иллюзорную "вечную память" незнакомым и не нуждающимся в памяти обо мне
 потомкам. Я готов извиниться, я даже готов стать на колени, но этот жест
 уже более относится Рє РіРѕСЂРѕРґСѓ. Рто перед РЅРёРј СЏ готов стать РЅР° колени Рё
 поблагодарить его за все, что он сделал для меня, и попросить его не
 прогонять меня, оставить меня здесь навечно, и даже пообещать ему, что
 никогда более не покину я его пределов, и даже на эту гору больше не
 заберусь, и, плавая в море, буду держаться, пусть ногами, но за берег, за
 дно, чтобы не смогли никакие подводные течения увлечь меня от этого
 города, от набережной, от известняковых стенок домиков, чтобы не смогли
 они избавить город от меня, а меня от жизни.
 Но возникают в цикадной тишине шаги карабкающегося вверх по тропе
 человека и с этими шагами вторгается в атмосферу кладбища что-то чужое и
 нет больше у меня желания ни извиняться, ни становиться на колени. Я
 смотрю на краешек, из-за которого вот-вот поднимется чье-то лицо, я жду с
 нетерпением и нетерпение мое не может не быть вознаграждено.
 Над краешком горы поднимается пилотка цвета хаки, а вслед за ней
 лицо: голубые глаза, русые волосы, толстые губы.
 - Здравствуй! - говорит мне Айвен и я киваю ему в ответ.
 - Еще никого нет?! - удивленно он смотрит по сторонам и я
 отрицательно мотаю головой в подтверждение его слов.
 - Ты давно здесь? - спрашивает он, возвратив свой взгляд на меня.
 - Да, - говорю я и чувствую кожей, как ослабевает солнечное тепло,
 лившееся сверху.
 - Ну ничего! - произносит серьезным тоном Айвен. - Сейчас придут.
 Я молча соглашаюсь.
 - А я рад, что ты с нами! - вдруг улыбается он.
 Потом подходит к другому краю и с высоты вершины этого предгорья
 смотрит вниз на город. Его профиль становится гордым и словно просится на
 медаль. Рнтересно, Сѓ всех ли смотрящих РІРЅРёР· СЃ высоты возникает это
 ощущение своего превосходства, блаженства и предвкушения величественного
 полета, которому никогда не дано состояться. Точно так же стоял и я
 недавно на этом же месте, над этим же городом.
В
 Они пришли чуть позже, дав Айвену гордо постоять на краю еще минут
 пятнадцать. Среди пришедших был Вацлав и еще человек пять, незнакомых мне.
 Вид у них был бравый. Один, так же как и Айвен своей пилоткой,
 демонстративно нарушал правила поведения в городе маленькой бронзовой
 медалью, прицепленной к полосатому летнему пиджаку.
 Разговор шел решительный и я понял, что события, о которых говорили
 собравшиеся, очень скоро станут явью.
 - Ртолько один вопрос остается нерешенным! - уже к концу разговора
 произнес Айвен.
 Встретив вопросительные взгляды, он сглотнул слюну и сказал:
 - Нам нужен вождь. Вождь, которому все мы смогли бы доверить вести
 нас к выбранной цели...
 Прошла минута задумчивого молчания, потом вторая, третья...
 Не дождавшись ответа, Айвен предложил:
 - Я думаю, генерал Казмо нас устроил бы в этой роли?!
 Вацлав кивнул, остальные - вслед за ним. Ря тоже.
 - Я надеюсь, что это будет бескровная революция?! - произнес один из
 парней, коренастый, одетый в парусиновый костюм голубого цвета.
 - Я тоже надеюсь, - вздохнул Айвен, но в словах его не прозвучала
 уверенность.
 - Господь нам поможет... - негромко сказал Вацлав.
 - Я сам поговорю с генералом! - пообещал Айвен. - Но сначала нам
 следует обсудить будущее вольного города.
 - Надо посмотреть по каким принципам живет Западный Берлин, -
 предложил я.
 Со мной согласились, но неожиданно выяснилось, что немцев среди нас
 нет и, следовательно, выяснить эти принципы оказалось делом невозможным.
В - РўРѕРіРґР° РјС‹ сами должны РІСЃРµ выработать. Ртак, предлагаю всем, вас
 хочет войти в будущее правительство, остаться еще на пару часов здесь.
 Остальные могут вернуться в город.
 Было очевидно, что в город возвращаться пока никто не спешил. Я
 смотрел на это будущее правительство и ни о чем не думал. Я просто
 разглядывал лица, руки, жесты, глаза. Никогда мне еще до этого не
 представлялась возможность быть так близко к правительству, пусть не к
 нынешнему, но уж точно к будущему. Но вот пришедшее откуда-то снизу
 беспокойство заставило задуматься и я, отойдя от правительства на
 несколько шагов, почувствовал себя свободнее. Я понял, что не хочу быть ни
 министром, ни политическим деятелем. Мне нравится просто быть, жить в
В РіРѕСЂРѕРґРµ, СЂСЏРґРѕРј СЃ этими ребятами. Р, конечно, полностью РѕРґРѕР±СЂСЏСЏ РёС… цели, СЏ
 сделаю все, что в моих силах, чтобы город стал вольным, а я стал его
 свободным гражданином. Я, наверно, даже не буду против взять в руки
