казнили.
IV век оказался для Римской империи действительно судьбоносным: в этот период появилась новая столица, а христианство стало официальной государственной религией. Однако завершился этот век на грани падения в бездну: на Западе воцарилось молчание и инертность перед лицом угрозы со стороны варваров, на Востоке раздавалось нытье – только этим словом и можно описать реакцию беспомощного императора на то, как его порочная жена выставляет его на публичное осмеяние некомпетентным дураком и рогоносцем. А вот новый век начался с бури: в начале лета 401 года гот Аларих вторгся в Италию.
Аларих, величайший из всех готских предводителей, был одной из главных фигур начала V века. Еще до наступления он сеял ужас от Константинополя до Пелопоннеса; однако, получив должность magister militum[16], он продемонстрировал, что по сути он не враг Римской империи. Он сражался не для того, чтобы уничтожить империю, а для того, чтобы обеспечить в ней постоянный дом для своего народа. Если бы император и сенат понимали этот простой факт, окончательной катастрофы можно было бы избежать. Отсутствие этого понимания сделало ее неизбежной. За четыре года, которые Аларих провел со своей армией в Иллирии, империя могла бы принять какие-то меры для предотвращения грядущего нападения; однако не сделали – что характерно для Гонория, которого, похоже, интересовало лишь разведение домашних птиц. По этой причине вместе с вестью о вторжении распространилась и ужасная паника среди населения. Огромное воинство готов медленно и неумолимо продвигалось по долине Изонцо, а следом ехали жены и дети воинов; в поход отправилась не просто армия, а целый народ. На западе они повернули к Милану, откуда перед их приходом бежал молодой император; в нескольких милях от Асти их поджидала римская армия, во главе которой стояла знакомая фигура Стилихона. Последовавшая битва, состоявшаяся в Пасхальное воскресенье 402 года, не стала решающей, однако готы не пошли дальше, а отступили на восток. По дороге Аларих внезапно напал на Верону, где потерпел от Стилихона безоговорочное поражение; однако командующий-вандал вновь позволил ему отступить, оставив его армию невредимой.
К этому времени Аларих уже дважды попадал во власть Стилихона, однако тот оба раза давал ему уйти. С самого начала его отношение к вождю готов было до странности неоднозначным. Может быть, между ними была какая-то тайная договоренность? Как бы то ни было, Стилихон явно считал готов потенциально полезными союзниками и не желал ни сломить их, ни жертвовать их расположением.
Тем временем отношения между Востоком и Западом неуклонно ухудшались, во многом по вине епископа Константинополя Иоанна Златоуста. Этот безгрешный, но совершенно невыносимый прелат сделался опасно непопулярным при дворе из-за убийственно суровых выговоров в адрес императрицы, и в 403 году его сняли с должности и выслали в Вифинию. Однако он пользовался значительной поддержкой в народе, и на улицах начались серьезные беспорядки. В ту же ночь произошло землетрясение, которое так напугало суеверную императрицу, что высланного прелата призвали обратно и вернули ему епископский сан.
Иоанн выиграл первый раунд, и, если бы он умерил свой пыл, все могло бы закончиться хорошо. Однако всего через несколько недель он стал протестовать против установки серебряной статуи Евдоксии перед храмом Святой Софии, заявив, что шум, раздававшийся во время церемонии открытия памятника, помешал ему вести церковную службу. Это привело к окончательному разрыву: Евдоксия запретила своему мужу какое бы то ни было общение с главным священнослужителем империи. В начале следующей весны Златоуст был вновь осужден. На этот раз Аркадий запретил епископу появляться в храме, а 24 июня его сослали во второй раз; однако на Константинополь снова обрушилось несчастье: в тот же вечер собор Святой Софии уничтожил пожар, пламя которого сильный северный ветер перекинул на находившееся рядом здание сената. Меньше чем через четыре месяца, 6 октября, произошло последнее событие, ставшее безошибочным знаком божественного недовольства, – выкидыш у императрицы, в результате чего она умерла.
Незадолго до отъезда Златоуст обратился к папе Иннокентию I с жалобой на несправедливый приговор и с требованием официального суда. Папа созвал синод латинских епископов, которые единогласно потребовали восстановления Златоуста в правах. Гонорий тем временем написал суровое письмо брату, однако, когда в 406 году он и Иннокентий отправили в Константинополь делегацию, послов арестовали, допросили и выслали обратно в Италию. Таким образом, после смерти Иоанна Златоуста (он умер в изгнании в 407 году) империя оказалась разделенной, и Стилихон решил осуществить свой давно вынашиваемый план. Он знал, что Аларих ждет и готов ему помочь. Первым шагом стал приказ о блокаде восточной части империи. По сути это было объявление войны, однако, когда сам он еще находился в Равенне, прибыл посланец от Гонория: оказалось, что Аларих мертв. Тем временем правивший в Британии проконсул Констанций приплыл в Галлию и поднял мятеж. Оставив армию в Равенне, Стилихон поспешил в Рим. Приехав туда, он обнаружил, что первая часть послания основывалась на ложном слухе: Аларих был жив и здоров, однако весьма недоволен отсрочкой, за которую он ожидал компенсации. Сенат, которому были адресованы его требования, пришел в ужас, однако Стилихону все же удалось убедить сенаторов.
В начале мая 408 года в возрасте 31 года умер император Аркадий. Трон он оставил своему семилетнему сыну, названному Феодосием в честь деда. Стилихон надеялся, что теперь ему удастся реализовать свои планы на востоке без кровопролития и даже без затрат, пока Аларих будет разбираться с узурпатором в Галлии. Однако из этих планов ничего не вышло. Может быть, личные амбиции Стилихона были слишком очевидны, а может, в ком-то зашевелилась старая зависть: ведь в конце концов, он был вандалом, а вандалы должны знать свое место. При дворе в Равенне его главным врагом был некий магистр оффиций по имени Олимпий, и именно он убедил Гонория в том, что его тесть плетет против него заговор. Нам неизвестна суть этих обвинений и то, были ли для них какие-либо основания. Одно мы знаем наверняка: Стилихона судили, признали виновным и казнили в Равенне 23 августа 408 года.
С казнью Стилихона внезапно нашла выход вся сдерживаемая ненависть римлян к варварам. В гарнизонах по всей империи римские легионеры нападали на готских, гуннских и вандальских наемников и их семьи, что привело к катастрофическим последствиям: выжившие бродили по сельской местности, грабя и мародерствуя, и в конце концов находили дорогу к Алариху. Когда-то преданные империи солдаты теперь превратились в ее врагов, решительно настроенных мстить. В это критическое время оказалось, что у римлян нет командующего. Какие бы преступные замыслы ни вынашивал Стилихон против Восточной империи, он всегда оставался верным слугой Запада. Он был одним из тех варваров, кто верил в империю, и при всей своей суровости и некотором коварстве был отличным военачальником. Только с его смертью римляне поняли, насколько он был незаменим.
