свое возьмет сполна.
Нам не нужны медали-
Нам нужен толстый кошелек,
Набитый серебром.
А коль расщедрится царек,
И золотом возьмем.
Держись, солдат! Крепись, солдат!
Рога трубят тревогу.
В бою тебе и черт не брат,
И бог не за подмогу!
Астид лишь усмехался, внимая вдохновенно орущим песню наемникам. Проходя мимо буковой рощи, успел заметить, что лагерь эльфов пуст.
Перевалили холмы, прибавили ходу. Шли, почти бежали, уже молча, сберегая дыхание. Остановились на краю широкого ровного луга. Солнце выползло из-за гор, забликовало на оружии и кольчугах. Далеко впереди Астид разглядел темную полосу — строй противника. По рядам пронесся приказ.
— Лучники вперед!
Перед шеренгой Астида в три ряда выстроились ратники, вооруженные короткими луками.
— Энто, Змей, — ткнул его локтем Онкрам. — В паре работаем.
Астид кивнул. В масштабных сражениях ему участия принимать не приходилось. Он предпочитал отвечать сам за себя. И быть мясом в сегодняшней бойне ему не улыбалось. Не за тем он сюда явился.
Битва обрушилась на них, как волна в штормовом море. Воздух засвистел стрелами, загремел криками, затрясся топотом. Сшиблись с противником. Пронеслась конница — своя и чужая, сметая всё на своем пути. Все бежали вперед, по телам, спотыкаясь и крича, стараясь заглушить страх. Астид отбросил щит с торчащими в нем стрелами, и рубил направо и налево, не разбирая, где кто — лишь бы самому не попасться под чужой меч. Онкрам жался к нему, норовя стать спиной к спине, и невероятно мешал. Астид оттолкнул его, отпрыгнул в сторону, выкрикнув защитное заклинание. Там, где он только что стоял, возник веладийский всадник, и Беспалый рухнул замертво с разрубленной головой. Астид метнул в конного кинжал, пробив ему шею над кожаным доспехом. Подскочил, довершая дело мечом. Выдернул клинки, перехватывая крепче скользкие рукояти. У лица просвистело чужое лезвие, и, напоровшись на невидимую защиту, соскользнуло. Астид лишь на мгновение увидел ошеломленные глаза нападавшего. В следующий миг голова противника уже скатилась под ноги.
Улучив время, он огляделся вокруг. Веладийцы наседали, давя сеттийцев конницей. Астид смахнул мечом всадника с проносящегося мимо коня, и вскочил в седло. Стало видно чуть лучше. Суетливое мельтешение неподалеку привлекло его внимание. В гуще наседавших пехотинцев, яростно оскалившись, бился светловолосый эльфенок. Один.
— Элеас! Элеас!
Астид обернулся на крик, едва различимый в какофонии боя. Доэйр с двумя эльфами, кося мечом встающих на его пути противников, пробивался на подмогу. Но был еще далеко. А Элеас, заваленный телами поверженных врагов, залитый их кровью, уже изнемогал. Астид бросил коня на толпу, окружающую светловолосого эльфа. Через минуту она ощутимо поредела. Конь завизжал, рухнув с вспоротым брюхом. Астид спрыгнул наземь, выдернул юношу из груды мертвых тел, вытащил на свободное пространство. Они обменялись быстрыми взглядами, и, встав бок о бок, подняли мечи навстречу обступившим их воинам. Астид успел свалить троих, один из которых метил в мальчишку, прежде чем к ним присоединился Ястреб с двумя товарищами. Тут уж дело пошло совсем хорошо.
Бой закончился задолго до полудня. Веладийцы отступили. Прозвучал горн. Астид, не в силах разогнуть задеревеневших пальцев и покачиваясь, оглядел усеянное трупами поле. Увиденное ему не понравилось. Такое месиво было не для него. Он любил убивать по-другому.
Полукровка оглянулся на тех, с кем стоял рядом. Доэйр взял Элеаса за плечи, внимательно его оглядел. Повернул голову в сторону Астида, спросил на всеобщем.
— Как твое имя?
— Астид Локйонд.
— Доэйр Фандлоах, — эльф приложил руку к груди. — Ждем тебя в нашем лагере.
Астид склонил голову в знак согласия. Элеас протянул руку, пожал серьезно его запястье.
— Благодарю.
Глядя вслед удаляющимся эльфам, Астид почувствовал, что эту битву он выиграл. А еще почувствовал, как невероятно он устал, и как противно стягивает кожу на его лице чужая кровь, засыхающая на солнце.
Глава 15
— Входи, — кивнул Доэйр, когда Астид появился на другой день в его палатке. Остальные пятероэльфов тоже были там.
Астид вошел, оглядывая внутреннее убранство шатра. Все только необходимое — кое-какая посуда, стол, три постели, раскладные стулья. Эльфы повернули к нему головы, разглядывая с интересом и настороженностью. На предплечье одного из них — остролицего, с волнистыми желтыми волосами — белела повязка. Оголенный торс эльфа над левым соском был отмечен вытравленным рисунком пикирующего ястреба.
— Вчера ты помог ему остаться в живых, — Доэйр посмотрел на Элеаса, развалившегося на стуле в непринужденной позе и ответившего ему беспечной улыбкой. — Меня это впечатлило. Прими мою благодарность.
И он протянул Астиду тяжелый кошель. Тот оценил размеры благодарности, поднял голову, глядя на эльфа серьезно и гордо.
— Мне платит король Мидракар. Я помог ему, — кивок в сторону Элеаса, — не ради денег.
Доэйр хмыкнул, кинул кошель на стол.
— Не хочешь денег? Но я не привык быть должником.
Он потер подбородок, вопросительно дернул бровью в сторону друзей. Ответом ему стали легкие кивки.
— Ну, хорошо. Я не буду много говорить. Мы приглашаем тебя присоединиться к нам.
Астид помедлил с ответом, будто размышляя.
— Я польщен. Приглашение принимаю с благодарностью.
Доэйр прищурился.
— Как я понимаю, ты северянин?
— Да. Я из Маверранума.
Эльфы переглянулись.
— И что привело тебя на юг?
Астид замялся словно бы в неловкости.
— Я спал не на своем месте.
— Как это? — удивленно вскинулся Элеас.
— Один князь очень обиделся на мое внимание к его супруге. А так как руки у вельможи оказались очень длинные, пришлось бежать туда, где они меня не достанут.
Одобрительный смех пятерых эльфов раздался в палатке. Доэйр тоже улыбнулся.
— Достойная причина. Познакомься с моими друзьями. Это Наэйлут, — эльф с перевязанной рукой кивнул. — Это Сизэрат, Талкизсар и Хэттир. Моего сына Элеаса ты уже знаешь.
При этих словах Астид удивленно взглянул на юношу — Ястреб обзавелся птенцом?
Полукровке отвели место во второй палатке. Астид принес пару войлочных одеял — свое и Онкрама, справедливо рассудив, что Беспалому оно уже ни к чему. Сизэрат, светловолосый эльф с зелеными, как свежая листва глазами, глядя, как Астид расстилает постель на указанном ему месте, с насмешливой многозначительностью подмигнул Астиду, стрельнув глазами на Хэттира:
— Не ложись к нему слишком близко. Он бывает невоздержан в своих желаниях.
— Закрой свой грязный рот, — рыжий широкоплечий Хэттир беззлобно ткнул товарища кулаком в бок.
Большеглазый Талкизсар, лицом походивший на девушку, извлек откуда-то потрепанную книжицу, и, придвинувшись ближе к подрагивающему огоньку светильника, стал читать вслух. В залатанной палатке наемников зазвучали стихи. Астид с удивлением внимал эльфу, с лица которого исчезло насмешливо-пренебрежительное выражение. Сизэрат и Хэттир тоже слушали молча. Прочитав два
