Читаем без скачивания Сладкая месть - Валерий Ильичёв

Тягач, уже догадавшийся, о чем пойдет речь, быстро пересел в машину сыщика. Тот сразу тронул с места, успокаивающе пояснив:

— После беседы я тебя верну сюда же, доставлю со всеми удобствами.

Тягач благоразумно хранил молчание, предоставляя возможность оперу первому открыть карты.

«Интересно, с чего он начнет мою вербовку, — подумал Тягач, — ведь не покатать же меня по городу задумал». А сыщик намеренно держал паузу, полагая, что, заставив собеседника нервничать, легче добьется своей цели.

— Ну что молчишь, сынок? Ты ведь хочешь мне что-то сказать, я знаю, — вкрадчиво-ласково начал сыщик.

— Да пока, папаша, я лучше сам тебя послушаю. Не ровен час признаюсь, что в детстве у маменьки из шкафа сахар без спроса таскал, а зря: тебя совсем не это интересует.

Сыщик бросил быстрый взгляд на собеседника. И, заметив его удивление, Тягач спохватился: «Я, пожалуй, перегнул палку. Он думает, что имеет дело с простым водилой, которого использовали в качестве курьера, возможно, даже без его ведома, вслепую. А я ему ляпнул в тоне бывалого блатаря. Надо умерить свой пыл и сыграть под дурачка».

И он повел свою роль, перейдя на более примирительный тон:

— А если серьезно, то я впервые ездил за этими хреновыми запчастями. Мне сказали, я и привез. Откуда мне знать, что они краденые. Документы-то были оформлены вроде правильно.

«А он не прост, ох как не прост. Если только действительно не обычный лох, попавший сдуру, случайно в переплет», — подумал сыщик, а вслух произнес угрожающе:

— Ты зря мне мозги пудрить пытаешься. Небось давно уже понял, что вляпался в скверную историю по неосторожности. И выпутаться из этого дерьма ты можешь лишь с моей помощью, и то если я захочу. Надеюсь, ты меня понимаешь?

— Догадываюсь. Ну и что от меня нужно?

— Ты вчера чудом избежал ареста. Но теперь тебе от нас не уйти: ты под плотным колпаком. А будешь работать на меня, возможно, и спасешься. Уразумел, что я имею в виду?

— Как не уразуметь! Вот только положение мое незавидно: с одной стороны, вы давите, тюрьмой стращаете, а с другой, братва на куски разорвет, если рот открою.

— Послушай. Мне всего-то и нужен адресок в том, другом городе, где тайно посылку брал и дату новой поездки, когда тебя туда пошлют за очередной порцией «дури».

— О чем вы? — продолжал упорствовать Тягач. — Я привез запчасти с автозавода. Вы и сами вчера убедились в этом. А все остальные ваши подозрения — это чьи-то пустые и вздорные выдумки.

— Ну как знаешь. Тебе виднее, как жить дальше. А только ты ранее не судим, я знаю, и пробовать не стоит.

«Он проверял по учетам информационного центра данные погибшего водителя и ответ о наличии судимостей пришел отрицательный. Потому, считая, что столкнулся с неопытным в криминальных делах человеком, сыщик впрямую вербует меня, пугая арестом и судом. Ну что ж, попробуем поиграть».

Тягач изобразил на лице сомнение:

— А если я соглашусь, то вы же меня, захватив с поличным при доставке груза, и посадите вместе с остальными.

— И не думай: бояться тебе нечего. Ты только нам подскажешь, когда тебя пошлют за посылкой, мы тебя будем негласно сопровождать, а в момент передачи посылки с наркотиком главарю всех задержим. И тебя в том числе, а потом я напишу рапорт, что ты действовал с нами заодно, и тебя отпустят.

Сыщик говорил нарочито спокойным, размеренным тоном, стараясь убедить собеседника, что дело-то, в общем, плевое, рядовое и они всегда так поступают.

И если бы перед ним был доверчивый простак из провинции, как он и полагал, то ведь мог и поверить. Но Тягач-то с его опытом знал, что все совсем не так просто.

«Не иначе как он меня за круглого дурака держит. Допустим, если они меня загребут с наркотиком, то наверняка посадят вместе со всеми. Им главное дело сделать, начальству доложить и награду хапнуть. А я буду в камере парашу нюхать и не смогу ничего доказать. Сегодняшний разговор с глазу на глаз к делу не пришьешь, и этот хитрый „опер“ от всего открестится. А если и захотят меня отмазать, то у них вряд ли получится: как ни крути, это будет моя вторая ездка за крупной поставкой наркотика. Ну а если действительно освободят от уголовной ответственности, то братва, разузнав о моей роли, не задумываясь, оборвет мою жизнь, не считая того, что Кулеш в отместку выдаст меня за побег. Вот я и попал между молотом и наковальней! И так плохо, и так ещё хуже».

Его колебания сыщик расценил по-своему и, не желая переусердствовать, предложил:

— Я тебя не тороплю, можешь дня три подумать. И если надумаешь, то позвони. Запиши, кстати, мой телефон.

И, глядя, как Тягач заносит на клочок бумаги диктуемые цифры, продолжил:

— Спросишь майора Котова. И скажешь мне все, что я хочу знать. Встречаться пока больше не будем. Мы и так с тобой затянули разговор. Давай я тебя подброшу к твоей машине. Езжай по своим делам. А я буду ждать твоего звонка. И особенно не мешкай: не поможешь ты, помогут другие, а к тебе, если вздумаешь отказаться, я стану относиться плохо, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ты же этого не хочешь, не правда ли?

«Жигули» остановились, и Котов, заговорщицки подмигнув своему пассажиру, посоветовал:

— Давай побыстрее пересаживайся к себе и уезжай, не надо, чтобы тебя со мной видели. Это не в твоих и не в моих интересах.

«Ишь ты, ведет себя так, словно мы с ним уже в одной связке и действуем заодно», — раздраженно подумал Тягач.

Стараясь продемонстрировать свою кажущуюся независимость, он, не попрощавшись, вылез из салона и, посмотрев вслед отъехавшим «Жигулям», направился к своей машине.

Тягач не спешил включать двигатель, сидел и размышлял: «А может быть, эта встреча очередная проверка и Котов прощупывал меня по заданию Кулеша? Да нет, это вряд ли. Скорее всего, сыщик решил проявить инициативу независимо от начальства. Ну и я тоже пока докладывать Кулешу не буду. Вдруг мне удастся столкнуть лбами мафию и милицию — пусть пободаются! А сам в последнюю минуту сделаю ноги, избежав гибели. Вот только как это осуществить — вопрос». Тягач осознавал, что его положение все более осложняется и пока не видно никакого выхода. И, махнув рукой, он, подобно опытному пловцу, попавшему в беспощадный водоворот, решил бестолково не барахтаться, теряя силы, а, временно поддавшись быстротечному круговороту, в нужный момент резким рывком уйти в сторону и спастись, освободившись всего одним отчаянным усилием от безжалостно затягивающей и толкающей ко дну водяной воронки. Представив себя на месте этого пловца, Тягач понял, что сейчас надо благоразумно и смиренно позволить себя немного покрутить опасной криминальной спирали и, положившись на судьбу, ждать благоприятного случая для спасения собственной жизни.

Прошло три дня, но Тягача никто не беспокоил: Кулеш не давал о себе знать, да и майор Котов исчез и никак не проявлялся, словно его и не было на этом свете. Однако Тягача не радовало это затишье. Ожидание было ещё более тягостным, чем участие в опасной операции.

На четвертый день Самсонов, проходя мимо его машины в гараже, сказал буднично, как будто речь шла о рядовом задании: «Сегодня тебе надо съездить туда же, где был три дня назад. Там тебя уже ждут». И Тягач поехал к знакомому погребку. Кулеш был там. Вид у него был хмурый и явно взволнованный. И не без причины. К его группировке ещё месяц назад обратился важный в администрации города человек с просьбой ликвидировать довольно крупного коммерсанта. Насколько Кулеш мог догадываться, тот успешно влез в чужую сферу деятельности и начал создавать серьезную угрозу фирме, которую прикрывал авторитетом своего должностного положения этот государственный чиновник. Кулешу очень не хотелось выполнять этот заказ: за бизнесменом, которого надо было убрать, тоже стояли довольно могущественные силы, и его прикрывала так называемая зареченская группировка. С её главарем Табаком у Кулеша и так были враждебные отношения, а если ещё и «замочить» их человека, то война между группировками неминуема. К тому же братва Табака — люди серьезные и крови будет много, да и самому Кулешу наверняка придется из города уматывать на длительное время, чтобы уцелеть. А оставлять без присмотра свои дела в городе он никак не хотел.

Могущественный чиновник торопил, а Кулеш намеренно затягивал исполнение приговора. На его везение, три недели назад бизнесмен укатил отдыхать на острова в южные широты и у Кулеша появилась отсрочка.

Вот тут из небытия и выплыл Тягач. Это была несомненная удача. Братва в городе его не знала. И Кулеш решил поручить ликвидацию бизнесмена-конкурента Тягачу, а после выполнения ответственного заказа Левша в свою очередь убьет этого беглого зэка и можно будет отмазаться от «мокрого» дела, сославшись на одиночку, действующего независимо от группировки, подотчетной Кулешу.