плохо спала.
— Лучшее средство — теплая ванна перед сном, — наставляла ее Мэй под шипение бекона. — Но запомни, не горячая, а теплая.
— И со специальной солью. Но никаких масел или пузырьков, — добавила Долорес, ставя перед Черити бокал с соком. — Хорошая старомодная соль для ванной. Ведь верно, Мэй?
— Это не повредит, — пробормотала Мэй, слишком обеспокоенная состоянием Черити, чтобы спорить. — Ты слишком усердно работала, девочка.
— Я согласна, — вмешалась Черити, потому что это было самой легкой отговоркой. — Однако у меня нет времени на долгий, ленивый завтрак, и причина в том, что я должна позаботиться о найме новой официантки. И тогда мне не придется так усердно работать. Я поместила объявление в утреннюю газету, и претендентки уже должны звонить.
— Я сказала Бобу отменить объявление, — объявила Мэй, разбивая яйца и выливая их на сковородку.
— Что? Почему? — Черити привстала. — Черт, Мэй, если ты думаешь, что я возьму обратно Мэри Элис после того, как она…
— Нет, не то. И не ругай меня, юная барышня.
— Вот уже и вспыльчивость появилась. — Долорес поцокала языком. — Верный признак переутомления.
—Простите, — пробормотала Черити, сумев не заскрежетать зубами. — Но, Мэй, я рассчитывала провести собеседования с кандидатками за несколько следующих дней. Я хочу нанять кого-нибудь до конца недели. — Дочь моего брата оставила своего никуда не годного муженька в Толедо и вернулась домой. — Продолжая стоять спиной к Черити, Мэй дала бекону стечь, а затем кинула его на яйца. — Она хорошая девочка, моя Бонни. Пару раз работала здесь летом, пока училась в школе.
— Да, я помню. Она вышла замуж за музыканта, который играет в одном из курортных отелей в Истсаунде. Мэй нахмурилась.
—Играет на саксофоне, — проговорила она, будто это все объясняло. — Девочка устала от жизни в фургоне и пару недель назад вернулась домой. Она ищет работу.
Вздохнув, Черити взъерошила челку. — Почему ты не сказала мне об этом раньше?
—Раньше тебе никто не был нужен. — Мэй поставила перед Черити тарелку. — А теперь
необходим работник.
Черити оглянулась и увидела, как Мэй вытирает плиту. Сердце поварихи было таким же большим, как и все ее тело.
—Когда она может начать?
Губы Мэй изогнулись, она прочистила горло и заработала щеткой с еще большей энергией.
—Я сказала ей прийти этим вечером, чтобы ты могла посмотреть на нее. Я не жду, что ты наймешь ее, не оценив.
—Тогда хорошо. — Черити взяла вилку. Радуясь оттого, что одна проблема решена, она вытянула ноги и положила ступни на пустой стул. — Думаю, у меня есть время для завтрака.
Роман вошел в кухню и мысленно выругался. Он был уверен, что Черити здесь не застанет, — эта женщина не может сидеть спокойно, сейчас она должна быть занята выполнением обязанностей, которые по собственной воле взвалила себе на плечи. Но вместо этого Черити сидела на теплой, переполненной ароматами кухне, почти как прошлой ночью. С одной весомой разницей, заметил Роман. Сейчас Черити не была расслаблена.
Ее легкая улыбка исчезла в тот же момент, как он вошел. Черити медленно сняла ноги со стула и выпрямила спину. Он видел, как напрягается ее тело — одна мышца за другой. А вилка остановилась на полпути ко рту. Черити медленно отвернулась от него и продолжила есть. Роман подумал, что это было настолько близко к пощечине, насколько могла себе позволить Черити.
Роману пришлось на ходу изменять свой план насчет завтрака и сплетней на кухне. Теперь придется довольствоваться чашкой кофе.
—А я все думаю, куда это вы подевались, — проговорила Мэй, вновь доставая бекон из холодильника.
— Не хотел мешать. — Роман кивнул в сторону кофейника. — Я думал, взять кофе с собой.
— Вам нужна пища. — Долорес накрывала на стол напротив Черити. — Ведь верно, Мэй? Мужчины не могут работать, пока не получат сытный завтрак.
Мэй налила в чашку кофе.
—Он выглядит так, будто может работать и на пустой желудок.
И это абсолютно верно, подумала Черити. Она знала, во сколько Роман отправился спать, а когда она вышла, чтобы присмотреть за утренней сменой, Роман уже работал. Он спал не дольше ее, но не выглядел усталым.
—Еда входит в условие твоего найма, Роман. — Хотя аппетит пропал, Черити отрезала
кусочек бекона. — Думаю, Мэй отложила блинчиков, если ты предпочитаешь их яйцам.
Это было холодное приглашение, настолько холодное, что Долорес открыла рот, чтобы дать свой комментарий. Мэй быстро ткнула ее в бок и нахмурилась. Роман же взял чашку, которую ему протянула Мэй, и отхлебнул кофе.
—Яйца подойдут.
Он не сел. Дух гостеприимства, который обычно царил на кухне, сейчас не ощущался совсем. Роман облокотился о стойку и стал пить кофе. Мэй готовила рядом с ним.
«Я не буду чувствовать себя виноватой», — сказала себе Черити, игнорируя укоризненный взгляд Долорес. А в чем дело? Она — босс, и ее отношения с Романом были… что ж, они просто деловые. Но Черити больше не могла выносить напряженное молчание.
— Мэй, сегодня вечером я хотела бы маленькое печенье и сэндвичи. Дождь, скорее всего, будет идти весь день, поэтому в большой гостевой организуем танцы. — Завтрак казался ей все менее и менее привлекательным, поэтому Черити вытащила из кармана рубашки блокнот. — Пятьдесят сэндвичей должно хватить, если у нас будет сырная нарезка. Мы приготовим чайники с чаем и горячим шоколадом.
— К какому времени?
— К трем, думаю. А в пять можем подать вина для тех, кто захочет задержаться. Твоя племянница может в этом помочь.
Она стала делать заметки в блокноте.
Черити выглядит усталой, заметил Роман. Бледная и удивительно хрупкая. Она, очевидно, забрала волосы в хвост еще влажными, и маленькие завитки выбились из прически, когда волосы окончательно высохли. Они казались более светлыми по сравнению с остальной копной. Роман хотел убрать их с виска Черити и наблюдать, как цвет вновь вернется на ее щеки.
— Доешь свои яйца, — обратилась к ней Мэй, затем кивнула Роману: — Ваши уже готовы.
— Спасибо.
Роман присел к столу, так же сильно, как Черити, желая быть как минимум в десяти милях отсюда.
Долорес начала жаловаться на плохую погоду.
—Передай соль, — пробормотал Роман.
Черити толкнула в его сторону солонку. Их пальцы соприкоснулись на короткое мгновение, и она рывком отдернула руку.
—Спасибо.
— Не за что.
Черити вяло ковыряла вилкой в тарелке. Она знала по опыту, что будет сложно убежать с кухни, не помыв посуду, но намеревалась сделать это быстро.
— Хороший день, — проговорил Роман, потому что хотел, чтобы Черити вновь посмотрела на него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
