Славянский университет открыл свои двери перед студентами в 1999 году, сразу предложив полный набор специальностей: от журналистики до прикладной математики и медицинской биохимии. Светлые аудитории, щедро оснащенные компьютерами, — такому может позавидовать любой московский вуз. За окном стройка — возводят собственный спорткомплекс, самый крупный в республике (!). Ректор — Армен Дарбинян — человек в Армении известный. Выпускник МГУ, доктор экономических наук, член Российской академии естественных наук, автор многих научных трудов. До того как возглавил университет, успел побывать и министром экономики Армении, и даже премьер-министром. На вид ему — лет сорок, энергичный, собранный, явно не расположенный к долгим философским беседам. О вузе говорит с гордостью: «У нас сильные преподаватели. К тому же мы сочетаем российскую и армянскую программы: из обеих стараемся брать лучшее, в конце выдаем два диплома», а затем вдруг полушутя-полусерьезно добавляет: «И взяток не берем».
Преподавание в Славянском университете ведется на русском. Вообще в ходе поездки нас поразило знание этого языка: им владеют даже дети, которые родились и выросли уже в независимой Армении. Моя племянница, перешедшая в четвертый класс и до школы не знавшая по-русски ни слова, сейчас изъясняется на нем совершенно свободно, ну разве что с легким акцентом (с 1995 года русский изучают все без исключения школьники). Вспоминаю, что в советские годы, когда учебные заведения делились на русские и армянские, выпускники вторых русским практически не владели… Кстати, в моей русской школе, одной из лучших в Ереване, — сейчас испанская гимназия, открытая армянской диаспорой Аргентины…
Кажется, этому дню не будет конца. Вечером нас ждет еще одна встреча — помощник Президента Армении Виген Саркисян пригласил нашу группу на ужин. Признаюсь, что, хотя и наслышана о ресторане «Долмама», иду я туда неохотно. Столько уже было увидено и пережито за этот день, а теперь еще предстоит общаться с официальным лицом — не расслабишься. Ресторан, расположенный в старой части города, приятно удивляет домашней обстановкой и ненавязчивым национальным колоритом. Но еще большей неожиданностью становится для нас молодой человек за одним из столов, явно улыбающийся нашей компании. Помощнику президента лет 30, не больше. Познакомились, расселись — вот и вся официальная часть. Говорим, конечно же, о новой Армении, о России, о путях развития обеих стран. Виген Саркисян — блестящий собеседник, он в курсе всех мало-мальски значимых событий не только политики и экономики, но и культуры. При этом с отличным чувством юмора (хотя последнее, скорее, наша национальная черта). Три часа пролетают как один миг. Уже ночью, засыпая, думаю о том, что все мои новые армянские знакомые — Ара, Давид, Карен, Зара Назарян, Армен Дарбинян и Виген Саркисян — чем-то похожи. Прекрасно образованные, деятельные. Но есть в них еще что-то, чего я раньше за своими соотечественниками не замечала: они уверены, что Армения обязательно станет процветающей страной. Куда же делся извечный пессимизм моего народа, столько пережившего за свою долгую историю?
Ковры и ковроткачество — национальная гордость и существенная статья национального дохода. Выбор велик — от подлинных старинных изделий до современных — недорогих, но хорошего качества
День третий.
Любимые ковры Марко Поло. Строительный бум. Первопрестольный Эчмиадзин
За всю Армению не ручаюсь, но Ереван точно охватила строительная лихорадка. Неудивительно, что, по официальным данным, большинство армян сейчас заняты в строительстве, за счет чего сильно сократилась трудовая миграция из страны и есть даже небольшая нехватка рабочих рук. К счастью, облик того Еревана, который я знала и к которому привыкла, с его благородной классической архитектурой из цветного туфа, оживленной национальными элементами, — ничуть от этого не пострадал. Этот стиль задал Александр Таманян в генплане развития города, утвержденном в 1924 году. Все, что строится здесь сейчас, вписывается в уже сложившийся облик. Более того, недавно решено было провести в жизнь одну из нереализованных доныне идей Таманяна: к пяти существующим проспектам города, которые сходятся к площади Республики, вскоре присоединится еще один — Северный, начинающийся от площади Свободы. На территории в 50 тысяч м2, очищенной от старой застройки, растут огромные билдинги. Ереванцы относятся к этому строительству неоднозначно: в городе много панельных многоэтажек, когда теперь дойдет очередь до их перестройки — неизвестно.
Возвращаемся в центр. Саша хочет снять знаменитые армянские ковры, которыми восхищался еще Марко Поло, назвав их в своей книге «красивейшими в мире». Отправляемся на бывшую фабрику «Хайгорг», основанную в 1920-х годах. В свое время ее продукция ценилась повсюду, собрав массу международных наград. После распада СССР «Хайгорг» пережил тяжелые времена: прекратился экспорт, рабочие не получали зарплату. В общем, типичная для постсоветской экономики история. Четыре года назад то, что осталось от комплекса — пришедшее в негодность здание с пережившим свой век оборудованием, — приобрели нью-йоркские предприниматели Мегерян. Уже три поколения этой семьи занимаются производством и продажей ковров ручной работы по всему миру. Megerian Rugs-Armen Carpet — так сейчас называется «Хайгорг». Здание отремонтировали, открыли филиалы по всей Армении, наладили вывоз: в Россию и Европу. Все остальное — по старинке. Мойка, окраска шерсти (натуральными красителями), процесс ткачества, обработка уже готовых ковров — происходит только вручную. Ничего не поделаешь, именно такие ковры сейчас ценятся на мировом рынке. Модернизация труда этому древнему ремеслу противопоказана, и за каждым из удивительных хитросплетений орнамента — кропотливая работа. Вот только кондиционеры все же не помешали бы: уж очень душно работать с овечьей шерстью, да еще на жаре.
Все, перемен и преобразований на сегодня достаточно. Едем в древний Эчмиадзин — цитадель Армянской Апостольской церкви — уж там-то точно все, как и много веков назад. Но тут же перед входом во двор монастырского комплекса видим новый памятник, похожий на большую распахнутую книгу: открытый алтарь появился здесь в 2001 году, когда праздновали 1700-летие принятия христианства. Тогда на нем отслужили совместную экуменическую службу Католикос всех армян Гарегин II и Папа Римский Иоанн Павел II.
Главный армянский храм, заложенный в IV веке, строился не одно столетие. Внутренняя отделка, завершенная в XVIII веке, впечатляет византийской роскошью, несвойственной армянским церквям: местные храмы и часовни в большинстве своем встречают вас суровой оголенностью своей древней каменной кладки, скупо украшенной рельефами.
