Читаем без скачивания Терминатор 2: Судный день - Рэндел Фрейкс

Плохо только то, что деньги в его руках так и таяли. Ему требовались все новые и новые сотрудники, и, чтобы переманить их из других компаний, «Кибердайн» приходилось платить им гораздо больше. А поскольку штат сотрудников увеличивался, сохранять в тайне исследования с каждым днем становилось все труднее. Было общеизвестно, что Дайсон относится к соблюдению секретности крайне легкомысленно. Симмонс частенько вызывал его на ковер и отчитывал за нарушения. Это напоминало выволочку, которую устраивают ребенку-вундеркинду. Дайсон знал, что Симмонс в науке не силен, не то, что в вопросах купли-продажи и накопления капиталов. Он, конечно, мог понять конечные цели, маячившие перед его компанией, но каким образом они достигаются, не ведал. Симмонс не был ученым. Разумеется, какое-то время он работал чертежником и инженером-оформителем в мелких фирмах, производивших электронику, но успех же его зиждился на том, что ему улыбнулась фортуна.

Десять лет назад Симмонс работал в фирме «Клейнхауз Электроникс», на окраине Лос-Анджелеса — занимался предварительными расчетами на компьютере. И вот однажды утром он не смог попасть на фабрику вовремя: пришлось ждать, пока полиция буквально соберет по кусочкам с пола растерзанный труп. Очевидно, ночью произошел взрыв. Зачем-то на фабрику проникли двое, мужчина и женщина, и вывели из строя какое-то оборудование. Мужчина погиб, а женщина, похоже, лишилась рассудка.

Когда, наконец, Симмонсу разрешили войти, Джек — он был тогда его помощником — показал ему странный обломок электронной платы. Сгорая от любопытства, Джек прокрался сквозь полицейские кордоны и подобрал один из самых, по его мнению, интересных обломков, оставшихся после взрыва.

С подобной технологией ни Симмонс, ни Кролл никогда не сталкивались. Вместо того, чтобы сообщить об этом Клейнхаузу, они уволились с работы, по уши влезли в долги и открыли собственную компанию, которую назвали «Кибердайн».

Первые два года они чуть ли не голодали и все пытались понять, что же такое им удалось тогда обнаружить. Мало-помалу Джек Кролл расшифровал работу одного участка микросхемы, и это, подобно розеттскому камню, указало ему путь к другим, пусть небольшим, но весьма прибыльным открытиям. Компания развернула бойкую торговлю новой быстродействующей микросхемой. На третий и четвертый год Симмонс и Кролл оказались в солидном выигрыше. И тут у Кролла обнаружили опухоль. Он лихорадочно работал, делал записи искаженным наркотиками, корявым почерком, но умер, так и не успев совершить еще одно открытие.

Теперь на пути к открытию был Дайсон.

Симмонс откашлялся. Дайсон вздрогнул и взглянул на него.

— Извини, что я так задержался, — сказал Симмонс, — но членов совета смутили некоторые пункты твоей финансовой сметы.

Дайсон собрался вспылить, но Симмонс схватил его за руку.

— Не волнуйся. Я сумел рассеять тучи.

«Трепач», — подумал Дайсон. Наверняка старику неизвестно, на пороге каких открытий находятся филиалы его собственной фирмы. Но, судя по всему, Симмонс учуял опасность, и Дайсон осторожно выжидал, пока старикан разоткровенничается.

Симмонс предложил ему шотландского виски. Дайсон вежливо отказался.

Симмонс залпом осушил стакан и, наконец, ухмыльнулся.

— Ладно, успокойся. Бюджет на следующий квартал тебе утвердили. Я охрип, уговаривая всех остальных. Они желают к концу года иметь на руках готовую продукцию, которой можно будет торговать. Я их уверил, что ты меня не подведешь. Так что сделай одолжение — не трать все деньги сразу.

Оба притворились, что им весело. Они не были друзьями. Для дружбы необходимо взаимопонимание по каким-то ключевым вопросам. А эти двое почти во всем придерживались противоположных точек зрения. Во всем, кроме того, что касалось Отдела Особых Проектов. Но даже тут они преследовали различные цели. Дайсон, конечно, радовался высокой зарплате, но работал не ради денег. Его привлекал сам процесс познания. Если же в результате его работы удастся чуточку улучшить мир, чтобы его детям жилось хотя бы немного полегче — то и чудесно!

Симмонс хотел приумножить свои богатства.

В каком-то смысле оба были одержимыми.

Но Дайсон считал себя счастливее.

Он пожал Симмонсу руку и обещал лично информировать об успехах отдела.

И со всех ног кинулся к лифту. Ступив на застланный паласом пол и убедившись, что в кабинете один, Дайсон подпрыгнул от радости. А он-то был уверен, что совет директоров зарубит большинство пунктов финансовой сметы! Да, он явно недооценил любовь Симмонса к отделу и к разрабатываемому проекту. Теперь у него есть все необходимое, чтобы завершить работу. Очень скоро падет последняя преграда, и они узнают об Объекте №_2 все, что только можно!

Двери, прошелестев, отворились — лифт приехал на второй этаж. Дайсон прошел через пустой вестибюль и замер перед мощной дверью. Хромированная надпись наверху гласила:

«Отдел Особых Проектов. Вход по специальным пропускам».

Дайсон сунул в щель свой электронный пропуск. Дверь щелкнула и распахнулась.

Он вошел в ЛИР — Лабораторию Искусственного Разума. Все здесь было заставлено полками с процессорами, дисководами, контрольным оборудованием и опытными образцами. По полу змеились толстые провода. Попав в это помещение, где, несмотря на чистоту, царил беспорядок, посторонний человек решил бы, что оказался на телефонной станции, работники которой не отличаются особой аккуратностью.

Дайсон вышел на середину комнаты и сказал обратившимся во внимание сотрудникам:

— Ребята, я вас поздравляю. Вы получите прибавку к жалованью.

Коллеги приветствовали Дайсона шутливыми возгласами. Никаких лабораторных халатов тут не носили. Все ходили в джинсах и кроссовках. Ребята были такие же молодые и способные, как и сам Дайсон. Они сидели за столами, пили пепси-колу, жевали сэндвичи и производили революционный переворот в технологии. Теперь же они наперебой кинулись хлопать Дайсона по спине и пожимать ему руку. Дайсон попросил всех сесть и сказал, что сегодня надо будет пораньше разойтись по домам. Раздался общий стон. Никто из коллег Дайсона не имел привычки уходить домой до конца рабочего дня. Инженерно-технический персонал и научные сотрудники упорно состязались, кто кого пересидит. Тот, кто первым вставал из-за стола, становился чем-то вроде отверженного. Товарищи Дайсона трудились по шесть дней в неделю, да и по субботам нередко засиживались на работе допоздна. Отдыхать, водить семейство в кино — это было не для них. Им хотелось того же, что и Дайсону: найти ответы на интригующие вопросы. И обрести силу, которая помогла бы им изменить мир.

К Дайсону подскочил Брайант, один из самых молодых и неопытных сотрудников.

— Мистер Дайсон! Лаборатория исходных материалов хочет провести повторное испытание объекта №_2.

— Хорошо. Идемте. Я сейчас все устрою.

Дайсон направился к выходу, Брайанту пришлось чуть ли не бежать, чтобы угнаться за ним.

— Мистер Дайсон… Я, конечно, работаю тут совсем недавно, но, может, вы все-таки скажете мне… если, конечно, знаете…

— Что знаю?

— Ну… откуда он взялся, этот объект?

— Я тоже когда-то об этом спрашивал. И знаешь, что мне ответили? «Не задавай лишних вопросов».

Дайсон помахал охраннику, стоявшему возле двери в подвал. Охранник прошел вслед за Дайсоном и Брайантом в маленькую комнатушку, и все трое остановились перед дверью, напоминавшей современное банковское хранилище. Здесь, как и для запуска ракеты с ядерными боеголовками, требовалось два ключа. Дайсон и охранник вставили свои ключи в замочные скважины и одновременно их повернули. Потом Дайсон набрал код на панели, вмонтированной в стену. Через секунду раздались резкие щелчки, и дверь открылась. Дайсон зашел внутрь.

Брайант остался снаружи вместе с охранником, который записал в специальную книгу имя посетителя и точное время, когда тот появился в хранилище. Очутившись в подвале, Дайсон подошел к стальному сейфу и открыл его. Там, в запечатанном сосуде с инертным газом, хранился какой-то маленький предмет. Он условно именовался «Объект №_2» и представлял собой коричневый керамический параллелепипед размером с костяшку домино. Предмет был серьезно поврежден при взрыве, но его скрупулезно восстановили и заключили в металлическую рамку. Предмет таил в себе загадку, которая уже принесла «Кибердайн» несколько миллионов долларов. Но и это еще не все. Устройство микросхемы и химический состав объекта были Дайсону совершенно незнакомы. И опять в его мозгу возник вопрос, тот, что задал ему Брайтон и некогда задавал начальству он сам.

А правда, откуда он взялся, этот предмет?

Кто создал микросхему? Русские?

Вряд ли. Слишком уж тонкая работа.

Японцы? Может быть, но почему они не внедрили повсеместно у себя эту технологию в последние годы?