— Да как же?.. Он же триста лет назад дал мне от ворот поворот! — собралась, наконец-таки, с мыслями старуха, вскочила на ноги, жадно вперившись устрашающим взглядом в блестящие на солнце яблоки. — Да так осмеял при всём честном народе, что до сих пор тошно. У него ж одних служанок только штук десять насчитывалось, а солдат да конюхов и того больше. — ударилась в воспоминания ведьма.
С горящими от вожделения глазами старуха тянула свои старые крючковатые ручонки к спелым, румяным плодам, которые Сима держала очень крепко, стараясь быстро сообразить, какую же выгоду можно получить с Бабы-Яги и для себя с подругой. А то, как-то не честно получится: шли в такую даль они, перепугались до смерти тоже они, даже в газовой камере побывали, а все плюшки соберёт Кощей? «А вот фигушки!» — усмехнулась собственным мыслям Фима и, полностью довольная собой, заявила:
— Эй, эй, погодите, уважаемая хозяюшка, вот сейчас сядем, обговорим все детали сделки, подпишем, так сказать, договор, а тогда уже и про оплату потолкуем. — спокойно проговорила предприимчивая женщина.
Будучи намного ниже Симы, Яга прыгала и выплясывала вокруг неё, пытаясь всячески достать столь желанные фрукты, которые хитрая гостья зачем-то держала над головой, а иногда даже вставала на носочки.
— Ну дай хотя бы одно… — трясущимся голоском подхныкивала старушка, надеясь на сердобольное сердце красивой женщины. — Я ведь о-о-очень старая, вот возьму сейчас и помру тут, и останется хозяин твой жадный без заказа.
— Не помрёшь! — смеясь да потряхивая лохматой головой, встрял в разговор шибко умный волк. — Такой живучей бабки на всём белом свете не сыскать!
— Да иди ты, блохастый, зайцев лучше погоняй по лесу, авось пакостить перестанут да как прежде станут мой двор стороной обходить. А я уж со своими гостями как-нибудь сама договорюсь! — взволнованно заявила Ядвига.
— Ты для начала прочти послание Кощейское, а уж потом и договаривайся! — посоветовал серый, с интересом поглядывая то на одну женщину, то на другую.
— А то я сама не разбярусь, чаго мне делать! Ишь, ещё один советчик сыскался! Тебе напомнить, что с прошлым сталось? — ехидно сощурив правый глаз, спросила ведьма, глядя на волка.
— Ты с котом меня не путай, старая! Волки — звери свободные, хочу тебе служу, захочу — к Кощею уйду! — волк резко развернулся и, в два прыжка достигнув ворот, легко перепрыгнул через них и скрылся из вида.
— Зачем же вы, бабушка, зверушку обидели? — покачала головой жалостливая Любаша, глядя в след удалившемуся животному. — Он, ведь, умные речи говорит.
— Да чаво с ним станется? Вернётся, не заблудится! — отмахнулась от неё ведьма и, повернувшись к Серафиме, раздражённо протянула руку. — Давай свиток! — и грозно зыркнув: — Яблоки не прячь далеко, всё равно живыми вас отсюда не выпущу, ежели сами не отдадите!
— Так вы письмецо-то прочтите, условия выполните, и получите свой трофей. А может быть и чуточку больше, если, конечно, и наши условия примите…
— Ишь ты, умна! Да только решать это буду я, иначе… — ведьма многозначительно провела острым грязным когтем поперёк горла. — … и дело с концом.
— Вы подумайте хорошенько, мы ведь с Любашей сейчас можем яблочки-то съесть…
После последних Серафиминых слов, Яга нервно дёрнулась, потопталась на месте и вновь протянула руку за кощеевым свитком.
— Ох и хитра ты, девка! Хех… — хмыкнула старуха. — Подстать Кощею.
Сима быстро протянула ведьме письмо, а яблочки от греха подальше спрятала обратно в дорожную сумку, что висела на её плече. Она многозначительно взглянула на Любашу, подмигнула и показала правой рукой, заученный от соседского парнишки, знак «окей», от которого вторая прыснула в кулак. Сима же, не сводя глаз со страшной колдуньи, уселась рядом с подругой и неторопливо продолжила трапезу.
Яга, развернув свиток с посланием, внимательно начала вчитываться в строки:
"Ядвига!
К тебе сегодня пришла та, что принесла с собой сие послание — Серафима. Красивая, но жутко склочная особа, не уважающая наши традиции и не подчиняющаяся приказам своего господина — мне!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ядвига, изготовь зелье волшебное для приструнения сей особы невоспитанной. Зелье непростое, но и плата за него такая, что от нее невозможно отказаться — яблочки молодильные. Их Серафима с собой взяла, как уплату за твои услуги.
Зелье нужно в самые кратчайшие сроки!
И не опаздывай!
Кощей."
Яга, снова пробежавшись глазами по строчкам, удивленно переводила взгляд с письма на Симу и обратно.
"Вот ведь… — подумала про себя ведьма, почесав костлявыми пальцами подбородок. — Ну никакого уважения, лишь и горазд приказы отдавать пожилой женщине. Да и на девку эту, похоже, глаз положил. Ишь, как засуетился-то.
Прикинув в голове выгоду от сделки с Кощеем, она уже мысленно потирала ручки, как очень скоро помолодеет, станет красавицей писаной — ничем не хуже, чем эти пришедшие с посланием.
Но какая-то мысль не давала Яге покоя, крутясь в голове, точно волчок, который невозможно ухватить.
Червячок сомнения закрался в старческую голову заставив задуматься.
И тут до Яги дошло — в послании ничего не было сказано про подругу Серафимы — Любашу!
"Красивая, — отметила про себя ведьма, исподлобья разглядывая кощееву кухарку. — Куда красивше, чем эта Сима. И коса русая, и глаза голубые, а фигура!.. Как говорится, кровь с молоком! И чего его потянуло на эту чернобрысую? Да, красивая, но фигура…"
Яга придирчиво оглядела Фиму с головы до ног, отмечая, что волосы-то у той длинные, блестящие, в косу тугую заплетенные; глаза, точно изумруды, сияющие на солнце, губки, что вишни спелые… Ну а фигура… Как говорят: кости есть, а мясо нарастет.
— Ну что, бабоньки, — проскрежетала старая, косясь на сумку, в которую Сима спрятала яблочки, — давайте-ка разбираться будем.
Подруги чуточку напряглись, но старались не выдавать своего волнения.
— Как оказалось, хозяин-то ваш отправлял ко мне лишь одну свою служанку. Так скажите, как же так вышло, что должна была прийти лишь Серафима, а явились вы обе?
— Да-а чего тут разбираться-то! — подалась вперед Симка, уверенно глядя на старую ведьму. — Кощей угрожал мне, что Любашу в курицу превратит и зажарит! А я, чтобы он угрозу свою в жизнь не воплотил, решила — подругу с собой возьму, и точно буду уверена, Кощей ничего с ней не сделает, да и в дороге вдвоем куда веселее, нежели одной.
— В курицу? — хохотнула Яга. — Во дает!
Подруги непонимающе переглянулись, пожав плечами, а Ядвига пояснила:
— Обычно, если Кощеюшка превращает, то в гада какого ползучего, либо в летающего, но чтобы в курицу… Впервые о таком слышу. Видать, сильно ты ему чем-то насолила, раз он угрожать стал. Ну, признавайся, чего натворила?
— Да ничего я такого не делала! Лишь побить грозилась да золото вымогала! Нет, не подумайте ничего плохого — деньги те для дела нужного понадобились — для оплаты труда! Мы ж во владения Кощея плотников наняли да служанку новую, а им ведь платить нужно! Да и инструменты, и строительные материалы сами себя не купят и не привезут для починки строений развалившихся! А этот… — Сима насупилась, — да чтоб ему пусто было! Он ведь слуг своих голодом морил! Зарплату грошами какими-то платил! Наське же, служанке верной и доброй, несколько месяцев пришлось деньги копить, чтобы сарафанчик себе новый на ярмарке купить! И то… Э-эх! — махнула она рукой. — Сволочь он жадная, а не Кощей!
Яга, внимательно слушая женщину, понимающе усмехнулась.
— Жадный, верно. — Кивнула ведьма. — Но мне не дает покоя вопрос: зачем же вы пошли к нему в услужение, если знали о натуре его скупой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Так кто ж знал, что он такой? — всплеснула руками, молчавшая до этого момента, Люба.
— Так об этом вся Русь-матушка знает!
— Да мы ж не местные, — выпалила, как на духу, Симка.
— А откеда вы? — хитро прищурившись, вопросила Яга.
— Издалека. — тут же ответила за подругу Любаша, чувствуя, что не стоит говорить старой ведьме лишнего о себе. — Вы о такой стране точно не слышали. И вообще, давайте уже делом займёмся.
