Читаем без скачивания Выстрел по фотографии - Татьяна Казакова

– Ты что? Выбрось это из головы! – Но это предположение показалось мне вероятным.

– Посмотри, как я растолстела. Мне уже никакие диеты не помогают.

– Глупости! Ты и раньше тростинкой не была, однако он всегда тебя любил и ревновал.

– Да? Когда это было? А сейчас… – Лариска готова была расплакаться, а я не знала, как ее утешить, но она взяла себя в руки. – Помнишь, когда вы у нас в гостях были, я вовсю отплясывала с одним мужиком и глазки ему строила?

– Помню. Я еще подумала, что-то на тебя нашло?

– Это я для Витьки старалась. – Она усмехнулась. – И совершенно напрасно. «Напрасны ваши совершенства», – пропела она. – Он даже внимания не обратил, он весь вечер ухаживал за той крашеной, долговязой девкой.

Я отлично помнила тот вечер. Лариска отчаянно кокетничала с одним мужиком, а Витька и ухом не повел. И, действительно, крутился около одной длинноногой девицы.

– Знаешь, Ларис, мы, наверное, сами виноваты. – Глубокомысленно изрекла я.

– Что значит «мы»? Что ты примазываешься?

– Ничего я не примазываюсь. Но у меня тоже не все благополучно.

Лариска посмотрела на меня с недоверием.

– Да, да, не смотри так. Вот недавно, совершенно случайно узнала, что Саша заказал мой портрет, хотел сюрприз сделать

– Вот видишь? —

– Да, я тоже вначале обрадовалась, как дура. Нашла фотографии красивые, а потом оказалось, что Саша отменил заказ.

– Подожди! Ничего не понимаю! Причем здесь фотографии?

– Ну, это же был сюрприз, и портрет заказал по фотографии. А я попросила нас двоих нарисовать, чтобы ему тоже приятное сделать.

– Птичка, это все как-то странно. По фотографии портреты только на памятники делают.

– Мне тоже почему-то эта мысль пришла в голову. Но я подумала, что, возможно, это будет постер. И еще мне покоя не дает художник.

– А что художник?

– Двадцать раз меня спросил: «Вы не передумали? Подумайте хорошенько, я еще позвоню». Как будто отговаривал.

– Да, что-то здесь не так. – Что «не так», Лариска не успела додумать, так как мы уже приехали. Бабушка гуляла перед домом.

– Ланочка, я уже хотела тебе звонить. Так поздно, ни тебя, ни Саши.

Я взяла свои пакеты, и мы вошли в дом. Рассовала продукты по холодильникам и поставила чайник. Пока пили чай, поделилась с бабушкой новостями. Позвонила Саше, телефон не отвечал.

– Не расстраивайся, никуда он не денется. – Успокаивала бабушка – Он так в тебя влюблен.

– Очень бы хотелось знать, где этот влюбленный! – Я кипела от злости. – Конечно, я могу позвонить Юре, но не буду этого делать из принципа. – Бабушка согласно кивнула.

– Давай я ему позвоню, – предложила она, но я отрицательно замотала головой.

– Правильно, не будем звонить, и лучше вообще ни о чем не спрашивать.

– Это как? Не разговаривать, изображая оскорбленное достоинство?

– Ни в коем случае! Ведь именно этого он будет ожидать, – она решила пояснить, – а ты будь непредсказуема. Удиви его. Вместо допросов с пристрастием, слез и жалоб, будь весела, как обычно. И никаких вопросов, вроде тех «Где был и с кем?» Мужчин надо удивлять.

– Боюсь, у меня не получится, – засомневалась я.

– А ты вообрази себя артисткой. Ну, желаю удачи. – Она медленно и горделиво стала подниматься по лестнице, сразу напомнив сцену из спектакля.

«Что ж, я тебя удивлю, так удивлю, мало не покажется». И, погасив везде свет, попробовала войти в роль. Так же, как бабушка, с достоинством задрав подбородок, стала подниматься по лестнице, но оступилась и больно ударилась коленкой. Ничего, потом потренируюсь. Конечно, я не спала, прислушиваясь к шуму колес за окном. Саша приехал около трех часов утра. Дверь ему открыл, видимо, Юра, потому что Саша был просто никакой. Интересно, как он лестницу одолеет? Может, мне как боевой подруге пойти и преданно подставить плечо? Нет, не пойду. Он не раненый солдат. Пусть, как хочет, так и поднимается. Так, споткнулся, грохнуло что-то, опять споткнулся, выругался. Ну, вот и он. Такая прелесть!

– Птичка, иззвини, – и рухнул на кровать. Я стиснула зубы и не пошевелилась. Почти сразу же раздался храп, я стащила с него всю одежду, изрядно попотев. Утром он усердно притворялся спящим и ожидал упреков. Ну, что ж, картина первая. Я крепко прижалась к нему и страстно зашептала, целуя в живот

– О, дорогой, как это было чудесно! Ты просто супер! Где ты научился таким штукам? —

Саша не шевелился и немного напрягся.

– Обожаю тебя, – я слегка его укусила. (У, с каким бы удовольствием я вонзила бы в тебя свои зубы!) Он вздрогнул и приподнялся.

– Нет, нет, лежи мой любимый. (Черт, не переборщить бы) Сейчас принесу тебе сочку. – Стараясь не смотреть на него, чтобы он не догадался, что я притворяюсь, накинула халат и выпорхнула из комнаты. Бабушка ходила по гостиной, сохраняя невозмутимый вид, Представляю, чего ей это стоило.

– Звонила Людмила Ивановна, сказала, что они с детьми идут на горку. Валентина Петровна с Владимиром тоже туда пошли. Да, еще звонила Натали, сказала, что ждет тебя. Ну что? – Все-таки не выдержала она.

– МХАТ отдыхает. Первый акт прошел на бис. Начинается второй. – Я поставила два бокала с соком на столик-поднос, который вообще-то предназначался для моего завтрака в постели. Хотя я купила его довольно давно, мне так никто и не принес завтрак, но ничего, сейчас очень пригодится. Войдя с подносом в спальню, Сашу там не увидела – он был в ванной. Я скинула халат и устроилась со столиком в кровати. Мой муж нерешительно приоткрыл дверь, я обнажила грудь, прикрыла томно глаза и вздохнула

– Ну, иди же ко мне.

Он взял у меня столик, поставил его на пол и в явном замешательстве улегся рядом. Не зная, что сказать, стал пить сок, другой рукой нежно поглаживал меня.

– Ты помнишь? – Я кокетливо заглянула ему в глаза. Он поперхнулся, закашлялся и спросил шепотом – Что?

– Как что? Ты обещал продолжение, – жарко шепнула ему в ухо. Он замер, наверное, мучительно соображал, что делать. Мне стало жутко весело. Во мне погиб артистический талант. Я всегда это подозревала. Мне учителя еще в школе говорили: «Птичкина, ты такая артистка». Вот оно, где проявилось. Ой! Уже одиннадцать часов. Меня же Наташка ждет. Я дернулась, намереваясь встать,

– Ты куда? – Спросил Саша, не скрывая разочарования.

– Шурик, уже поздно, мне же ехать надо.

– Далеко?

– Ну, помнишь, я же тебе говорила, – я пристально на него взглянула. Он поморгал. Но кивнул, как будто вспомнил.

– Кстати, тебе тоже пора. – Я скрылась в ванной, быстро умылась и привела себя в порядок. Саша сидел на кровати и наблюдал, как я выбираю себе костюм.

– Птичка, что-то я плохо помню… Ты на меня сердишься?

– Ты что? Я в восторге, – прошептала, страстно его целуя и заваливаясь рядом. Кажется, я немного увлеклась, совершенно позабыв, что это всего лишь роль. Но он просто молодец. После такого перепоя и такое … Черт, теперь я понимаю, почему артисты так часто поддаются соблазну и меняют партнеров. Все, оставлю его в приятном изумлении.

– Мне действительно пора.

– Бабушка, – я быстро накинула коротенькую шубку и влезла в сапоги, – он ни черта не помнит. Поддержите его в этом состоянии, а я побежала к Наташке. Хочу ей пару ласковых слов сказать. Выскажу все, что о ней думаю. Бессовестная, даже не вспомнила вчера обо мне, – но, увидев Наташкину тусклую физиономию, проглотила заготовленную речь.

– Что с тобой?

Наташка попыталась выдавить улыбку, и всем своим видом изобразила недоумение.

– Пытаешься сделать хорошую мину при плохой игре? Ну, и, пожалуйста. А я хотела с тобой поделиться. Попрошу лучше Сашу меня подвезти, – я развернулась и, конечно, Наташкино любопытство пересилило, видимо, оно раньше нее появилось на свет.

– Птичка, постой! Просто мне не хотелось вываливать на тебя свои проблемы.

– Ага, ну да, конечно.

Мы направились к машине

– Скажите, пожалуйста! С каких это пор ты такая чуткая стала?

Я достала из сумочки зеркало. Вид у меня сегодня просто цветущий. Я улыбнулась. Наташка покосилась в мою сторону

– А у тебя вид что-то очень довольный.

– Да. У меня теперь новое амплуа.

– Чего?!

– Я подрабатываю артисткой по ночам. Осторожнее! Что ты так резко тормозишь? Смотри, сзади старичка на «Жигулях» чуть удар не хватил.

– Ну, давай, рассказывай! – Глаза у нее загорелись, и вся прямо дрожала от нетерпения.

– Придется немного потерпеть, пока не доедем до работы. Мне жаль погубить свой только что раскрывшийся талант в ДТП. Так что, может, ты первая начнешь.

– Ну, ты даешь! Все, сдаюсь. Слушай.

И она поведала с грустью, что Кирилл не так к ней относится, как хотелось бы, а в последнее время, так получилось, что встречаться им негде. Она уже хотела попросить у меня ключи от старой квартиры, но поняла, что мимо Марьи Степановны все равно незамеченной не пройдешь, да и мать там живет, вдруг увидит. Остается только квартира на Сретенке.