– Капитан не обидит вас, не бойтесь. Но если вы будете раздражать его своим графским титулом, он может потерять над собой контроль. Так что осмотрительность принесет пользу и вам, и вашим подопечным.
Пират-денди говорил так искренне, что трудно было не поверить ему. Этому человеку небезразлична судьба пленниц. Так, может быть, использовать это обстоятельство на общее благо?
– Вы ведь англичанин, правда? И наверняка понимаете, что капитан Хорн поступает по-варварски. Пожалуйста, убедите его отпустить нас и отвезти обратно в порт Сантьяго. Убедите отказаться от жестокой затеи.
Светлые глаза первого помощника мгновенно утратили выражение сочувствия и симпатии и превратились в холодные колючие ледяные кристаллы.
– Я давным-давно потерял чувство преданности Англии и англичанам, миледи. К тому же сама идея захвата корабля с осужденными женщинами принадлежит мне.
Сара была потрясена. Ведь она так надеялась на его помощь. Но пират есть пират, и доверять ему нельзя.
– Ведите меня к капитану, – сухо произнесла Сара. Тянуть не было никакого смысла; уж лучше сразу узнать собственную судьбу.
Первый помощник прошел под снастями и направился к маячившему впереди квартердеку. Капитан стоял у штурвала, внимательно глядя вперед. Сильные, почти прямые плечи, широко расставленные ноги, мощная мускулистая спина...
Мистер Кент открыл дверь под квартердеком и вошел в просторную комнату, почти такую же, как кают-компания на «Добродетели». К счастью, комната оказалась пустой – вся команда упорно работала над парусами, чтобы как можно скорее скрыться в океане. Но пройдет совсем немного времени, и здесь появятся пираты. Начнут пить, играть в карты и...
При одной лишь мысли о том, чем еще могут заниматься бесшабашные морские разбойники, Сара вздрогнула. Хорошо, что и она сама, и ее подопечные получили небольшую отсрочку. А может быть, если разговор с капитаном пройдет удачно, он все-таки изменит решение.
Надежда растаяла, едва мистер Кент открыл дверь в капитанскую каюту и жестом пригласил девушку войти. Сара оглянулась и сразу поняла, что добра и милости ждать не приходится. Каюта представляла собой роскошные покои и в то же время арсенал, богатейшую коллекцию оружия. Нет, хозяин этой каюты не мог быть честным человеком, способным пожалеть несчастных осужденных женщин. Ему просто неведомо сострадание.
– Капитан присоединится к вам через пару минут, – сообщил мистер Кент и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
Сара едва расслышала его слова. Она слишком увлеклась изучением жилища морского разбойника. До сих пор ей довелось побывать лишь в одной капитанской каюте – в гостях у доблестного капитана Роджерса. Маленькая спартанская комнатка, не претендующая на комфорт, по сравнению с этой каютой казалась убогой каморкой юнги.
Здесь же вся мебель была изготовлена из лучших сортов красного дерева – начиная с заваленного инструментами и бумагами письменного стола и кончая застекленным шкафом, где на полках лежали пистолеты и ножи всевозможных форм и размеров. Темно-синие шторы были украшены золотым шитьем, на полу лежал толстый персидский ковер.
Огромная кровать красного дерева занимала целый угол просторной каюты. Четыре столбика, поддерживавшие парчовый балдахин, были украшены резьбой с изображением того самого сатира, который красовался на носу шхуны. Красное шелковое покрывало контрастировало с целой горой черных атласных подушек. Словно завороженная, Сара подошла к кровати. Какие же отчаянные безрассудства, какие безумства здесь происходили!
Перед глазами возник образ темноволосого статного красавца, и Сара осторожно дотронулась до края покрывала. Должно быть, в этой постели побывало немало женщин. Как он склоняется над ними, как ласкает большими сильными руками, как целует насмешливыми губами? Сару захлестнула горячая волна.
– Ищете следы воровства, мародерства и насилия, леди Сара? – раздался за спиной уже знакомый голос.
Зардевшись, мисс Уиллис резко повернулась. Перед ней стоял пиратский капитан собственной персоной.
Капитан закрыл дверь и спокойно стоял, с улыбкой глядя на потерявшую дар речи пленницу.
– Покрывало когда-то принадлежало омерзительному британскому виконту, который плыл в Америку, чтобы жениться на богатой наследнице, – пояснил он, сняв с пояса саблю и небрежно повесив ее на крючок возле двери. – Мне доставило особенное удовольствие оголить кровать, которую он делил с любовницей.
Мисс Уиллис нахмурилась, вспомнив, что говорил мистер Кент о ненависти капитана к английским аристократам. Так, может быть, стоит рассказать о своем двойственном положении? Вдруг признание окажется полезным и пират прислушается к ее мольбам?
– Капитан Хорн, дело в том, что... хотелось бы уточнить одно обстоятельство. Я не... короче говоря, не следует называть меня леди Сара.
– Но почему?
– Потому что я не настоящая леди – во всяком случае, в том смысле, который вы привыкли вкладывать в это понятие.
– Хотите сказать, что на самом деле вы вовсе не сестра графа Блэкмора?
– Сестра. Вернее, вроде как сестра. – Сара глубоко вздохнула. – Его отец, покойный граф Блэкмор, удочерил меня после того, как женился на моей овдовевшей матери. Поэтому я не столько леди Сара, сколько просто мисс Уиллис.
Пират молчал. Сара с опаской подняла глаза и с удивлением заметила, что он вовсе не выглядит сердитым. Выражение смуглого жесткого лица скорее можно было назвать задумчивым.
– Значит, несмотря на то что вы вошли в семью графа и стали ее членом, вы тем не менее не имеете права носить тот почетный титул, который доступен всем остальным детям графа?
Саре никогда еще не приходилось слышать такую сложную интерпретацию собственного статуса.
– Именно так. На титул леди я права не имею.
Капитан пожал плечами:
– Такой нелепицы мне не приходилось слышать ни разу в жизни. Наверное, я так и не смогу понять логику англичан. Вы зачем-то создаете нелепые правила, из-за которых постоянно возникают ненужные раздоры. Младшие сыновья не наследуют ни титул, ни собственность. Дочери тоже ничего не наследуют. Отцы настроены против собственных детей.
Неожиданный экскурс в особенности и тонкости устройства британского общества буквально потряс Сару.
– Но вы не можете не признать, что система исправно служит уже многие сотни лет, – робко заметила она в защиту соотечественников.
– Служит ли? – вскинул бровь капитан.
Саре очень хотелось спросить, почему капитан так ненавидит ее земляков, но она не решилась.
Пират между тем так пронзительно смотрел на пленницу, словно хотел заглянуть ей в самую душу. Мисс Уиллис не раз приходилось выдерживать и жаркое внимание лордов, и похотливые взгляды заключенных тюрьмы Ньюгейт, не говоря уже о пристальном интересе матросов фрегата «Добродетель». Но еще ни один мужчина не смотрел на нее столь самозабвенно.
