Этот звонок застал его врасплох. Он не ожидал, что кто-то из колдунов сам выйдет на него. Это было даже не нахальство, а что-то более обидное, унизительное. Как если бы бандит заявился к нему домой, уселся за стол и принялся ставить условия: накормить, напоить, с женой спать положить…
– И что, часто я вас подставлял и на бабки кидал?
Неизвестный помолчал.
– Да нет. Раньше к тебе предъяв не было. Но напоследок кидок ты заделал знатный. Надо отдать остальное! Иначе твои друзья-мусора очень скоро узнают, кто такой Колдун и с чем его едят.
– Приходи, заявляй! Завтра с трех часов как раз я прием граждан веду. Запишем все твои претензии… Там, кстати, эта… исковая давность не вышла?
– Это не так смешно, как ты думаешь.
– Это вообще не смешно. Вот твои пугалки по телефону – они смешные. Если хочешь, давай встретимся, поговорим.
– Ага… А ты приведешь своих волков, и меня, конечно, вальнут при задержании…
– Вальнут тебя так и так. Пока ты болтаешь, твой телефон десять раз успели запеленговать, ты, считай, на мушке у снайпера.
– Не бери на понт… Никто ничего не пеленговал. Это разговор не для посторонних ушей, иначе ты тоже на мушке. Я ведь не зря про Колдуна сказал. Могу повторить, если кто не расслышал: Колдун – это начальник угро Коренев, оборотень в погонах. Ясно всем, кто слушает?
– Я понял, тебя. Ну, короче, чего ты хочешь? Мне некогда пустые терки тереть!
– Ладно, тогда слушай, где встречаемся… Завтра в двенадцать. Никого не приводи! И никаких стволов!
Из коляски стал доноситься рассерженный писк. Мамаша отложила в сторону «читалку», встала, поправила одеяло у малыша, потрясла погремушкой. «Тш-тш-ш… Ну что ты… тш-ш…» Бесполезно. Малыш не успокаивался. Раскачивая коляску, она укатила ее по аллее.
Двенадцать пятнадцать. Таинственный собеседник не появился.
Он слишком неохотно согласился на эту встречу. И у него было время, чтобы все взвесить и передумать. Позвонить ему нельзя, входящий номер был скрыт. Да и нет уже ни той симки, ни того аппарата…
Лис переменил положение: оперся о спинку скамейки, закинул ногу на ногу и поправил пиджак, где в подмышечной кобуре ждал своего часа «левый» «ТТ». Железо не имеет нервов и эмоций, оно может ждать вечно. А он готов ждать вечно? Нет, не готов. Возраст не тот, и нервы уже не те…
Мимо прошел полицейский патруль – капитан, два сержанта, Лис услышал обрывки вялой беседы, хохоток… Капитан узнал его, застыл на секунду, но Лис движением пальцев показал: идите мимо, не останавливайтесь. Ушли.
Никто не придет. Его просто водят за нос. И это понятно. Он бы убил наглеца при первом возможном случае. Даже без случая. Прямо здесь, в парке, среди резвящейся детворы. Что-нибудь придумал бы, выкрутился… Ну, а как еще?! Тут – или, или…
А между тем… Лис посмотрел на часы. Уже двадцать минут первого. Время вышло. На «стрелки» вообще нельзя опаздывать – ни на минуту!
Он поднялся и пошел по аллее к задней калитке. Машину он оставил в кривом немощеном тупике между глухим бетонным забором мясокомбината и густыми зарослями каких-то сорняков. Переулок был пустынным, вдоль забора валялись газеты, бутылки, смятые бумажные стаканы и еще какой-то мусор. Пахло мочой, запустением и бедностью, так что его «БМВ» с глухими тонированными стеклами, несмотря на свой возраст и несколько ушатанный вид, казался здесь символом богатства и благополучия. Как тогда, давно, когда он его получил.
Лис отпер дверь с брелка, опустился на сиденье, с каким-то запоздалым удивлением отметил, что сигнализация «чвакнула» непривычно коротким сдвоенным сигналом… И тут же понял, что он в машине не один.
– Руки на баранку, на самый верх. Ладонь на ладонь. Чтобы я видел.
Справа, под челюсть, уперлась холодная сталь. Грамотно! Если выстрелит, пуля выйдет из левой височной части, вырвав кость вместе с мозгами. Лис это точно знал – он повидал много всяких трупов… Повидал много всего, а на фуфло попался…
– И не дергайся, а то шесть грамм словишь. Мне терять нечего.
Немолодой мужчина сидел на заднем сиденье. Только это был не Вареник. Тот из уголовников, этот – нет! Не матерился, словечек жаргонных почти не говорил. А главное, блатной бы сказал: «Получишь маслину в башку!» А этот выразился специфически: «шесть граммов»… Военный – сто процентов: знает, сколько макаровская пуля весит… В зеркальце отражалось жесткое лицо, прикрытое козырьком кепки и темными очками. Черты не разобрать, но, скорей всего, это Координатор! На улице Лис бы его не узнал. Да и тот его – тоже. Он его вычислил! Довольно умело, кстати. И захватил просто, но эффективно… Лис и раньше подозревал, что он офицер, но тогда это не имело значения. А сейчас все, что с ним связано, очень важно. Жизненно важно!
Вытянув руку, Координатор запер водительскую дверь, быстро прихватил шею Лиса скотчем к подголовнику, отобрал ключи, телефон. Пошарив по одежде, нашел пистолет.
– Нетабельный, – усмехнулся он. – Это не для того, чтобы задерживать, это чтобы убивать! А договорились никаких стволов…
Лис молчал, сжав зубы. Скотч давил на горло, дыхание перехватило, перед глазами поплыли круги. Погоди, сказал он себе, не трепыхайся… Как та мамаша давеча: тш-ш, тш-ш, тш-ш-ш… Сопротивляться уже поздно. Беситься тоже. Успокойся, расслабься, пока сам себя не удавил…
– У тебя… У самого ствол… – сдавленно прохрипел он.
– Естественно. Потому что я вас слишком хорошо знаю.
– Я тебя… хрр… тоже знаю… Сидел, ждал… хрр, где условились… Ты не пришел.
– Пришел, как видишь. Значит, не там ждал…
Первый шок прошел. Лис попробовал спокойно оценить ситуацию. С одной стороны, Координатор не тот человек, чтобы попусту размахивать пистолетом. С другой, если бы хотел убить – шмальнул бы в затылок – и все. Значит, не за тем пришел.
– И что теперь? – он изо всех сил вжал затылок в подголовник, дышать стало легче.
– Теперь отдавай долг! Три ляма за тобой. Ну, ладно, ребят нет, делить не с кем, давай два, а один оставь себе. По-моему – это справедливо! А не так, как ты хотел – шмальнул, свалил, и в дамки!
– У меня нет денег, – прохрипел Лис сквозь зубы. – Меня самого кинули!
Координатор на какую-то секунду растерялся, не нашел что ответить. И тут же психанул.
– За эти деньги трое ребят в землю легли, да еще четверо на больничку работают! – он сбоку ударил Лиса по голове пистолетом. Подголовник частично защитил, но все равно, прилетело прилично – в горле что-то треснуло, булькнуло, перед глазами опять закружились цветные колеса.
– А тебя, как нарочно, самого кинули! Руки, сказал!! Самый умный нашелся?
Лис молчал. Координатор тоже.
– Короче, собирай деньги по своим тайникам, – наконец, сказал он. – Или ты по полной расплатишься… Имей в виду, я получше тебя обучен, если что…
Рядом послышались голоса – несколько человек в замызганных рабочих комбинезонах, покачиваясь, прошли мимо. Ствол пистолета крепче вдавился под челюсть, будто крючок, вытаскивающий из воды пойманную, но еще сопротивляющуюся рыбину. Рабочие прошли вперед и остановились у забора, задрав головы кверху, как будто ожидали манны небесной. Но вместо манны из-за бетонных плит вылетели один за другим два увесистых свертка в грубой, перехваченной шпагатом оберточной бумаге. Они тяжело шлепнулись на дорогу, подняв клубы пыли. Работяги схватили их и, оглядываясь, быстро пошли прочь.
– Каждый воробушек что-то клюет: кто крошку, кто мушку, кто зернышко, кто комарика. Кому как повезет, – философски сказал Координатор.
А он не глуп и профессионален! Лис никогда об этом не задумывался, а ведь все дела он проводил чисто, выполнял инструкции точно, срывов у него практически не было…
– Ладно, подумаем над крошками, – с трудом выдавил Лис. – А сейчас нам надо тихо-мирно разойтись. Отпусти меня… И сваливай куда-нибудь скорее.
Жесткое лицо Координатора с глазами, укрытыми за стеклами солнцезащитных очков, прижалось к подголовнику и застыло в зеркале. Лицо было загорелым, а еще только май.
