитостью, гоните прочь любую мысль о провале».

(© Bettmann / CORBIS / РФГ.)

Дуглас Фербенкс был неотразим. Вот какие воспоминания о встрече с ним оставил корреспондент французского «Cine Magazine» Пьер Лестренге: «Тонкие усики, словно ласточкин хвост, оттеняющие рот с великолепными зубами, смех, протянутая рука. Да, это — Дуглас. Он прямо-таки излучает сердечность. Он очень прост и любезен, говорит с простотой и без насмешек: „Образ жизни в Голливуде уникален для тех, кто любит кино. Здесь атмосфера, которую питают мысли всех народов мира…“ Он подталкивает нас к лифту: „Говорят, американцы долговязы, а французы низкорослы. Но вы оба…“ Он смеется, поскольку мы с Ренуаром выше его на полголовы». Судя по воспоминаниям современников, маленький рост Фербенкса удивлял всех, кто впервые встречался с ним. Обычно актер выбирал для съемок невысоких партнеров. Один из многочисленных гостей особняка Pickfair писал о Фербенксе: «Дуглас любит хвастаться своими талантами. Он как бы изображает ребенка, когда срезает ударом кнута сигару у самых губ ассистента или демонстрирует публике свою гибкость. На самом деле все это — рекламная постановка. За его ребячеством скрывается расчетливый и практичный ум. Горе тому смельчаку, который, приняв за чистую монету вызов Дугласа, захочет доказать свое превосходство».

В 1919 году Пикфорд и Фербенкс вместе с Чаплином и режиссером и продюсером Дэвидом Гриффитом основали кинопрокатную компанию «United Artists». Этот бизнес-проект, как показало будущее, изменил пути развития американского кинематографа: актеры перестали зависеть от дистрибьюторов. Первая же картина, снятая Пикфорд по контракту с «United Artists», история о добродетельной сироте под названием «Поллианна», собрала в прокате более миллиона долларов. Реклама сообщала, что героиня научит любого, как озарить светом и свою жизнь, и жизнь других. За рамками экрана Фербенкс и Пикфорд являли собой блестящий пример такой светлой удачи: они стали также совладельцами студии на бульваре Санта-Моника, где снимались многие их картины. «United Artists» занималась и прокатом фильма «Знак Зорро», который Дуглас Фербенкс продюсировал силами своей компании.

Атмосферу киносъемок той поры описал Жорж Садуль: «Оркестр непременно наигрывал мелодию, задававшую ритм актерам и тон эпизодам; режиссер с мегафоном, напоминающим гигантскую клоунскую трубу; девушка — помощник режиссера, нововведение в Голливуде; две камеры — для одновременной съемки сцены и получения двух негативов (второй — на случай аварии). Некоторые сцены снимались под разными углами для облегчения последующего монтажа и ускорения работы».

Премьера фильма «Знак Зорро» состоялась 28 ноября 1920 года в нью-йоркском «Capitol Theatre». Название Фербенкс взял из кульминационной сцены романа Маккалли, в которой герой оставил на лбу капитана Рамона росчерк шпаги в виде буквы Z: «Шпага сеньора Зорро сделала выпад, подобно языку змеи. Зорро совершил три неуловимых движения, и на лбу Рамона появилась кроваво-красная буква Z. „Знак Зорро! — вскричал разбойник. — Отныне вы будете носить его вечно, команданте!“» К исторической канве романа сценаристы добавили порцию социального протеста: дон Диего сражается не просто с отдельными негодяями, а против тирании. Об этом со всей серьезностью предупреждает вступительный титр, проводящий параллель между Зорро и Оливером Кромвелем. Воззвание, с которым в доме Алехандро Веги Зорро обращается к недавним врагам, преследовавшим его калифорнийским кабальеро, — политическая прокламация, по страстности не уступающая речам самых пламенных литературных революционеров вроде Артура Бертона из популярного в ту пору по обе стороны океана романа Этель Лилиан Войнич «Овод». Борьба Зорро и Диего Веги за справедливость оканчивается низложением испанского губернатора, так что можно рискнуть с предположением: именно этим героям благословенная Калифорния обязана своими традициями свободолюбия.

Именно Фербенкс сформировал такой привычный теперь облик Зорро; именно он придумал знаменитую на весь мир, похожую на карнавальную, черную полумаску. Ведь Джонстон Маккалли полностью закрывал своему герою лицо, заставляя Зорро приподнимать краешек маски для того, чтобы выпить глоток вина или поцеловать руку прекрасной сеньориты. Фербенкс избавил себя от такого неудобства, одновременно предоставив зрителям возможность наслаждаться широчайшей, открытой, белозубой улыбкой Зорро, способной обрадовать любого дантиста. Эта улыбка жгучего брюнета с манерами провинциального жиголо столетие назад казалась чарующей; она словно открывала миру все красоты Нового Света.

Снимал «Знак Зорро» опытный режиссер Фред Нибло, бывший водевильный актер, сумевший сделать то, что требовал от него продюсер Фербенкс: придать развитию действия динамику. Фербенкс и Нибло остались довольны друг другом и вскоре встретились на съемочной площадке снова. Помимо Фербенкса, Нибло работал и с другими голливудскими звездами: в 1925 году он снял Рудольфо Валентино в ленте «Кровь и песок», еще через год — Грету Гарбо в «Соблазнительнице». Если не лучшей, то главной работой этого режиссера считается эпопея 1925 года «Бен Гур: легенда о Христе». В эпизоде этого фильма — самого дорогого в истории немого кино — снялся и Фербенкс.

Другая хорошая знакомая Фербенкса, актриса Маргерит де ла Мотт, сыграла в «Знаке Зорро» возлюбленную дона Диего Веги, сеньориту Пулидо. Де ла Мотт в юности намеревалась стать балериной и даже занималась у Анны Павловой. В 1918 году Фербенкс пригласил молоденькую танцовщицу на съемки романтической комедии «Аризона». Девушка только что пережила потрясение: в автокатастрофе погибли ее родители. Де ла Мотт много лет считалась доброй подругой Пикфорд и Фербенкса, вместе с которым она снималась во многих фильмах. Фактически конец ее карьере положило изобретение звукового кино, но свою звезду на Аллее славы Голливуда де ла Мотт заработать успела.

В «Знаке Зорро» рядом с Дугласом Фербенксом снялся еще один известный актер первых десятилетий XX века, Ноа Бири-старший. Сын полицейского из Миссури, до наступления эпохи кино Бири успел поиграть в театре. В Голливуде Ноа Бири считали характерным актером, обычно предлагая ему роли бесшабашных громил. В «Знаке Зорро» он убедительно перевоплотился в энергичного сержанта Педро Гонсалеса. В амплуа самодовольных негодяев актер задержался на три десятилетия; его охотно снимали в качестве «плохого парня» в детективах и вестернах с названиями вроде: «Я — это закон», «Приключения красного всадника». Границу между немым и звуковым кино, роковую для многих актеров, громила Бири перемахнул, словно не заметив. Расцвет его популярности пришелся на начало тридцатых годов, когда он попробовал свои силы еще и в популярной музыке: у актера обнаружился низкий, бархатный голос. В фильмографии Бири-старшего две сотни ролей, последние из которых он сыграл в конце Второй мировой войны. Правда, братья Ноа Бири, Уоллес и Уильям, а также его сын-тезка Ноа стали куда более известными, чем их старший родственник, актерами. В одном кадре с Зорро Ноа Бири появился еще раз: в киносериале 1937 года «Зорро снова в седле» бывший сержант Гонсалес сыграл алчного предпринимателя Марсдена.